Чтение онлайн

— Нет, не я, — тихо произнес адмирал. — Императором должен стать уроженец этой системы. Мой сын Фердинанд. Проработайте документы — новые названия местных и всесистемных органов власти, положение о дворянстве и других сословиях.

Он почти не удивился, услыхав, что многие документы уже составлены. Оставалось только уточнить некоторые пункты конституции.

Его считали надежным человеком, к тому же бывший артиллерист отлично разбирался в технике. По этой причине подполковник Махмуд Султан стал заместителем начальника службы инженерного обеспечения безопасности. Проще говоря, он управлял системой электронных устройств, обеспечивающих охрану резиденции президента и бесперебойное поступление информации. Бианка, рассказавшая много ужасных подробностей о заговоре адмиралов, тоже заслужила доверие, но к святая святых ее пока не допускали — майор Эриксон командовала взводом женщин-полицейских, занимавшихся выдачей пропусков и досмотром посетителей.

Вечером пятницы, за час до конца смены, Махмуд Султан прогуливался по аппаратному залу, машинально просматривая сводные сведения. Мониторы доносили, что все оборудование функционирует без сбоев: глушит сигналы, проверяет наличие недозволенной электроники, сканирует входящих в правительственные офисы на наличие оружия. Дежурство было спокойным, и подполковник объявил операторам, что должен поработать с документацией.

Поднявшись в кабинет, он запер дверь на все замки, после чего включил видеофон на передачу из другого кабинета — президентского. Съемка велась официально, по распоряжению главы Федерации, желавшего иметь видеозаписи всех совещаний.

На голограмме Махмуд Султан увидел четверых: самого президента, премьер-министра, генерала бин-Сарваза и адмирала Чахрибека. Президент яростно шипел на побледневшего военного министра:

— Где войска?! Где полмиллиона головорезов, о которых вы болтали столько времени?!

— Босс, мы делаем все возможное, — пролепетал Чахрибек. — Мы уже перебрасывали почти сто тысяч с Афин, однако эти негодяи послали крейсера и перехватили наш караван около Ниневии. Почти половина солдат погибла, остальные деморализованы. Понадобится некоторое время, чтобы сколотить из них боеспособные части.

— Привезите наемников с Кастлинга и Барбарии! — приказал президент.

Опустив глаза, военный министр еле слышно произнес:

— Три дивизии, которые мы готовили на Кастлинге, прибыли в Солнечную систему, но финансовый альянс перекупил их. Наемники отправились на Землю и служат вице-президенту. Я надеялся выравнять соотношение сил за счет барбарийских бандитов, однако капитаны коммерческого флота боятся лететь в Северную Зону. Зоггерфельд, Дунаев и Катранов пообещали уничтожать все транспорты с наемниками.

Президент почувствовал, что наступает конец, но старый соратник бин-Сарваз успокоил:

— Придется отправить на Барбарию караван грузовиков и лайнеров под охраной военной эскадры. Но ты должен принять решение.

Потрясенный глава государства не мог издавать членораздельные звуки, поэтому вопрос задал премьер-министр:

— Какое решение?

Военный министр не был боевым адмиралом и делал карьеру в тыловых штабах. За тридцать лет службы он прекрасно научился излагать сложные проблемы, решать которые предстояло другим. Раскрыв данные на карманном нейроблоке, он четко доложил:

— У нас не так уж много кораблей. Мы сможем сформировать лишь одну боевую эскадру — линкор, четыре крейсера и конвойные силы. От вашего пожелания, господин президент, зависит выбор направления. Либо эскадра будет охранять транспортные перевозки из Северной Зоны, либо мы атакуем Землю и прикончим вице-президента и его банду предателей.

Не осознавший серьезности положения, премьер-министр соизволил легкомысленно пошутить:

— И то, и другое неплохо.

Глава правительства замолчал, прочитав на лицах остальных, что сказал не в тему. Премьер-министр заслуженно считался чародеем по части управления финансовыми потоками, но в политике разбирался слабо.

Неприязненно поглядев на премьера, министр бин-Сарваз напомнил:

— Наверное, важнее сначала раздавить оппозицию на Земле. Эта подлая змея Флитвуд уже трижды посылала на Венеру своих убийц. Мои службы смогли предотвратить эти покушения, но агентура доносит, что Флитвуд отправила новую банду террористов. Они уже на Венере и в любой день могут нанести удар.

Поежившись, президент согласился безвольным голосом:

— Да, конечно… Чахрибек, отправь эскадру на Землю.

Мардехай бин-Сарваз с готовностью подсказал, что вице-президент и остальные заговорщики засели в резервном бункере верховного командования возле Найроби. Понимающе кивнув, адмирал включил нейроблок экстренной засекреченной связи и передал кому-то приказ: разбомбить объект номер четыре, после чего высадить десанты для зачистки развалин. Голос из нейроблока сказал неуверенно:

— Ты сам понимаешь, о чем говоришь? Орбитальные крепости Земли нас не пропустят.

— В твоем распоряжении линкор и крейсера! — повысил голос Чахрибек. — Попытки сопротивления подавить силой.

Премьер-министр вдруг занервничал и включил видеофон. Огромная — во всю стену — голограмма показывала знакомый зал Африканского Конгресса. Вице-президент, энергично жестикулируя, кричал с трибуны:

— Грубейшие ошибки президента поставили человечество в очень трудное положение. Президент аль-Вагаби не сумел вовремя разглядеть военный заговор, о котором предупреждала тайная политическая полиция. Затем он позволил мятежным адмиралам и генералам объявить свои миры суверенными государствами. Если не принять неотложных мер, может случиться катастрофа! Поэтому мы должны немедленно запустить процедуру импичмента…

Выключив трансляцию, президент рявкнул:

— Убить этого негодяя! — Затем он повернулся к премьеру: — Отправь надежного человека в Финансовый Альянс. Объясни, что они сделали ставку на неправильную лошадь и что я готов принять их условия.

Они разошлись, и Махмуд Султан поспешно погасил монитор. Вскоре зашел офицер, заступавший на ночную вахту, а подполковник спустился на лифте в бункерный комплекс, оттуда добрался на станцию монорельса и примерно через полчаса был дома.

Бианку он застал в обществе незнакомого громилы типично тюрбанской внешности.

— Дорогой, этот парень хочет сделать нам интересное предложение, — сказала Бианка, чуть прищурившись. — Твои соплеменники с Тюрбана хотят провернуть торговую операцию, с которой мы будем иметь небольшую прибыль.

Судя по ее мимике, речь шла вовсе не о торговле. Их квартира, безусловно, не прослушивалась, но Махмуд Султан имел представление о конспирации, поэтому произнес равнодушно:

— Мы, тюрбанцы, рождаемся торгашами и везде находим прибыль. Если дело не слишком противозаконное, мы сможем договориться.