Чтение онлайн

— Лес. Там что, меньше зверей, что ли? И мы уже не успеем вырастить урожай до того, как закончатся запасы. У нас нет ни зерна, ни скота. Да и дома! Где мы будем жить? А если снова прибегут какие-нибудь крысы? Где нам укрываться? Сколько мы будем их строить?

— Я не на пустое место тебя зову. В лесу есть укрепленное поселение с высоким крепким частоколом и большими домами. На всех не хватит, но в первое время будет где от дождя укрыться. Там есть запасы зерна и овощей, которых должно хватить и на посев, и на прокорм. Есть скот, птица, сараи. А вот полей там нет. И этим как раз придется заниматься вам.

Ксин презрительно усмехнулся, но я уже видел, как изменилось выражение его глаз. В них появилась надежда.

— Ты нас как будто в рабство к какому-то господину зовешь. Мы будем заниматься полями. А кто там еще есть?

— И вот это как раз самое сложное. Поэтому я и хотел с тобой поговорить. Когда я проходил через твою деревню в прошлый раз, я искал именно это место. Это старая секта со странными обычаями, настолько дикими и жестокими, что я убил всех правителей. И сейчас там живут двести мальчишек всех возрастов, тридцать женщин с маленькими детьми. И всем им теперь нужно научиться жить правильно! Мальчишки знают лишь правила, которые в них вбивали с рождения, умеют сражаться, неплохи в магии, отлично охотятся, но совсем не разбираются в том, какая должна быть нормальная семья, как возделывать землю и как полагаться только на свои силы.

— Это они? — Ксин кивнул в сторону парней.

— Они. Ты не смотри, что они молодые. Их с детства учили драться всеми видами оружия, воспитывали как боевых собак, а тех, кто был недостаточно хорош, убивали. Строго говоря, там почти все будут сильнее тебя. Зато ты был в армии. Ты знаешь, что такое дисциплина, умеешь подчиняться и командовать. Мне кажется, ты справишься с ними.

Змей, Облако и Липучка слушали меня с таким же вниманием, что и Ксин. Они только теперь начали понимать, зачем я сюда приехал.

— Двести человек, говоришь… У меня мужчин меньше сотни, остальные бабы да дети. А если что натворят эти щенки? Боевую собаку трудно переучить на мирный лад.

— У тебя будет полное право наказывать провинившихся, как посчитаешь нужным. Я уже убил одного за непослушание.

Тут Ксин уставился на меня.

— Значит, ты и впрямь хороший маг, как говорил тогда? Если ты один сумел убить их правителей…

— Да. И еще кое-что. Если у вас всё получится, через двадцать-тридцать лет деревня разрастется, и рано или поздно на вас выйдут чиновники. Ты сможешь предоставить бумаги, в которых описана трехсотлетняя история секты. И не будет ни одного слова о дезертирах, заслуживающих лишь казни. Так что скажешь?

— Знаешь, ученик торговца… Выбора-то у нас и нет, — староста устало потер лоб. — Либо мы все поляжем в землю, либо согласимся поехать с тобой. Один бы я лучше остался. Но я уже подводил своих людей. Причем дважды. Больше я не хочу ошибаться. Так что приводи своих ребят, и мы отправимся за тобой туда, куда скажешь.

— Не нужно. Я сам проведу вас к ним.

— Через равнины и лес? Сам? — воскликнул Ксин. — Ты же говорил, что они умеют и оружием драться, и магией. Мы остались без скота, значит, всё добро потащим на себе. Кто же нас защищать будет?

— Сейчас все звери Равнины набиты мясом крыс с головы до ног. Поэтому нужно выдвигаться как можно скорее. Так будет безопаснее. А от случайных напастей мы отобьемся. Нужно лишь, чтобы все четко слушались приказов.

— С этим я справлюсь. Значит, сразу выходим?

— Да, и лучше всего уже завтра к полудню перейти реку. Нужно в ближайшие дни уйти с Равнины.

Староста поднялся и сказал:

— Тогда я пойду, предупрежу людей. Это же сколько мне говорить придется? Так, дочка, дай-ка мне еще отвара. Вкус у него мерзкий, зато в голове проясняется.

Сюй напоила его и предложила пойти вместе с ним. Мол, сможет подтвердить его слова, как человек из того места, куда им придется ехать.

После их ухода ребята долго не решались заговорить со мной. Потом Змей всё же спросил:

— Зачем ты… Почему не выпроводил нас из дома? Мы же всё слышали.

— И это хорошо. Ксин — неплохой человек, но слабоватый. Ему пригодится ваша помощь. Вы — лидеры сильных групп! И если вы поддержите Ксина, убедите остальных следовать его указаниям, то и у секты, и у этой деревни будет шанс выжить.

— Он будет нашим Патриархом? — уточнил Облако.

— Нет. Он будет отвечать за земледелие и скотоводство, за браки между вами и их женщинами, за запасы еды. А вы будете следить за порядком, охраной, охотой на животных и обучением младших. Никто не будет самым главным. У каждого будут свои задачи.

— А ты что будешь делать? — нахмурился Липучка.

— Сначала я помогу Ксину освоиться, расскажу ему о ваших старых правилах, познакомлю со всеми.

— А потом?

— А потом я уйду, — я впервые сказал это вслух.

В очередной раз я оглянулся на высокую земляную стену, которая окружала новый лесной поселок без названия. Снаружи мерцали голубоватые линии массива — мой последний подарок. Я сделал его пополняемым и вывел табличку, через которую сектанты смогут вливать в него Ки.

Последние недели были очень тяжелыми. Переезд селян в секту, который вымотал как тело, так и душу, оказался самым простым делом по сравнению с тем, что было дальше. Два дня ушло у старосты, чтобы объяснить своим людям безвыходность ситуации. Кто-то не хотел уходить от могил близких, которые только-только начали зарастать травой, кто-то боялся идти в лес, кто-то считал, что лучше уже не станет.

В итоге мы с разрешения Ксина вытащили весь их немудрёный скарб из домов и сожгли постройки. Потом мы вели их как стадо к реке, помогали перебраться на тот берег, готовили стоянки. Мы с ребятами постоянно кружили вокруг крестьян на лупоглазах, подгоняя отстающих и отпугивая хищников.

Больше недели ушло у нас на то, чтобы довести их до секты. Мы потеряли одиннадцать человек за это время, и все потери были связаны с непослушанием людей, с нежеланием слушаться каких-то наглых юнцов.

Потом начались стычки внутри поселения секты. Женщины и мужчины старше двадцати требовали послушания от мальчишек, те отвечали грубостью, тычками и даже магией. Зато я заметил, что к старикам у сектантов было весьма трепетное отношение. Скорее всего, это было связано с тем, что они видели в стариках какое-то подобие патриархов, ведь только патриархи здесь могли доживать до преклонных лет.