Гарем в наследство
Шрифт:
Между тем огонь догорал, десятницы вынули из-под слоя золы свертки с мясом и быстро их раздали отдыхающим «кошкам». В дозоре приходилось обходиться сухофруктами и полосками вяленой баранины, теперь же от аромата запеченного в углях барашка голова шла кругом! Воительницы радостно загалдели и взялись за ножи. Индира задумчиво глянула на свою порцию, припомнила тетушку и позволила себе съесть все.
Раньше она бы непременно оставила половину мяса на завтрак, чтобы сохранить силы на длинный день, полный забот. А вот теперь решила плотнее набить живот и уснуть, завернувшись в овчину. Раз уж ей достался дом, да еще с садом и гаремом, держать на службе не станут. Отправят заниматься хозяйством и рожать детей. Вздохнув, воительница запила ужин простой водой и завернулась в походное одеяло. Нужно отдохнуть, уже завтра ее жизнь круто изменится.
Глава 1
Индира мрачно смотрела на глухую калитку и крепко сжимала кулаки, чтобы не выдать своего волнения. Как? Ну как она могла предположить, что ее ждет это? Еще три дня назад она пила пиво с подругами у костра, а уже сегодня стоит на улице Белого города, не решаясь постучать красивым медным молотом в медную же пластину.
Высокая стена из белого камня тянулась вдаль. За ней виднелись макушки деревьев и крыши нескольких строений. А калитка на этой стороне улицы была всего одна! Так это и есть «скромный домик», который тетя оставила ей в наследство? Или она неверно прочитала в свитке адрес?
Воительница подавила желание вынуть бумагу из подсумка и еще раз прочитать завещание. Вместо этого решительно протянула руку и постучала. Дверь тотчас распахнулась ей навстречу.
Почтенный пожилой мужчина выглянул на улицу и тут же вежливо поклонился, прикрывая лицо:
– Прохладного дня вам, госпожа Индира! Я не ошибся? Нас предупредили, что вы появитесь сегодня!
Индира смерила старика пристальным взглядом, оценила добротную синюю абайю, тонкие золотые браслеты на руках и печальный взгляд.
– Вы… муж тети Лавсикаи? – не удержалась от вопроса «кошка».
– Верно, госпожа, я старший супруг покойной госпожи. Меня зовут Мендес.
Девушка присмотрелась к мужчине. А не так уж он стар. Просто грустен, устал… Когда-то он точно был красавцем и кружил женщинам головы. Видимо, тетушка выбирала мужей, уже заслужив определенное состояние, как, впрочем, и многие воительницы. Это дочери пастухов и ремесленников стремятся побыстрее привести в дом мужа, умеющего стирать, готовить и присматривать за детьми, – чтобы не отрываться от ремесла. А воительницам часто некуда привести супруга, ведь они живут в казармах, спят на кошме и лет до тридцати пытаются заработать серебра на свой шатер и пару коз.
– Прошу вас, госпожа, входите! Гарем готов к встрече с вами. К сожалению, у нас немного юношей, достойных встречи с такой прекрасной госпожой, но мы будем счастливы служить вам!
Выслушав вежливые слова Мендеса, Индира не очень им поверила. Конечно, судьба всех мужчин тетушки сейчас в ее руках, и каждый старается произвести на нее впечатление, чтобы получить работу полегче и подушку помягче. Так что не стоит спешить!
Старший супруг тетушки не сразу повел новую хозяйку в дом. Сначала он провел ее по саду.
– Взгляните, госпожа, у нас очень хороший сад. Прежняя хозяйка наняла дорогого специалиста, чтобы подвести сюда воду, зато теперь мы можем выращивать здесь финики, смоквы и даже гранаты и урюк! Вот грядки с пряными травами, они сделаны так, чтобы их можно было накрыть старыми кошмами на время заморозков или песчаных бурь…
Слушая его объяснения, Индира словно зависла в воздухе. Сад? С собственным колодцем? Да еще множество фруктовых деревьев! Для нее это все было признаком роскоши куда большим, чем просторные комнаты или дорогая одежда.
Семья Индиры жила в торговом квартале. Жилые комнаты над лавкой, слева прядильня, справа ткацкие станы. Мужья матери и сестер, правда, устроили гарем в отдельном здании, замыкающем внутренний двор в квадрат. Но комнатки были крохотными, а детская и вовсе была общей. Даже девочкам находили отдельную каморку не раньше семи лет. Зато работы в прядильне или у стада всегда хватало.
Тетушка Лавсикая всегда одевалась очень просто – сказывалась воинская привычка. Питаться предпочитала сухими фруктами, лепешками и вяленым мясом. Даже обзаведясь домом в Белом городе и гаремом, воительница предпочитала навещать родню в безрукавке и штанах, презрительно относясь к вошедшим в моду распашным юбкам. К тому же тетушка была скуповата и не любила тратить деньги зря. Мать тетку недолюбливала, наверное, потому, что сама служила только обязательные два года, да и то в городской страже. Тетка платила невестке той же монетой. Однако продолжала наведываться к родне даже после смерти отца Индиры. Приносила учебные мечи, научила племянницу точить клинки, плести ремни и стрелять из лука. При этом продолжала на всем экономить и беречь даже крохотные обломки металла. Поэтому Индира считала, что ее наследством станет мазанка на окраине – где-нибудь в квартале горшечников или кузнецов.
Однако ее ждал роскошный каменный особняк на самой аристократической улице Белого города – улице Битв. Здесь селились старые аристократические фамилии, заслужившие эту честь в сражениях. Если бы Индира не была «кошкой», имеющей боевые награды, наследство было бы продано более достойной женщине, а ей вручили бы кошель серебра и пару коней. Однако тетка сделала все, чтобы ее жилище унаследовала любимая племянница.
– Здесь у нас гарем, госпожа, – старик указал на длинное здание с плоской крышей, увитое виноградной лозой. – Ваши подопечные будут рады встрече, или вы сначала желаете посмотреть свой дом?
Искушение скрыться от мужчин в женском доме было велико, но Индира отлично знала, что отложенные проблемы очень быстро возвращаются и лупят из-за угла, так что она не стала откладывать церемонию знакомства.
– Гарем, – коротко сказала она Мендесу и двинулась за ним к простой, но крепкой двери.
Внутри здание было устроено традиционно – обширный общий зал с небольшим фонтанчиком в центре и много дверей, ведущих в индивидуальные комнаты мужей и наложников. Еще в гареме жили мальчики, отнятые от материнской груди, но для них обычно устраивали общую комнату с тюфяками на полу – никто ведь не знает, повезет ли малышу с супругой. Может, его «отдельной комнатой» будет лишь отделенная занавеской часть палатки.
Едва Индира вошла в приятную прохладу общего зала, как Мендес звякнул в колокольчик, висящий у двери, и громко объявил:
– Мужчины дома Индиры! Собирайтесь! Ваша госпожа пришла и желает вас видеть!
Глава 2
Из дверей и арок начали выходить мужчины в разноцветных одеяниях. Воительница была почему-то уверена, что ей достанется парочка престарелых мужей тетушки, облаченных в синие абайи. Ну, может, пара наложников в неокрашенных одеждах. На деле же перед ней очутились и мужчины, и юноши, и мальчики, и совсем дети в абсолютно разных одеяниях. Стало понятно, что разобраться с гаремом быстро – не получится. Снова сжав кулаки, Индира под пристальными взглядами мужчин прошла к диванчику у фонтана, села на него и скомандовала: