Чтение онлайн

– А Номад не сказал вам, куда идет?

– Он сказал, что вроде собирается домой. Я ему посоветовал зайти к нам попозже - может быть, мы сервер отладим. Я уверен, что вечером он будет у нас, если до этого времени не найдет никакой другой компьютер.

– Спасибо, Ури.

Собственно, я уже догадался, что никакого другого компьютера Номад не найдет. Но сколько это может продолжаться?

Если вы еще не поняли, я могу объяснить вам, в чем дело. Пока Номад передвигается по Тель-Авиву, кто-то за ним следит (этому человеку не обязательно находиться в Тель-Авиве, достаточно залезть в комьютер компании "Селкум" - номер у Номада был "Селкумовский", начинающийся на 052 - а антенны компании все время фиксируют местонахождение мобильного телефона, обеспечивая связь). Наложим эти перемещения на карту Тель-Авива (подробнейшие карты, снятые с советских спутников-шпионов, недавно появились в Интернете, и даже на открытых сайтах) - и мы узнаем, куда он идет. Ну, а с помощью вируса отсоединить частный компьютер, и даже сервер, от Интернета это задачка

для хакера-первоклассника.

Но не собирается же этот "кто-то" всю жизнь провести за компьютером, следя за несчастным Номадом? А все эти события продолжаются уже где-то около суток...

Самолет, вылетевший из Америки, окажется в аэропорту Бен-Гуриона через 8 часов.

Почему мне это пришло в голову? Мой мозг иногда включается независимо от меня, как компьютер - сколько с ним не работай, он все равно иногда будет выкидывать фокусы.

Конечно, к вылету из Америки следует подготовиться. И здесь, в Израиле, из Лода нужно добраться до Тель-Авива и найти Номада.

А что потом?

Я выглянул в окно. Вечер сгущался над Тель-Авивом, ве

чер, когда жизнь в этом ненормальном городе становится совершенно сумасшедшей. По вечерам я стараюсь не выходить - слишком много людей на улицах, это меня раздражает (хотя мало найдется в этой жизни вещей, которые бы меня не раздражали - кроме компьютеров, конечно). Но сегодня, боюсь, выйти все-таки придется.

Я спустился этажом ниже, к своему соседу Давиду - он

служит в армии (в Израиле то, чем он занимается, называется

"служить в армии"), на базе Тель а-Шомер, и каждый вечер околачивается дома.

– Давид, - постучал я к нему, - ты у себя?

– Входи, не заперто!

Давид в расслабленной позе сидел в салоне перед телевизором с банкой пива в руке.

– Ты сегодня опять дома?

Давид меланхолически кивнул:

– Хочешь пива?

– Нет, спасибо. Ты чем вечером занимаешься?

Он пожал плечами:

– Хотел на дискотеку пойти, да вставать рано - в 9 часов нужно быть уже на базе.

Черт побери, его бы в английскую часть рейнджеров, он бы узнал, что такое настоящая служба!

– Слушай, ты мне можешь дать автомат на вечер?

Автоматическая винтовка М-16 стояла в углу возле вешалки, как зонтики у нас в Лондоне. Но в Лондоне за одно такое предложение я уже имел бы неприятности, а согласившийся на него солдат запросто отправился бы под трибунал.

Однако Давид, как я и ожидал, ответил:

– Бери, но чтобы вернул завтра часов в 7 утра. А лучше

сегодня до 12-ти - потом я лягу спать.

Магазина с патронами, правда, у него не было. Ладно, я

надеюсь, что до стрельбы дело не дойдет.

С автоматом на плече я выскочил на улицу.

Вы еще спрашивете, за что я люблю Израиль? Попробуйте в Лондоне, или в Нью-Йорке, или в Далласе вот так прогуляться по улицам с автоматом. В Израиле же это воспринимается как нечто само собой разумеещееся.

Адрес Номада у меня был - вы помните, я его списал у провайдера. Мне еще пришлось через всю улицу Алленби ехать на автобусе - с автоматом на плече, но как я уже сказал, никто в этом не усмотрел ничего подозрительного.

Дом - старый тель-авивский дом, где жил Номад - гостеприимно зажег окна. Я зашел в парадную, поднялся на последний этаж, спустился - тихо. Тогда я решил заглянуть во двор, точнее, в маленький промежуток между двумя домами, заросший травой. Там и оказался тот, кого я искал - он как раз в этот момент привинчивал глушитель на пистолет.

Но я не зря упоминал вам об английских рейнджерах - три месяца я служил в армии Ее Величества, пока не понял, что это не для меня. За эти три месяца я научился двигаться совершенно бесшумно... и еще многим вещам, которые никогда не пригодятся в жизни нормальному человеку.

Прикладом винтовки я заехал человеку с пистолетом по затылку. Падая, он успел все-таки выстрелить (к счастью, не в меня), прежде чем выронил пистолет.

– Скотланд-Ярд!
– заорал я, надевая на него наручники. Способ проверенный - пока человек сообразит, какое отношение он имеет к Скотланд-Ярду, вы успеете сделать с ним, что угодно. Сработало и на этот раз - когда он стал вырываться, было уже поздно.

На шум стали выбегать жильцы из дома.

– Я из полиции, - сказал я на иврите (задержанный, как я догадывался, не понимал ни слова).
– Вызови подкрепление, - попросил я одного паренька.

Ну и пускай я не из полиции, все равно попросить удостоверение они не догадаются, к тому же у меня есть настоящие полицейские наручники (в Израиле они продаются в магазинах - какая прелесть).

– Сейчас вызову, - парень вытащил из кармана мобильный телефон.
– Или погодите, лучше я сбегаю в дом, у меня целый день пелефон не работает.

– Слушай, - догадка пронзила меня, - а тебя слу

чайно не Номад зовут?

– Это я и есть.

Мы вызвали полицию, и человека с пистолетом увезли. Как вы уже догадались, он должен был ликвидировть Номада, чтобы изобретенная им приставка к "Гениусу" не попала на рынок - это бы подорвало очень крупный проект одной американской фирмы. А пока он из Штатов летел в Израиль, лучшие специалисты этой фирмы следили, чтобы изобретение Номада не попало в Интернет - откуда пошло бы гулять по всему свету.

Осенью Номад пойдет в армию. Надеюсь, до этого времени

мы с ним доведем до ума приставку, подключающую "Гениус" к Интернету и весь мир будет у нас в кармане.

Помнится, об этом мечтал еще старик Чейз.