Шрифт:
Вадик гонял на велосипеде чуть ли не с самого рождения. Тем больше радости принес тот июнь, в который на тринадцатилетие родители подарили ему новый велик со скоростями и карбоновой рамой. Старый велосипед он хотел было отдать младшему брату Юрику, который к своему девятилетию так и не освоил железного коня.
Но Юрик к технике или, например, к спорту не тяготел. Юрик был мечтателем, в жизни которого значительных событий не происходило, зато воображение эту недостачу восполняло с избытком.
Каждый вечер братья поливали огурцы и помидоры, высаженные мамой на участке рядом с домом. И каждый вечер их двор, а по свойству звуков распространяться во все стороны равномерно, и соседние дворы, наполнялись вечерними “помидорными” воплями.
– Куда ты прешь на помидоры? – кричал Вадик на правах старшего. – Я же сказал тебе огурцы поливать!
– Куда хочу, туда и пру! – огрызался Юрик, отвергая за старшинством право владения. – Не указывай мне, что делать!
Завязывалась перебранка, часто приводящая и к столкновению физических тел в пространстве. Разумеется, с последствиями для огорода, ибо красивые помидорные кусты, не выдерживая братских коллизий, заваливались и притаптывались, нарушая гармонию и согласованность всех элементов сада, которой так любовался дедушка Миша.
Дедушка жил с ними недавно – переселился во флигелек на их участке по старости лет и состоянию здоровья. И вообще, он уже вошел в период ожидания, и отрезок его жизни, проложенный когда-то из точки А, приближался к точке Б. Сам дедушка эту точку прекрасно видел, а остальные догадывались, хоть и отмахивались, как от запрещенной легенды.
Но есть в этой геометрии одно неизменное свойство – ценность остатка прямо пропорциональна его длине. Другими словами, многие старики ценят оставшиеся сантиметры выше, чем молодые оставшиеся километры.
Конец ознакомительного фрагмента.