Чтение онлайн

А что касается кораблей — тут нет ничего невозможного. В предвидении больших боев у скопления Ми Ла Ман союзнические войска получили новую матчасть, которую Бунтабай выбил у своих покровителей, аргументируя это тем, что иначе он не сможет оказывать им действенную поддержку.

И вся эта матчасть сохранилась в неприкосновенности, потому что союзнические войска уклонились от больших боев вопреки желанию Бунтабая продемонстрировать наконец всем доброжелателям и недругам свои полководческие таланты.

Забазару оставалось только подставить руки под этот перезрелый плод и, возглавив мятеж, повести союзнические войска к новым победам.

Теперь, когда на его стороне был сам Генералиссимус Загогур, вице-генерал Забазар не видел перед собой вообще никаких проблем. И ему стало казаться, что черная полоса позади и к нему снова вернулась удача.

У командира «Лилии Зари» Лай За Лонга было много друзей и во флоте, и в дальней разведке, и когда капитана объявили мятежником, друзья не отвернулись от него.

Когда «Лилия Зари» уходила с орбиты Роксалена за границу Галактики, преследование было практически сорвано, и разумеется, к этому приложили руку товарищи Лай За Лонга.

И о том, что вице-генерал Забазар вербует землян себе на службу, Лай За Лонг тоже узнал от друзей. И немедленно поделился этой новостью с Неустроевым.

Евгений Оскарович и так собирался лететь на Землю. Во-первых, он просто соскучился, а во-вторых не терял надежды на Нобелевскую премию — особенно после того, как ученые с «Лилии Зари» изучили содержимое роксаленского биоконтейнера и установили, что в нем действительно содержится генофонд. Но не роксаленской расы, а скорее — всех гуманоидов классического типа.

Живородящие роксаленцы были к этому прототипу особенно близки, но и люди от него тоже не особенно далеко ушли. А вот яйцекладущие — это был, судя по всему, уже следующий этап эксперимента.

В том, что здесь происходил именно эксперимент, никто уже не сомневался. Правда, так и не удалось определить, кто и когда его проводил. Но зато было сделано открытие, которое несло в себе большую практическую пользу.

Оказалось, что из клон-клеток Божественного Яйца можно вырастить гуманоидов со стопроцентной биосовместимостью. Сами эти гуманоиды будут живородящими, но клон-клетки можно привить и яйцекладущим роксаленским женщинам, а их потомки без проблем будут скрещиваться с кем угодно — даже с икромечущими, а возможно, и с трехглазыми цветоаномалами.

Как участник этого открытия — если не в качестве кабинетного ученого, то как минимум в качестве полевого исследователя — Неустроев вполне мог претендовать на Нобелевскую премию, но после сообщения о манипуляциях моторо-мотогалов на Земле, он рвался на родину не ради денег и не ради славы.

Он был уверен, что Землю надо спасать, и капитан Лай За Лонг, оставшийся командиром «Лилии Зари» и после юридически сомнительной смены владельца, вполне разделял его мнение.

А тем временем Ли Май Лим и роксаленская принцесса Эдда никак не могли поделить Неустроева. Эдда даже умудрилась прорваться на корабль вместе с сестрой Рузарией, чему все биологи на крейсере теперь были только рады.

Еще на корабле оказалась крестьянка, которую взяли на корабль только потому, что у нее тоже был инфант от Неустроева. Кроме того, здесь присутствовала целая толпа гурканских невольниц, которых привели с собой Евгений и Зоя, но эти девушки, как живородящие, были менее ценны для миламанских биологов.

И все это не считая земных женщин, которые продолжали пребывать в состоянии беременности, постепенно приближаясь к моменту разрешения от бремени обычным путем.

Правда, вознаграждение, обещанное им, Лай За Лонг выплатить, увы, не мог. У него просто не было столько золота. Многие девушки, правда, ничего уже не требовали и были рады, что их просто вернут домой, но Зоя устроила скандал, и этот бедлам настолько утомил Лай За Лонга, что он даже начал понимать чуждую миламанам земную примету, что женщина на корабле — к несчастью.

Хорошо еще, что на «Лилии Зари» не было условий для поединков на мечах. Как Эдда ни порывалась вызвать Ли Май Лим на дуэль, у нее ничего не выходило, пока миламанка не предложила дуэль на инфантах.

— Как это? — удивилась принцесса, живо представив, как они будут лупить друг друга по головам своим еще не рожденным потомством.

Но оказалось, что Ли Май Лим имела в виду совсем другое.

— У кого первым вылупится ребенок, та и победила, — пояснила она.

Роксаленке пришлось согласиться на эти условия и с того дня соперницы больше ничем не занимались — только с утра до вечера кормили грудью своих инфантов, которые росли и тяжелели не по дням, а по часам.

А корабль тем временем стремительно приближался к Земле.

Юный музыкант Гургес не был испепелен грозной Богиней Гнева и не потерял ни души, ни тела — и все-таки он очутился в обители богов, где вот уже несколько дней целый сонм святителей колдовал над ним в надежде вернуть мальчику зрение.

Поскольку причиной слепоты была врожденная атрофия зрительного нерва, ничего сложного для миламанской медицины в этой операции не было. Требовалось только пересадить новый нерв, выращенный из клон-клеток, и запустить в рабочий режим бездействовавшие много лет участки мозга.

Этот процесс занял как раз все время полета от Роксалена до Земли кружным путем.

Операция по пересадке нерва была проведена уже на подходе к солнечной системе. Солнце росло на панорамных экранах, и кружились вокруг него планеты, а медики «Лилии Зари» в корабельном лазарете совершали чудо, подвластное только богам.

Когда миламанский крейсер оставил позади себя Марс, Гургес впервые в жизни увидел свет.

Вскоре он уже смог различить в туманной дымке лицо бога, который склонился над ним и заставлял считать пальцы. Но вместо того, чтобы отвечать на его вопросы, юноша стал спрашивать сам.

— Чем заслужил я такую милость? Ведь сказано в Преосвященном Писании, что боги помогают праведным. А разве я праведник. Грешник из грешников, я проклинал богов, когда меня вели к месту жертвоприношения. Почему же вы, всемогущие, не испепелили меня и не обратили в пепел и прах? Зачем вы оставили мне жизнь и подарили мне свет?

— Наверное, потому что мы — не боги, — отвечали миламанские медики. — И если захочешь, мы и тебя научим возвращать людям жизнь и дарить им свет.

А еще через несколько часов Гургес уже вместе со всеми смотрел с наблюдательной галереи на раскинувшуюся внизу планету, которая с этой высоты удивительно напоминала Роксален.