Гарем без проблем
Шрифт:
– Она? – прошептал Леня, повернувшись к своей напарнице.
– Она! – воскликнула Лола, глядя на кофеварку, как ребенок глядит на рождественскую елку, увешанную конфетами и игрушками.
– Вы позволите? – Маркиз протянул руку за кофеваркой.
– Э, нет! – мужчина, который только что заявлял, что готов на все, лишь бы засадить подлую Огурцову, забыл о своих словах и спрятал кофеварку за спину. – Я за нее свои деньги заплатил, триста рублей, между прочим!
– Врет! – взвизгнула уборщица. – Нагло врет! Это какие же люди в наше время бессовестные! Прямо в глаза смотрит и врет! Какие триста, когда еле на двести пятьдесят согласился!
– Это неважно! – ласковым голосом проговорил Леня, не сводя глаз с кофеварки и доставая бумажник. – Вы мне одно только скажите: вы или ваша… подруга кофе в ней не варили? Особенно капучино?
– Да какое там! Я же говорю – сломанная она! В ней не то что кофе, воды не согреть!
– Прекрасно! – радостно воскликнул Маркиз. – Вот вам пятьсот, и давайте сюда кофеварку!
Мужчина захлопал глазами, схватил бумажку и отдал кофеварку Лене.
Маркиз прижал ее к себе и поспешил к своей машине, то и дело посматривая на неуловимый электроприбор, как будто боялся, что кофеварка исчезнет или превратится в тыкву, как карета Золушки под звон курантов.
Уборщица Огурцова и рослый мужчина провожали Лолу и Маркиза удивленными взглядами.
– Надо же – пятьсот заплатил! – протянул мужчина. – Точно, не из полиции они! Которые из полиции – те в жизни своих бы денег не заплатили!
– Так может, и тыщу бы дал… – мечтательно отозвалась Огурцова. – Очень, видать, ему эта кофеварка нужна…
– А тебе-то что, ведьма старая? – окрысился на нее мужчина. – Все равно не твои деньги! И я, кстати, с тобой еще не разобрался…
Однако ловкая гражданка Огурцова уже исчезла, как будто сквозь землю провалилась.
А Лола и Маркиз сели в свою машину и переглянулись.
Долгожданная кофеварка стояла между ними, как рождественский подарок, но Леня все не решался приступить к самому главному.
– Ну, что там?! – прошептала Лола, подскакивая на месте. – Ну, Ленечка, проверь скорее – там она или нет? Там или нет? Ну, давай же! Я так волнуюсь!
– Не могу! – признался Маркиз. – Боюсь!
– Тогда я… – И Лола потянулась к электроприбору.
– Ну уж нет! – Маркиз опередил свою боевую подругу, отвинтил круглую пластмассовую насадку и встряхнул ее над ладонью.
И ему на ладонь выпала запаянная в прозрачный пластик старинная марка – знаменитый «Розовый Реюньон».
– Ура! – закричала Лола.
Проходившая мимо их машины интеллигентная старушка опасливо покосилась на нее и прибавила шагу. Лола зажала рот ладонью, но глаза ее радостно сияли.
Потом на ее лице отразилась работа мысли, в результате чего радость заметно пригасла.
– И что теперь с ней делать? – проговорила она после небольшой паузы. – Снова нести в тот бизнес-центр? В турфирму «Адриатика», в другую кофеварку?
– Ни в коем случае! – Леня посуровел. – Кроме того, что это, как мы выяснили, довольно рискованный способ передачи, я что-то не чувствую доверия к нашему заказчику. Не нравится мне его поведение. Да и Левако куда-то пропал. В общем, не будем пока торопиться. Марка у нас, будем надеяться, она никуда не денется, а я тем временем постараюсь все же хоть что-то узнать про заказчика.
– Да уж будь любезен! – в голосе Лолы прозвучала некоторая доля самоуверенности.
Если до этой минуты она чувствовала свою вину и держалась тише воды ниже травы, то теперь, вернув бесценную марку и сняв с себя груз вины, снова возгордилась и принялась подкалывать Маркиза. Впрочем, он не стал отвечать, и ей тут же расхотелось препираться с компаньоном.
Какой интерес пикироваться, если тебе не отвечают!
А Леня достал мобильник и в очередной раз набрал номер адвоката Левако.
Номер по-прежнему не отвечал, и праздничное настроение мгновенно улетучилось.
– Надо будет к нему наведаться… – проговорил он озабоченно, – вот что, Лолка, ты сейчас езжай домой, а я загляну к Илье Ароновичу, а то как-то на душе неспокойно.
Лола подумала, что у нее на душе тоже неспокойно, и вовсе не из-за Левако – в конце концов, это Ленин знакомый, так пускай он за него и волнуется, а у нее свои заморочки.
Вчера она очень удачно выпихнула из дома Оксану перед самым приходом Маркиза, но это вовсе не значит, что настырная девица не явится сегодня снова. Опять что-нибудь с ней произойдет из ряда вон выходящее, и Лоле придется с ней возиться. Родня, конечно, дело святое, но как же она Лоле надоела…
Ленька высадил ее из машины, да еще всучил кофеварку – дескать, она слишком приметная, ни к чему ее в машине таскать, а выбрасывать пока рано – мало ли как дело повернется. Машины пролетали мимо, обдавая Лолу грязью из-под колес, очевидно, вид у Лолы с кофеваркой наперевес был унылый и малопривлекательный. Пришлось сесть в маршрутку, где тетка поставила тяжеленную кошелку Лоле на ногу, да еще и обругала. А сзади всю дорогу канючил ребенок, и у водителя играла заунывная восточная музыка.
Лола выбралась из маршрутки с головной болью и сильно пошатнувшейся верой в людей.
Далее выяснилось, что в доме нет электричества. Домофон не работал, дверь была распахнута настежь, и какие-то люди в спецовках возились возле электрического щитка. Консьержка, которой было нечего делать, топталась возле подъезда и судачила с дворничихой. Лифт, разумеется, тоже не работал.
Лола горько вздохнула и поудобнее перехватила кофеварку. Мелькнула мысль не тащить ее наверх, а бросить прямо здесь, у подъезда, но раз Маркиз велел нести ее домой, то придется слушаться, она и так уже опростоволосилась с этой чертовой кофеваркой, сколько времени из-за этого потеряли…
Пыхтя и уныло поругивая своего напарника и компаньона, Лола поднималась на свой пятый этаж и остановилась передохнуть на четвертом. Показалось ей или нет, что из-за двери соседа она услышала игривый Оксанкин смех?
Лола подошла к двери и прислушалась – нет, все было тихо. Хотя сосед дома, она видела его машину.
«Мерещится уже, – подумала Лола сердито, – нервы ни к черту, отдохнуть бы…»
Тут она поскорее отскочила, поскольку, если кто-нибудь из соседей застанет ее подслушивающей под чужой дверью, будет очень неудобно.