Чтение онлайн

Без аппетита наворачивая просроченный бифштекс, Пафнутьев заметил:

— Не знаю, о чем речь, юноша, но вам стоит подумать. Ваше открытие действительно столь важно?

Кахур промолчал, поэтому ответил Бертран Лонг:

— Он решил задачу, которая считалась нерешимой. Если удастся реализовать этот принцип, произойдет новая научно-техническая революция.

— Легко ли будет его реализовать? — заинтересовался Карлос.

— Непросто, — признал Лонг. — У покойного Мандрагора чуть не получилось, но старик погиб во время решающего эксперимента. Если не ошибаюсь, это случилось на планете Драконда — в самый разгар гражданской войны.

— Считай, не получилось! — хохотнул Карлос.

Пафнутьев продолжил:

— Не советую лететь на Вуркху, вам будет тошно прислуживать феодалам. Послушайте Бертрана — возвращайтесь на Землю.

Кахур глядел на собеседников, выражая всем видом высокомерную насмешку. Встав из-за стола, проционид бросил, демонстративно глядя мимо людей:

— Мое открытие не получат ни вырождающиеся аристократы Вуркхи, ни вечно безденежные земляне. На космодроме меня будут ждать представители настиан. С чемоданами денег.

— Скотина! — прошипел разъяренный Лонг. — Неблагодарный подонок!

Расхохотавшись ему прямо в лицо, Кахур шагнул к выходу. С порога сказал: мол, надо перышки причесать, чтобы предстать перед покупателями во всем блеске. Лонг привычно рванул вслед за вуркхом.

Проводив взглядом парочку неразлучных скандалистов, Ант вдруг обнаружил, что совсем забыл про ужин, а ведь с самого утра крошки во рту не было. Потому и давление поднялось — вот как в висках колотит. Он поковырял вилкой остывшее пюре из сублимированного картофельного порошка. Питательная субстанция не воодушевляла, как и котлета, в которой мяса было меньше всего прочего. Представив себе, что паек еще горячий, Варонг проглотил большой комок, потом другой.

Покончив с половиной порции, Ант произнес:

— А теперь можно поговорить о серьезных делах.

Поначалу Фатулла вздумал отпираться, но сломался быстро.

— Короче говоря, вы должны были принять на Ниневии реактор и отвезти на Процион, — мягко произнес комиссар. — Даже без вашего признания все понятно.

— Хрен вам понятно! — угрюмо буркнул Ян. — Обычно нам дают запломбированный контейнер и пакет, в котором указан пункт назначения. Конечно же, Проциона там не было. Два раза я доставлял груз в систему Фомальгаута. Когда началась блокада, стали возить на Семпер, Визард и Марс.

— Куда?! — хором взревели пассажиры, ставшие следственной бригадой.

Примерно через полчаса им открылась хитро придуманная система контрабанды, охватившая половину Центральной Зоны и протянувшая щупальца в одичавшие миры Внешних Зон. Неприметный корабль брал на борт контейнер, после чего уходил к планетам вроде Карменситы или Джангла, где заведомо не имелось военного производства. Все разведки тщательно приглядывали за рейсами Ниневия-Фантом или Дофин-Семпер, но никто не уделял внимания транспортам, отправлявшимся прочь от высокоразвитых систем. И лишь на обратном курсе эти корабли разгружались возле миров, где втайне строились боевые флоты нового поколения.

Ян Фатулла честно перечислил транспортные суда, о которых точно знал, что они участвуют в таких операциях. Получалось, что Земля, Семпер и Тау накопили компоненты для монтажа десятка крейсеров, хотя официально объявлялось о закладке каждой державой лишь одного корабля такого класса. Спецслужбы Центавра и, наверное, Настиарны проворонили рождение целой эскадры.

— Власти Земли затеяли опасную игру, — возмутился Варонг.

Пафнутьев задумчиво процедил:

— Может, и не власти. Президенты приходят и уходят, а генералы с адмиралами остаются… Между прочим, юридически все обставлено безупречно — никакие законы не нарушаются.

— Ты имеешь в виду… — Антонио помрачнел. — Действительно, никогда не запрещалось поставлять подобную технику. Центавру эти агрегаты просто не продавали.

— Могли бы и продавать, — фыркнул Ян. — Если бы ваш дурачок-император и его папаша-маразматик согласились поставлять корпуса из мезовещества.

— Мы продали Земле два корпуса, — буркнул Ант. — И еще один — Фомальгауту. Получили взамен сверхсветовой движок и комплект пушек…

В буфет ввалился Гай. Почесав под робой, матрос направился к кухонному роботу и громко поинтересовался:

— Слышь, капитан, а чего полицейская, так сказать, ищейка возле грузового трюма ошивается?

Он наполнил миску богатырской порцией вермишели, бухнул сверху четыре котлеты, полил острым томатно-соевым соусом, взял литровую банку пива. Водрузив поднос на стол, Гай обнаружил напротив себя Пафнутьева, и у матроса отвисла челюсть.

— Ты бы, того, выражения выбирал, — вяло посоветовал Ян.

— Как он раньше меня тут очутился? — пролепетал Гай. — Типа, всего минуту назад на грузовой палубе столкнулись. Он в тени стоял, а я сразу сюда поспешил. Не мог он раньше меня…

Капитан раздраженно объявил, что комиссар безвылазно сидит в буфете больше часа. Три свидетеля подтвердили: Пафнутьев даже в гальюн не отлучался. Пожав плечами, Гай проворчал, жадно глотая ужин:

— Ну, типа, не знаю. Потемки были, морду не разглядеть. Только нет на борту другого такого амбала — ни по росту, ни в плечах.

— Говоришь, возле грузового трюма? — Пафнутьев встал. — Посмотрим.

Гай остался ужинать, а все прочие гурьбой пошли за полицейским. Обнаружив, что один из трюмных люков взломан, комиссар собрался заглянуть внутрь, но Ривьера удержал его:

— Это может быть опасно. Сходим сначала за оружием.

Они вернулись на пассажирскую палубу. Здесь было тихо и пусто, но дверь каюты, где жил Кахур Баттоц, оказалась приоткрытой. Тонкий луч тусклого света, проникая через узкую щелку, перечеркивал пол коридора.

Начавший нервничать комиссар, легонько потянув за ручку, открыл дверь нараспашку.

Молодой проционид лежал возле переборки с характерно вывернутой головой. Полоски крови, вытекшие из края рта и ноздрей, успели высохнуть и потемнеть.