Чтение онлайн

— Командующий Первой танковой армией генерал-майор Колышкин представляется по случаю вашего прибытия, — отрапортовал он.

Остановились они не в самом городе, а подальше, в расположении бригады связи особого назначения. Их командир, полковник двухметрового роста, сразу пригласил гостей в баньку попариться. Как раз дождь начался. В бане была русская печка, и там, на противнях томилась картошка. Дима понял, что картошку они пожарили на кухне, а потом уж в печку засунули. Все разделись, сели. Военные выпивают. И вот Дима смотрит: полковник суетится.

— Вы не могли бы принять одного моего друга? Он хочет с вами поговорить.

Оказалось, друг работал начальником связи 6-го военного округа ННА ГДР. Когда произошло объединение Германии, его единственного из старших офицеров взяли на равнозначную должность в бундесвер. Был такой порядок, что если младших офицеров ещё брали на второстепенные должности, если они не учились в Советском Союзе, то старших не брали вообще. Все они оказались не у дел. А этому присвоили звание полковника бундесвера.

— Не могли бы вы принять его сегодня? — мнется командир.

— Пусть завтра приходит, — говорит Дима.

— Нельзя ли сейчас? — не отстает командир. — А то он уже три часа в предбаннике стоит, ждет, пока закончим париться.

— Что ж ты раньше не сказал? — поразился Дима. — Конечно, можно.

Заходит этот «бундес» в форме, а в бане все голые, в простынях, и рассказывает, что немцы взяли его в бундесвер, поскольку он уникальный специалист, великолепно знающий все коммуникации. А у восточных и западных немцев сети по связи несовместимы.

— Я у них служить все равно не буду, — говорил Диме «немец». — Как я буду работать против этого командира бригады, с которым мы пять лет прекрасно сотрудничали? Я собираюсь увольняться.

— А что ты от меня хочешь? — поинтересовался Якубовский.

— Здесь есть здание особого отдела, все равно его немцы заберут, отдайте его мне, я фирму свою создам.

— Я согласен, — ответил Дима.

Потом он узнал, что здание «немцу» отдали.

Всего Якубовский совершил три поездки в Германию. Четвертая не состоялась. За время работы удалось подготовить базу для сохранения собственности. Попутно всплывало немало интересных нюансов, из которых при желании можно было извлечь вполне осязаемую материальную выгоду.

Например, у нашей армии было много ЗКП — запасных командных пунктов, своего рода бункеров под землей. Это были сотни кубометров бетона. В лучшем случае, все это следовало просто оставить в немецкой земле, а в худшем — заплатить немцам за испорченную экологию. Но нашлась одна бельгийская фирма, которая разработала оригинальную технологию, позволявшую превратить эти горы бетона в порошок. А порошок, в свою очередь, можно было разводить, как сухое молоко, и вновь использовать полученный бетон. Фирма предлагала выкрошить эти залежи не просто безвозмездно, а ещё и заплатить немалые деньги — по 5 марок за кубометр. Нашей стране эти «гроши» не понадобились.

У Димы было много предложений по движимому и недвижимому имуществу, которые он досконально прорабатывал и отсылал в Союз. Где-то они, наверное, хранятся по сей день. К сожалению, невостребованные.

Перед очередной поездкой в Германию Дима побывал у Язова.

— Знаешь что? — сказал министр обороны. — КГБ вокруг тебя ходит, что-то им надо. Ты позвони в военную контрразведку. У них есть свои интересы.

Начальником Третьего главка был вице-адмирал Жардецкий. Дима, конечно, позвонил и предложил встретиться.

— Я к вам сам приеду! Выезжаю! — с готовностью ответил Жардецкий.

Димин офис тогда располагался в самом центре города, в Потаповском переулке, на первом этаже жилого дома. У Димы работала секретарша Ира Воронкова, та самая девушка с вызывающе полной грудью. Она сидела в приемной. Дима предупредил её о приезде человека из КГБ и попросил хорошо его встретить.

Сидит, ждет. Время идет. Ну сколько ехать от Лубянки до Потаповского переулка? Пятнадцать минут. Проходит полчаса, час, а вице-адмирала все нет. Якубовский спрашивает секретаршу Иру по громкой связи: «Есть?» Она отвечает: «Нет». И так продолжается два часа. Дима занимается делами, принимает посетителей, время от времени поглядывая на часы.

Наконец, потеряв терпение ждать, кричит: «Ира, где этот мудак Жардецкий?» И тут, к неописуемому ужасу Якубовского, из приемной доносится голос: «Я здесь». Оказывается, вице-адмирал два часа просидел в приемной и молчал. Ждал, когда вызовут…

Была ещё одна смешная история, связанная с разведкой, правда, не с военным главком, а с другой, более интеллектуальной, структурой. У них велась какая-то своя секретная игра, в которой Диме отводилась второстепенная роль. Просто удобно было использовать человека не из своей системы.

В Германии оставались какие-то спорные объекты, на которые нашим приходилось махнуть рукой. Но зато имелась возможность каким-то образом передать их израильтянам в качестве компенсации. В подробности ситуации Дима не был посвящен. Ему надо было отрегулировать вопрос чисто правового характера. С израильской стороны на встречу с нашим представителем должен был приехать Рафи Итан, довольно известный человек в израильской разведке, входивший в свое время в группу «коммандос», которой удалось блистательно выкрасть нацистского преступника Эйхмана.

Дима, конечно, не был посвящен в тонкости игры, но у него разгорелся невероятный азарт. Ему разрешили выйти в Западный Берлин, настоящий капиталистический город. Выйти без визы. Кровь играла, настроение было авантюрное.

Это была не первая поездка Якубовского на Запад, но он не забыл вкус новизны. Тем более что прошлый его вояж в ФРГ, в город Мюнхен, получился фантастическим. Там он так «оторвался» в борделе под многообещающим названием «Тысяча и одна ночь», что его там запомнили надолго. Полчаса любви стоили 300 марок ФРГ. К изумлению мадам, Дима восемь раз подряд брал одну и ту же проститутку. Когда расплачивался, в борделе внимательно разглядывали купюры, подозревая, что они фальшивые. Ну не может ведь нормальный человек с такой легкостью швырять деньги.