Чтение онлайн

Но герцог помолвлен, а джентльмен не имеет права отвергать нареченную, даже если в его жизни появилась другая женщина. Брэнди поняла, что осталась не у дел, никаких шансов у нее нет. Невеста ждет Яна в Лондоне, волнуется за него, верит ему, любит его точно так же, как и она, Брэнди. Сомнений нет; он вернется в Лондон и женится.

Приходилось с этим мириться. Впервые в жизни она полюбила, и напрасно. Да, она всего лишь шотландка из бедной дворянской семьи, некрасивая, без имени и приданого. А он великолепен, у него есть все, чего нет у нее и никогда не будет. Брэнди посмотрела в пустую тарелку, затем, заставив себя улыбнуться, отправилась в детскую к Фионе. Девушка хотела вырваться из замка, убежать от любопытных глаз. Поэтому взяла Фиону и отправилась с ней в маленькую бухточку, где была привязана ее лодка.

Полдень уже давно миновал, Фиона и Брэнди возвращались домой, насквозь пропахшие морской солью и ветром. Перед замком стояли две повозки.

— Наверное, это кто-нибудь из друзей бабушки, — сказала Брэнди Фионе, и они пошли к главному входу.

Неожиданно ноги Брэнди словно бы примерзли к полу при виде самой красивой женщины из тех, с кем ей приходилось встречаться. Она стояла рядом с первой повозкой и смотрела на замок. Женщина была невысокого роста, стройненькая, и один ее вид вызывал у Брэнди такую ревность, что хотелось завыть. На маленькой фигурке с четко очерченной небольшой грудью очень мило сидело дорожное золотистого цвета платье, ниспадающее складками до самых туфель. Оно было похоже на то платье, что герцог привез для Брэнди из Эдинбурга, но грудь не торчала из декольте, поэтому леди выглядела очень элегантно.

Черные завитки волос обрамляли личико женщины. На голове была шляпка с блестящими золотистыми лентами. Глаза потрясающего зеленого цвета, брови — черные и яркие.

Затем, к удивлению Брэнди, с другой стороны повозки к женщине подошел Ян, и она обняла его обеими руками. Герцог взял ее руки в свои и поцеловал.

Потом они стали о чем-то разговаривать, и женщина смеялась, а Ян улыбался. Брэнди поняла, что это и есть нареченная герцога. На самом деле девушка сразу же это почувствовала. Они оба выглядели так, будто были созданы друг для друга: элегантные, спокойные, красивые. Неожиданно леди обернулась и негромко рассмеялась.

Потом она произнесла несколько повышенным тоном:

— Почему это, ваша светлость, вы позволяете слугам ходить через парадную дверь? Ведь это парадная дверь, не так ли? Хотя об этом трудно догадаться, так как она выглядит, словно простая куча серых камней. А та пушка, ни за что бы не согласилась подойти к ней.

«Почему, жалкая сука», — подумала Брэнди. Сразу же в глазах девушки леди потеряла добрую половину своей красоты, и у Брэнди, которая сначала хотела больше всего на свете оказаться на месте этой женщины, возникло огромное желание ударить ее. Затем девушка посмотрела на Яна. Он стоял спокойно и непоколебимо.

— Осторожно, моя дорогая, ты сейчас плывешь в неисследованных водах, — сказал джентльмен, только что вышедший из кареты, мягким, немного смешным голоском.

Он пожал руку герцогу. В другое время Брэнди бы посмеялась над костюмом, в который был одет этот джентльмен, такое было на нем количество золотых пуговиц и застежек. Но сейчас она сохраняла железное молчание и все крепче сжимала пальчики Фионы в своих, желая закричать и понимая, что нельзя ни за что этого делать. Жизнь показалась Брэнди адом.

— Брэнди, мне больно, — закричала Фиона и вырвала руку.

Ян направился к ним, и Фиона, бесстыдно подбежав к нему, радостно закричала. Герцог засмеялся и поднял девочку, подбросил ее, и она рассмеялась.

— Давай теперь я тебя поставлю, Фиона. О Брэнди, хорошо, что вы здесь. Вам уже лучше?

— Да, со мной все хорошо, — коротко отрубила она, не двигаясь с места ни на дюйм.

— Рад представить вам леди Фелисити Трэммерли. Фелисити, это Брэнди, старшая из моих кузин. А эта милая девчушка — Фиона, моя младшая кузина.

— Твоя кузина? — спокойно спросила Фелисити. — Эти люди твои родственники?

— Да, ты не ослышалась, Фелисити, — сказал джентльмен.

— Ладно, хотелось бы в это верить, — заявила леди Фелисити и слегка кивнула головой. «Так, значит, вот какая эта Брэнди», — подумала она.

Герцог так странно написал о ней в письме, что Фелисити сразу же почувствовала опасность. И ошиблась. Девушка оказалась другой. Ян писал, что дочь графа — красавица. Никто и представить себе не мог, что в действительности это странного вида особа, которая одевается как крестьянка и пахнет рыбой. И то, что он схватил на руки ту девчонку, заставило леди Фелисити содрогнуться. Неужели Ян так быстро забыл, кто он и как должен вести себя со своей будущей женой?

Брэнди попыталась оправдаться:

— Мы с Фионой ловили рыбу.

— Ага, — поддакнула Фиона, и Ян поставил ее на ноги, — но мы ничего не поймали, потому что у Брэнди болела голова и она просто сидела в лодке и ничего не делала.

Пренебрежение сквозило в каждой черточке благородного лица леди Фелисити.

— Это странно, моя мама никогда не позволила бы мне целый день болтаться в лодке. От этого человек становится коричневым, некрасивым и часто болеет.

Брэнди сжала кулаки. Она была готова послать к дьяволу приличия, броситься на эту самодовольную дуру и поколотить ее хорошенько. Какого черта! Является, как ясно солнышко, в чужой дом и считает, что люди, живущие здесь, не достойны даже чистить ее ботинки.

Джентльмен, разодетый в пух и прах, вышел вперед и с удивлением промолвил:

— Вы Брэнди? Очень редкое и милое имя, моя дорогая. Меня зовут Джилз, я английский кузен Яна.

Брэнди отвесила реверанс, по-другому и не скажешь, так как этого ей больше всего не хотелось. Джилз выглядел значительно пышнее, чем герцог, но он прибыл вместе с этой Фелисити, и Брэнди не верила ему.

— А эти пуговицы из чистого золота? — спросила Фиона и потянулась к ним грязными ручками. — Вы похожи на одного из тех петушков, которых бабушка приказала забить к обеду за плохое поведение.

— Да, настоящий комплимент. Надеюсь, что все-таки закончу свои дни не на сковородке у повара. Тебе нравятся эти пуговицы? Ты сможешь их потрогать, когда захочешь, но только после того, как вымоешь руки.

— Я сейчас же вымою их.

Фиона побежала к лестнице.

— Я сейчас вернусь, не забудьте, что вы мне обещали.

Он рассмеялся и махнул ей вслед рукой.

— Я никогда ничего не забываю.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросила Фелисити, вздернув бровки. — Скорее всего, она оторвет их и будет жевать, а потом потеряет.