Чтение онлайн

Зарубежные исследователи отмечают, что неблагоприятное действие перинатальной депрессии не проходит с рождением ребенка и затрагивает не только самочувствие матери, но отражается и на здоровье ребенка (Meredith, Noller, 2003). Следует добавить, что депрессивное состояние матери, по сравнению с другими состояниями, особенно неблагоприятно для психического развития ребенка, в частности оно влияет на чувство базисного доверия, внутренние защитные механизмы, развитие речи.

Выделяют следующие постнатальные депрессивные состояния (Gilbert, 1992): 1) материнская меланхолия; 2) послеродовая депрессия; 3) послеродовой психоз.

Около 50—60% женщин страдают от меланхолии, для которой характерна склонность к слезам без причины, неспособность к контакту, утомляемость, нарушения сна, низкий аппетит. Пик негативного состояния приходится на пятый день после родов (Verny, Rtlly, 1981). Большинство из перечисленных проявлений требуют доброго отношения, поддержки, понимания, а не психиатрического вмешательства.

Что касается депрессии, то исследования Пиита (Piit, 1968) показали, что 10—15% родильниц страдают от серьезных депрессивных расстройств, которые он назвал «атипичной депрессией». Ее симптомы включают: различные тревоги, слезливость, замешательство, раздражительность, утомляемость, бессонницу, чувство вины, страх причинить вред себе или ребенку. Некоторые женщины замечают изменения своего характера, например, что они стали злыми и раздражительными в семье, что также усугубляет депрессию и снижает самооценку.

Кроме того, тут наблюдается: усталость, повышенная чувствительность, тревога, страх, отчаяние, чувство беспомощности или безнадежности, чрезмерной зависимости, неадекватности, чувство «изменения» («Я не такая, какой была раньше»), ощущение, что «жизнь никогда не будет такой же», недостаток энергии, потеря интереса к сексуальной активности, а также беспричинные страхи за свое здоровье, жизнь и безопасность ребенка. Депрессия может продолжаться от месяца до нескольких лет. Обычно начало депрессии связано с родами, но также может проявиться через некоторое время после рождения ребенка (Chalmers, 1993).

Расстройство проявляется часто после того, как женщину выписывают из роддома, но может наступить как раньше, так и месяц спустя. Многие исследования подтверждают, что послеродовая депрессия имеет длительное продолжение, может протекать месяцы или даже годы (O’Hara, Zekoski, 1988).

Послеродовой психоз встречается гораздо реже, у 1—2 женщин на 1000, и в большинстве случаев связан с эмоциональными нарушениями или заболеваниями (Platz, Kendell, 1988). Уныние, появившееся после родов, может стать причиной психоза. Эту форму также называют родовой горячкой. Обычно симптомы психоза появляются неожиданно во время родов или сразу же после них. Также это может случиться во время беременности или через некоторое время после рождения ребенка. Часто появляются галлюцинации, странности поведения. Женщина в таком состоянии не способна заботиться о ребенке; она нуждается в госпитализации, медицинской и психологической помощи.

К перечисленным формам постнатальной депрессии Б. Чалмерс добавляет еще одну, которую она называет «материнская депрессия». Исследовательница считает, что факторы, связанные с приобретением материнского статуса, материнских качества влияют на развитие материнской депрессии сильнее, чем физиологические аспекты беременности и родов. Продолжительность депрессии (от нескольких недель до нескольких месяцев после родов) также подтверждает, что роды сами по себе не являются фактором первостепенного значения (Chalmers, 1993).

Различные авторы выделяют несколько групп возможных причин постнатальной депрессии: физиологические и гормональные; психологические или личностные; социальные. Следует заметить, что, как правило, причины постнатальной депресии носят комплексный характер. Интенсивность и сочетание перечисленных причин могут влиять на возникновение и продолжительность постнатальной депрессии. Некоторые исследователи также связывают возникновение постнатальной депрессии с особенностями личности и полагают, что существуют группы женщин, которые особенно предрасположены к возникновению депрессии в послеродовой период.

Девиантное материнство. Последние несколько десятилетий проблемы родительской жестокости и пренебрежения нуждами ребенка стали предметом научного исследования различных специалистов во всем мире (Finkelhor, Browne, 1984; Kadushin, Martin, 1981; Kempe, Kempe, 1978; Miller, 1988; Peterson, Brown, 1994).

Объектом исследований в нашей стране в последние годы стал один из вариантов родительской жестокости – отказ матери от ребенка, или, как его называют, «скрытый инфантицид» (Bonnet, 1992). Данное социальное явление в нашей стране имеет тенденцию к постоянному росту (Брутман, Ениколопов, 1994а, б).

Исследования, направленные на выяснение причин, лежащих в основе такого материнского поведения, указывают на полиморфизм предрасполагающих факторов (Брутман и др., 1993; Брутман, Ениколопов, 1994а, б; Брутман, 1997; Филиппова, 1995; Ainsworth, Bowlby, 1991; Montagner, 1988). Одним из важных, но малоизученных аспектов проблемы является открытый еще в начале XX века феномен искаженного восприятия матерью нежеланного ребенка. Аналогичный феномен наблюдается у женщин с послеродовой депрессией (Мухамедрахимов, 1994; Саватье, 1982; Lebovici, 1988). Лебовиси (Lebovici, 1988) предположил, что эти изменения связаны с эмоциональным состоянием женщины, амбивалентно переживающей резкое расхождение между реальным и «идеальным» ребенком, о котором мать мечтает во время беременности. При этом она может воспринимать ребенка как существо, обманувшее ее надежды, источник принуждения и страдания. Жадаш (Саватье, 1982) считает, что к таким искажениям особенно предрасположены одинокие матери с повышенной тревожностью, потребностью в благодарности, с неосознанным чувством вины. Они легко проецируют на новорожденного «дурную часть самих себя» или образ исчезнувшего родителя (ребенок воплощает в себе зло, которое они испытали, все, в чем они себе отказывают, он воспринимается как симптом поражения в личной жизни). С точки зрения Саватье (Саватье, 1982), материнская амбивалентность естественна. Однако у невротических личностей это может привести как к отвержению ребенка, так и к сверхкомпенсации в виде стремления к «безупречному материнству», пронизанному тревогой.

Как показывают исследования, у женщин, отвергающих своих детей, искажения в восприятии младенца прослеживаются уже во время вынашивания нежеланной беременности. Отмечено, что у таких беременных искажения восприятия захватывают даже область телесной чувствительности. Это приводит в том числе к таким феноменам, как гипоэстезия и гиперэстезия шевеления плода (Брутман, 1997; Bonnet, 1992).

Очевидно, что эти психологические свойства обусловлены не только личностными особенностями. Имеет значение также семейная история и семейная ситуация в детстве женщины.

Кроме того, в последнее время все актуальнее становится проблема ранней подростковой беременности. Данные немногочисленных исследований свидетельствуют об искаженном формировании материнской сферы и соответствующей мотивации и инфантильном отношении к беременности девушек-подростков, ожидающих ребенка.

В целом выделяют следующие характеристики женщин с нарушенной готовностью к материнству:

1. Эмоциональная и психологическая незрелость, низкая толерантность к стрессам, несдержанность аффектов.