Чтение онлайн

— Почему нельзя?

Он совершенно забыл о Фейрн. Он сидела, закинув ногу на ногу, рядом с ним и смотрела на него неподвижным, по понятным причинам затуманенным взором.

Очевидно, разум и самообладание к ней вернулись. Кроме того, в какой-то момент этого неизвестно какой продолжительности промежутка времени она расчесала свои прекрасные волосы. Как мило с ее стороны!

— Почему ты не следишь за Клинком, ведь я тебя просил? — рявкнул Ваун.

Фейрн улыбнулась.

— Потому что он в душе.

— В душе?

— Он закончил работу. Раненые и трупы — все собраны. Он пытался доложить тебе, но я сказала, что ты занят.

Фейрн нагло взмахнула челкой.

Она, похоже, не только наглая, но и живучая.

— Тогда скажи ему, чтобы спускался сюда как можно скорее, — ответил Ваун, скрыв недоумение.

— Уже сказала! Он классно поработал, да?

— Да. Он поработал потрясающе. Он один из героев этой ночи.

Она нахмурилась.

— Самый великий герой — ты. Почему ты собираешься все бросить?

Как Действующий Адмиралиссимус, он больше не имел права выбалтывать Фейрн секреты Патруля, если даже имел такое право раньше, а посему Ваун отшутился.

— Я не хочу переусердствовать с поступками типа Герой-Спасает-Мир. Людей это может утомить.

— Но ты же только что это сделал. Спас мир. Фейрн говорила это с совершенно серьезным видом.

Ваун пожал плечами.

— Пиподы выпендривались много раз, и Ульт всякий раз выживал и без меня.

— Это был самый тяжелый случай в новейшие времена. Самый тяжелый по меньшей мере с 19090 года, если тебе это интересно. — Заметив, что Ваун удивлен, Фейрн довольно улыбнулась и указала на экран перед собой. — Я не нужна Клинку, а твои разговоры начинают надоедать.

Ваун торжественно извинился.

Она подумала, свесив голову набок. Глаза ее по-птичьи горели.

— Да, конечно, ты был занят, спасал мир, но это не может быть оправданием для того, чтобы работать непрерывно.

Эдакая живость, Ваун не ожидал, но если она полагает, что их договоренность о свидании сегодня вечером в силе, то ее ждет разочарование.

Адмирал Ваун хочет в постель и хочет только в постель.

— Города, конечно, спасены, — сказала она серьезно. — И зимняя погода неожиданная удача, правда?

— Полагаю, что да.

— Удержала людей дома. А теперь мы все несколько дней проведем по домам, пока растительность не угомонится?

— Типа того. — Ваун прикрыл рукой рот: он снова зевнул.

Похоже, он потряс и Фейрн, и Уилд, но на самом деле большую часть работы сделали компьютеры Хайпорта. Вауну помогли особые силы, приведенные в действие тем, что Рокер объявил чрезвычайное положение — смешно, но удачно. И все, что требовалось от него, это сохранять твердость духа, устанавливать очередность и отдавать приказы. В местах наихудшего заражения он устроил воздушные налеты; он распутал линии связи; он организовал спасательные работы и медицинскую помощь; он восстановил общественное спокойствие. Теперь почти каждый работоспособный торч и космический корабль на планете действовали в соответствии с указаниями Вауна.

Это было нетрудно. Если Братство планировало устроить хаос мирового масштаба, как предполагал Рокер, то вряд ли можно было придумать что-нибудь лучше того, что случилось, но эффект оказался очень краток, несмотря на смерть Рокера, которая была случайностью, потому что адмиралиссимусы, как правило, не проводят слишком много времени рядом с пиподами. К тому же, неверно был выбран момент, поскольку паника в связи с приближением Q-корабля еще не началась.

Значит, выступление пиподов никакого отношения к Братству не имело, верно?

«Верно», — сказала логика.

«Неверно», — сказала интуиция.

Параноики живут дольше… Но если здесь и была связь, она пока не прослеживалась. Ваун зевнул.

— Так зачем же тебе оставлять командование? — Фейрн снова стала серьезной, голубые глаза смотрели на героя с благоговением.

— Это было интересное упражнение в наведении порядка, не более того. А бумажную работу я хочу передать кому-нибудь другому.

— Но первое интервью мое! — Ее очередная внезапная перемена настроения; теперь Фейрн ликующе обнажила белые зубы. — И теперь не одни только старики узнают… О черт! Простите, адмирал. — Она покраснела, потом покраснела еще сильнее.

— О, я спасаю мир каждые пару столетий, просто чтобы мое лицо мелькало в новостях.

— Я же попросила прощения! Теперь ты видишь, что я не справлюсь…

— Уверен, справишься. Совсем дитя, а хоть куда!

— Свин! Издеваешься.

— Ты устала, вот и все. Нам обоим необходимо в постель.

— Да, пожалуйста.

Она нервно улыбнулась. Снова благоговение.

Ваун не успел устранить недоразумение в данном вопросе — на экране появились изящные черты Уилд, ее искаженное тревогой лицо. Ваун развернулся к экрану.

Уилд сурово кивнула.

— Я поняла о чем вы, адмирал. Несомненно, в вашей преданности ни один здравомыслящий человек не будет сомневаться ни минуты, но…

— Но должен, — перебил ее Ваун, подавляя очередной зевок. — Было бы неразумно не сомневаться. И естественно, я не должен находиться во главе Патруля в момент прибытия Q-корабля. — Какой-нибудь разъяренный ксенофоб обязательно его бы пришил. — Позвольте моим древним мозгам разобраться.

Прибытие состоится через двадцать восемь недель, если торможение начнется не позднее, чем сегодня, с ускорением в половину О. Для камня это предел, так? А если не начнет…

— Семьдесят восемь дней до столкновения. Уилд нахмурилась.

— Что-то не понимаю.

— Сто восемнадцать по их шкале минус тридцать девять временного запаздывания.

— Конечно. Я дура. Контакт, конечно, невозможен?

— Не-а.

Уилд была, похоже, вне себя.

— Сколько необходимо времени, чтобы собрать заседание?

— Решение за вами, мэм. Я бы дал им на то, чтобы собраться, пару дней, а на то, чтобы обсудить, — чуть больше. Потом голосование.

Она нетерпеливо кивнула.