Чтение онлайн

Конечно, Кэйла слышала о той аварии. Но деталей фатального несчастного случая и подробностей жизни Нейла не знала.

Она вспомнила его реакцию на приеме, когда заговорила об аварии. Нейл моментально закрылся. И теперь, когда она ходила с ним по кабинетам штаб-квартиры Уиттейкеров, все время вспоминала о ней.

— Я прочла несколько статей о нанотехнологии, — будто между прочим сообщила она.

— Правда? — удивился он. — И что же вы открыли для себя?

— То, что могла бы услышать от вас. Он засмеялся.

— Договорились. Вы слышали о законе Мура?

— Нет.

— Ладно. Закон Мура говорит о компактности базы данных компьютеров. Она будет удваиваться примерно каждые восемнадцать месяцев.

— Как закон Мура связан с нанотехнологией? — поинтересовалась она.

— Сейчас перейдем к этому. — Он смотрел на нее с веселым изумлением. — Нанотехнология занимается манипуляцией атомами. Само название показывает, какие изучаются структуры — атомы. Они измеряются в нанометрах. Нанометр — это одна миллиардная метра. Потенциальное применение нанотехнологии практически безгранично — от ручных суперкомпьютеров до способов моментального диагностирования рака.

— Потрясающе!

— Вот именно. Люди в компьютерной области устраивают гонки за возможность использовать нанотехнологию, хотя до середины 80-х ее не существовало. Потом появились туннелирующие микроскопы, и стало возможным изучать атомы. Сейчас после компьютеров нанотехнология — самое перспективное дело. А сейчас позвольте мне представить вас сотрудникам.

Не прошло и часа, как Кэйла узнала, как Нейл организовал свое компьютерное производство. Над каждым проектом работала команда, у которой был свой лидер.

Разговаривая с людьми, она делала пометки в блокноте. Одна группа совершенствовала новый, ультра-легкий ручной компьютер, который требовал рынок. Другая испытывала суперлегкий переносный DVD-плеер. Но никто ни слова не сказал об использовании нанотехнологии. У Кэйлы создалось впечатление, что эта информация находится просто под грифом «секретно».

Зато каждый пел о достоинствах босса. Он умный, невозмутимый, с ним легко работать, если надо, может сутками работать над новой идеей. Когда она снова встретила Нейла возле его кабинета, то пожаловалась ему.

— У вас репутация человека, который работает и веселится изо всех сил.

— Вы раздосадованы? — улыбнулся он.

— Это же поцелуй смерти для репортера. Ни грязной посуды, ни грязного белья. Держу пари, все боятся идти против босса.

Он покачал головой.

— Люди у нас не устают, да и платим мы хорошо. В фирме работают, потому что хотят здесь работать. — Когда она не нашлась что ответить, он неожиданно произнес: — Пойдемте, приглашаю вас на ленч.

Для ленча Нейл выбрал симпатичное маленькое бистро. Сам он выбрал крабовые оладьи. Она же заказала французский луковый суп и половину сэндвича. И конечно, большую порцию информации.

Но он в ответ только смеялся.

Когда заказы принесли, и они занялись едой, Кэйла начала:

— Я много чего прочла о вас.

Он вскинул брови.

— Вы больше не пишете обо мне в вашей колонке, так что же там теперь читать?

— Я имела в виду ваше прошлое.

— Прошлое нельзя изменить. — У него сверкнули глаза.

— У вас была невероятно успешная карьера гонщика, — продолжала Кэйла. — Я не знала, какой высоты вы достигли.

Он вытер салфеткой рот и немного помолчал, прежде чем ответить.

— И что? Изменит ли это содержание вашей колонки?

— Не знаю, — призналась она. Кэйла и не предполагала, что Нейл был близким другом разбившегося гонщика. А это многое объясняло. Они оба принадлежали к одной команде. — Просто теперь я вижу все по-другому.

Он вроде бы ждал продолжения.

— Участие в гонках мне кажется странным выбором.

— Вы не первая говорите об этом, — пожал он плечами. — Правда в том, что между гонками и тем, что я делаю сейчас, есть много общего. Профессиональные гонки построены, прежде всего, на технологии.

— А откуда у вас возник интерес к таким вещам?

— Честно?

— Да.

— Ездил на картах. — Видя, как удивленно взметнулись у нее брови, Нейл пояснил: — Рядом находился гоночный трек. Нам дали эти маленькие машины, и мы устроили гонки по кругу. Я попался на приманку.

— Сколько вам было лет?

— Десять. Подростком я уже ездил на настоящих машинах. Пока был в колледже, не мог участвовать в соревнованиях, а затем попал в команду.

— До несчастного случая?

Он откинулся назад и втянул побольше воздуха, потом медленно выдохнул. — Да. Короткое словечко прозвучало с вызовом.

— Почему вы решили уйти? Из статей, которые прочитала, я поняла, что у вас складывалась прекрасная карьера.

— Может быть, выбора не было. Иногда так бывает. Если самая большая карта — десятка, вы же не можете ввести в игру короля.

Она не поняла. Такой удачливый, богатый, талантливый…

— Большинство считают, что вы определенно получили короля в карточной игре жизни.

— Большинство людей не знает меня, — возразил он, а потом добавил: — Даже если они думают, что знают меня до мозга костей, потому что прочли или написали про меня.

Она приняла удар и спокойно продолжала:

— Им и не надо знать вас, чтобы понять, вы выросли в привилегированных…

— Да, но иногда богатство не имеет значения. Вы все равно должны сами справляться с непоправимыми моментами жизни.