Чтение онлайн

— Лихас! Кто отдал тебе этот плащ? Зачем ты принес его?

— Геракл, сей плащ выткала сама Деянира, она же и велела привезти его тебе.

Вне себя от боли, не осознавая, что делает, Геракл схватил Лихаса и ударил его о скалу, из которой лила ледяная вода источника.

Бился в ужасных муках герой, его тело словно превратили в огненный шар, к которому невозможно было прикоснуться. Его крики разносились по всему острову. Проклиная свой брак с Деянирой, дрожащим от напряжения голосом Геракл призвал Гилла.

— Сын мой, не оставляй меня, ведь я так страдаю! Не покидай меня! Подними меня своими сильными руками и унеси отсюда! Отнеси туда, где никто не увидит меня, корчащимся в нечеловеческих муках. Если ты сочувствуешь своему отцу, то не дай мне умереть здесь, на чужом острове, вдали от дома!

По приказу Гилла, Геракла погрузили на носилки и перенесли на корабль, плывущий в Трахину.

Деяниру разбудил странный звук. Открыв дверь, она увидела, что возле ее ложа стоит Гилл.

— Сын мой! Ты вернулся! Как я рада снова видеть тебя! — с огромной радостью воскликнула она.

Но не ответил на ее объятия Гилл. Бледен он стоял, а глаза его были полны слез. Взглянув на мать, он сказал:

— Ты погубила собственно мужа и моего отца! Я хотел бы, чтоб лучший разум был у тебя, чем теперь. И я не хочу называться твоим сыном.

— О горе! — с ужасом вскричала Деянира. — Что говоришь ты? Кто сказал тебе? Как можешь обвинять меня в этом преступлении?

— Посланный тобою плащ убил славного Геракла на моих глазах!

И рассказал Гилл матери о том, что случилось на горе Канейоне.

— И сейчас ты увидишь великого Зевса сына, и не знаю я, жив ли он или уже мертв. И пусть накажут тебя суровые эринии и справедливая богиня Дикэ! Ты погубила лучшего из людей, и никогда больше земля не увидит столь великого героя!

Вся в слезах, Деянира пошла в дом. Без слов поднялась несчастная на второй этаж, взяла в руки острый меч и проткнула им себя. Старая служанка позвала Гилла, но он нашел лишь мертвое тело матери. С рыданиями бросился к ней Гилл, обнял уже похолодевшее тело, но все тщетно — Деянира умерла. В это время во дворец на носилках приносят Геракла, который мечется в бреду. От боли герой не понимает, где он.

— Великий Зевс! — кричит он. — В каком краю я нахожусь? Я в Фивах у отца Амфитриона? Или в Тиринфе с подлым Эврисфеем? О, помоги мне, отец! Я умираю! Ради людей я очистил землю от чудовищ, от зла, но никто не спасет меня! Избавьте меня от страданий, вонзите острый меч мне в грудь. Аид, мой старый друг, брат Зевса, забери меня скорее вниз, туда, где боли нет. Пошли мне смерть, молю!

— Отец, — обращается к нему Гилл, — мать невольно совершила злодеяние свое. Узнав, что ты умираешь, она пронзила сердце свое лезвием меча!

— О, боги! Умерла Деянира, — воскликнул Геракл со страшной мукой на лице. — А я ей не отомстил! Никто не испытывал меня так, как Деянира, даже Эврисфей. Погубили меня не гиганты, не чудовища, а лишь коварство жены моей. Без меча сражен я.

— Отец, забудь про месть! Она не виновата! — говорил Гилл, — Увидев дочь Эврита, златокурую Иолу, слуги, направленные Герой внушили ей, что хочешь ты Иолу сделать своей женой. А мать всего лишь хотела волшебным средством вернуть твою любовь. Она натерла плащ кровью убитого тобою кентавра Несса, не зная, что кровь отравлена ядом Гидры.

— Горе! Горе! — шепчет Геракл. — Так вот сбылось предсказание оракула в Додоне! Был прав он — я погибаю от того, кто сошел с Танатосом за руку в подземное царство. Так умер я от козней Несса, сраженного мною когда-то! И о таком покое говорил оракул, — и правда, ведь у мертвых нет тревог. Гилл, мой лучший сын, исполни последнюю волю умирающего отца: отнеси меня на высокую гору Оэту, что возвышается рядом с Трахиной и сложи на вершине погребальный костер. Потом положи меня на него и подожги. Сделай это, сын мой, останови мои мучения!

— Отец, не заставляй меня стать твоим убийцей! — взмолился Гилл.

— Нет, не убийцей, а избавителем от страданий! И еще одну просьбу мою исполни — возьми в жены прекрасную пленницу Иолу, дочь Эврита, — просит Геракл.

— Нет, отец, и не проси меня о таком! Как же я могу взять в жены ту, кто стал причиной материнской смерти?!

— Мой Гилл, покорись воле отца! Не заставляй меня страдать! Я так хочу спокойно отойти к Аиду! — молит Геракл.

Со слезами на глазах Г илл покоряется.

— Хорошо, я покорюсь твоей предсмертной воле!

— Поторопись, сын мой, пора идти на высокую Оэту! Нет сил терпеть боль от яда. Несите же меня!

Друзья погрузили Геракла на носилки и медленно понесли вверх по горе. Там уже разложили костер, но который положили великого героя.

Еще сильнее страдает Геракл. Он срывает с себя плащ и вместе с прилипшим плащом отрывались куски кожи с тела, и муки становились еще нестерпимей. Лишь одно есть спасение у Геракла — это смерть.

Но никто из друзей не решается поджечь костер. И только Филоктета уговорил Геракл сделать это, пообещав подарить ему свой лук и стрелы. Взметнулось пламя костра, и засверкали молнии на небе. И Афина на золотой колеснице пронеслась над Оэтой и вознесла героя на Олимп, где ласково встретили Геракла боги. И даже Гера, забыв о мести, отдала ему в жены вечно молодую и прекрасную богиню Гебу.

Зевс сказал ему тогда:

— Геракл, сын мой, ты прожил достойную жизнь. Во время всех ударов судьбы, которые обрушивались на твою голову, ты всегда возвышал добро и никогда не подавался злу. Ты поселил в людях надежду на то, что и она способны победить любого своего врага. Ты будешь воспет в веках, славный сын мой! Не смог я уберечь тебя от мести Геры, и много ты страдал из-за ее ревности. Но ты все вынес. Ты со всем справился. Теперь ты стал бессмертным богом — и это тебе награда за твои великие подвиги и твои великие страдания.