Чтение онлайн

ГАЛАОР: Галаор из Гаулы.

СТАРУШКА: А-а! Победитель страшного кабана! На этот раз тебе не удастся… не удастся…

Галаор заночевал на постоялом дворе. Но уснуть так и не смог: всю ночь ворочался и думал о великане с рыжей бородой и о ловушках, которые этот великан расставил для незваных гостей. Он понимал, что не сможет проникнуть в столь надежно защищенный сад. Понимал он также, что хитрость можно победить только хитростью, что против ловушек и уловок помогут только ловушки и уловки. Но какие именно? Он вспомнил Оливероса. Попытался представить, как поступил бы Оливерос, окажись он в таком положении. Но ничего не придумал, а только пришел к выводу, что необходимо как можно скорее раздобыть зверя с маленькими рожками и пурпурным языком. Лишь на минуту задремал он в ту нескончаемую ночь. Ему приснилась Брунильда: прекрасная и свежая, как спелое яблоко, беззаботно смеясь, как тогда на реке, скакала она верхом на пятнистой, словно шкура леопарда, сторожевой башне.

Очнувшись, он снова начал размышлять над словами старушки. «Я не собирался заезжать на постоялый двор, – думал он. – Не хотел останавливаться, пока не доберусь до садов Меняющего Обличья и не вызову его на бой. Но я заехал на этот постоялый двор… И услышал предостережения старушки… Это все запах зайчатины в белом вине… Возможно, это… Возможно…»

Задолго до рассвета, не разработав никакого плана, ничего не загадывая, Галаор собрался и выехал с постоялого двора. Он не надел доспехов, только кожаные штаны и куртку, за спиной повесил тяжелый лук, на поясе – колчан, полный стрел. Он оседлал самого быстрого из скакунов и отправился искать владения Меняющего обличья.

С одного из холмов он разглядел вдали сады. Они были так прекрасны, что у Галаора захватило дух. Он спешился, сел на траву и долго сидел, любуясь необъятным многоцветным морем: он никогда не видел такой красоты и гармонии. Они походили на пеструю шахматную доску. Оранжевые квадраты напоминали пылающие костры, черные стелились, как бархат. Замок, стоявший в центре этой доски, казался крохотным островком, омываемым разноцветными душистыми волнами. Около замка поднимались пышные кроны голубых деревьев. Все мыслимые виды флоры и фауны плодились и размножались в этом саду. Кусты выстроились в стройные шеренги, тянулись длиннейшие плети плющей, усеянные цветами и птицами, прозрачные горы (каждая – огромный драгоценный камень) преломляли лучи света, окрашивая их в яркие насыщенные цвета. На лимонного цвета лугах резвились рыжие дикие кошки, по белому мрамору скакали зеленые козы, круглые плотные кроны высоких деревьев блестели, как шлемы. Рисунок тщательнейшим образом размежеванных на участки садов представлялся таким же четким и загадочным, как геральдические узоры на штандартах.

Не один час просидел Галаор, любуясь чудесными садами, которые, подобно дорогому меху, меняли цвет всякий раз, как менялось освещение. И даже когда наступила ночь, это живое море продолжало светиться собственным светом, словно это было созвездие, одновременно шумное и безмолвное. Совершенное.

Галаор медленно объехал вокруг садов. Увидел кривой рог для вызова на бой, прикоснувшись губами к которому погибли многие славные рыцари. Зная, что пробраться через эту вселенную красоты и коварства нельзя, Галаор медленно поехал обратно к постоялому двору. Он думал о Брунильде, о доне Оливеросе, о рыжебородом великане с неповторимой улыбкой, создававшем прекрасные сады и творившем ужасное зло. Он лег спать не поужинав и едва закрыл глаза, как перед его мысленным взором встали пышные кроны голубых деревьев.

Проснувшись на третий день, Галаор лежал в постели, приводя в порядок мысли. Он проследил свой путь во времени и пространстве, установил свое местонахождение, вспомнил, где он и зачем, вспомнил все, что с ним приключилось. И вдруг заметил невзрачного человечка, который удобно устроился на единственном имевшемся в комнате стуле. Одет невзрачный человечек был, однако, очень элегантно, даже роскошно. Галаор сел на кровати, потирая глаза.

