Чтение онлайн

Рыцари других королей и герцогов ожидали, что воины Рембальта откроют им ворота и участники священного похода приступят к дележу добычи. Правда, еще не был взят большой дворец, стены которого будут потолще, чем городские, но это уже казалось мелочью по сравнению с достигнутым успехом.

Но тут случилась первая странность. Рембальт не открыл ворота.

Впрочем, их уже доламывали с внешней стороны доблестные рыцари короля Тура. Мощный таран ломал в щепки прочное дерево, и закономерного итога не пришлось долго ждать.

В пролом тотчас же ринулись все рыцари скопом во главе с самим королем, который не ожидал никакого сопротивление и потому летел впереди на лихом коне.

Тут же в грудь лихому коню попала стрела, и его величество, гремя латами, скатился на землю.

Когда он не без труда поднял голову и увидел, что по его рыцарям стреляют лучники короля Рембальта, удивлению короля Тура не было границ.

Королю еще повезло, потому что некоторые из его рыцарей не успели даже удивиться.

Другие, прикрывшись от стрел щитами, ринулись в пешую атаку, но позади лучников стояли вассалы короля Рембальта, ощетинившись копьями и двуручными мечами.

Между ними появился и сам Рембальт. Верхом на коне, возвышаясь над всеми и еще привстав в стременах с воздетым к небу мечом, он кричал:

— Убирайтесь прочь, проклятые нечестивцы. Не видать вам Божественного Яйца как своих ушей.

Сзади напирали вассалы других королей и великих герцогов, и рыцари короля Тура не могли двинуться ни назад, ни вперед. И тогда воины короля Бергамора, которым тоже не терпелось дорваться до добычи, попытались пробить затор силой оружия.

Увидев, что их атакуют с тыла, люди короля Тура оказали посильное сопротивление, и у ворот закипела нешуточная потасовка с человеческими жертвами.

Сообразив, что ничего хорошего таким способом не добьешься, самый благоразумный из всех западных полководцев — великий герцог Дельмар — задумал всех обмануть и проникнуть в Турмалин по лестницам через стены, как это сделали воины Рембальта.

Но те же самые воины Рембальта уже стояли на стенах и они, как оказалось, умели сдерживать штурм гораздо лучше, чем живородящие защитники города.

А тем временем опомнились и сами живородящие. Личная гвардия царя Гурканского высыпала из-под стен дворца и нанесла сокрушительный удар по тылам дружины Рембальта.

К этому времени ряды рыцарей Рембальта сильно поредели. Опасаясь упустить добычу, доблестные рыцари бросали боевые порядки и растекались по улицам, хватая все подряд и насилуя женщин.

Все самое худшее, что живородящие когда-либо слышали про яйцекладущих, оправдалось многократно. Но ограбленные горожане и обесчещенные женщины скоро оказались отмщены. Царские гвардейцы отлавливали рыцарей Рембальта поодиночке, и счастлив был тот, кому по какой-то случайности доставалась быстрая смерть.

А те, кто все-таки не бросил боевые порядки ради грабежа, не могли биться на два фронта и под натиском гвардейцев хлынули к воротам.

И побежали из города все вместе — храбрые воины Рембальта и доблестные рыцари короля Тура, с которыми соратники по походу не захотели поделиться добычей, и вассалы короля Бергамора, которые поспели к шапочному разбору и обиделись за это на остальных.

Только люди герцога Дельмара никуда не бежали. они просто тихо отошли от стен, которые им так и не удалось покорить.

Священный город был потерян бесповоротно. В стычках между собой яйцекладущие рыцари потеряли больше людей, чем при штурме городских стен, и теперь их силы были не только слишком малы, чтобы идти на приступ снова, но еще и раздроблены. Никто не хотел простить остальным междоусобицу у городских ворот. Кровь убитых в этой свалке требовала отмщения, и западные рыцари из разных стран точили ножи друг против друга.

Дошло до того, что король Тур вызвал короля Рембальта на дуэль, но тот ответил, что не дерется с трусами и нечестивцами, чем нанес Туру несмываемое оскорбление.

Король Тур был настолько возмущен, что предложил своим друзьям миламанам чуть ли не полкоролевства за одну простую услугу — убить проклятого Рембальта. Однако Ри Ка Рунг ответил на предложение стандартно:

— Это ваша война и люди с неба не могут в нее вмешиваться.

— Что ж, найду других, — грустно сказал король Тур и отправился на поиски немедленно.

А в Турмалине живородящие праздновали победу, и только царь Гурканский знал, как дорого она досталась.

Перед тем, как мановением руки послать на бой своих гвардейцев, он крикнул во весь голос, обернувшись к башне, где была заключена Богиня Гнева Зуйа:

— Я принесу тебе любую жертву, какую ты хочешь, даже если для этого придется убить моих собственных дочерей!

И не было никаких сомнений, что именно услышав эти слова, Богиня Гнева помогла воинам царя Гурканского очистить священный город Турмалин от врагов.

А тем временем башня, где держали Богиню Гнева, снова сотрясалась от ее криков и попыток выломать дверь.

— Выпустите меня отсюда! — кричала Зоя, разнося остатки мебели. — Я хочу к моим друзьям. Выпустите меня из этого проклятого города!

Это было уже что-то новое, и царь Гурканский сразу понял, чем это ему грозит. Если выпустить богиню из города без жертвоприношения, они наверняка объединится с яйцекладущими и лично поведет их на штурм Турмалина. Ведь всем известно, что яйцекладущие — это бич божий, который придуман для наказания грешников.

Нет! Отпускать богиню просто так ни в коем случае нельзя. Ведь самоочевидно, что Зуйа посылает живородящим новое испытание. Она проверяет, хватит ли у царя Гурканского духу и веры, чтобы принести в жертву собственных дочерей.