ГАЛАОР: Сколько времени вы здесь?

Человечек вскочил со стула, выпятил грудь и по-военному отрапортовал:

– Немногим менее полутора часов, рыцарь из Гаулы. Меня зовут Балтасар, и я состою на службе у дона Мамурры, известного еще как Меняющий Обличья.

ГАЛАОР: Это он прислал тебя?

БАЛТАСАР: Да, он прислал меня за вами. Мой господин прослышал, что юный воин из Гаулы победил страшного кабана, и отправил меня сообщить вам, что для него большая честь принять вас у себя.

ГАЛАОР: Выйдите! Подождите за дверью! (задумчиво смотрит на покидающего комнату Валтасара).Да, оседлайте моего коня и не смейте входить без разрешения к людям, к которым посылает вас ваш хозяин.

«Слушаюсь, рыцарь из Гаулы», – очень серьезно ответил человечек Потом вышел, осторожно прикрыв за собой дверь, и бегом начал спускаться по лестнице. Настроение у Галаора поднялось, но в голове роилось множество вопросов. Он быстро собрался, взяв с собой все свое оружие, с аппетитом позавтракал и спустился во двор. Там его уже ждал Балтасар, сидевший верхом на небольшой черной лошадке. Все вещи Галаора были должным образом уложены. Утро стояло чудесное. Сердце Галаора радостно билось – он предвкушал новые тайны и приключения.

Когда они подъехали к многоцветным садам Меняющего Обличья, известного также как Мамурра, Балтасар сказал:

– Сейчас путешествие только начинается. Нам предстоят три дня пути.

ГАЛАОР: Сколько? Три дня?! Да отсюда уже видны башни замка.

БАЛТАСАР: Чтобы добраться до замка, нужно триста раз преодолеть расстояние от того каштана, на котором висит рог вызова на бой, до парадных дверей. Ровно триста раз.

ГАЛАОР (глядя на разноцветную шахматную доску сада):А что же там внутри?

БАЛТАСАР: О-о! Там все, рыцарь. Все.

Вначале пути Галаор пытался мысленно нарисовать, чтобы сохранить в памяти, карту чудесного сада, но очень скоро папоротники, растущие на красных камнях, маленькие пустыни, по пурпурному песку которых сновали ярко-синие жуки, пышные белые деревья, с ветвей которых свисали, будто экзотические живые плоды, гроздья вертлявых обезьян, гибкие лианы, сверкавшие сквозь листву, словно клинки, канарейки размером с полную луну и крохотные, величиной с кольцо, зайцы, поля, сиявшие ярче солнца, так что их приходилось пересекать ночью, чтобы не ослепнуть, пруды с прозрачной пунцовой водой и резвыми лазурными рыбками и цветы, очертаниями похожие на спящих коров, заставили его забыть о своей затее с воображаемой картой. Его привело в глубокое волнение крохотное поле (вначале он подумал, что это обычное пастбище), где росли кедры и дубы высотой с колокольчик и летали соколы, которых с первого взгляда можно принять за комаров; его напугали стада драчливых буйволов, что паслись на ровном лугу из квадратиков желтой и белой травы. А цветник из улиток всех мыслимых размеров, форм и цветов вызвал у него, несмотря на то, что был необычайно красив, глубокое отвращение.

Они заночевали в голубом саду.

– Не в каждом саду можно спать спокойно, – любезно заметил Балтасар.

– Охотно верю, – ответил Галаор, вспоминая долину бабочек, выгон, кишащий тоненькими зеленоватыми змейками, и болото, полное раков.

В ту ночь он спросил Валтасара:

– Кто придумал, кто насадил эти сады? Чей гений породил такие удивительные пейзажи?

БАЛТАСАР: Покойный дон Диомедес.

ГАЛАОР: А кто такой дон Диомедес? И ради чего создал он эти чудеса?