Гимн шута 9
Шрифт:
— Итак, слушаю твои аргументы, — предложил высказаться «бунтарке» молодой человек, не меняя тона.
Чашку с шикарным и крепким напитком он на стол так и не поставил. Конечно, сейчас парень демонстрировал совершенно неприемлемое в обществе поведение. Однако ему было все равно.
— Я…
— Ну-ну, смелее, — сделал насмешливый приглашающий жест ладонью Павел.
Мышкина отчего-то даже не пискнула ничего в ответ.
— Хочу напомнить, что ты следила за наследником Великого клана, — начал перечисление Волконский, и тут же засунул руку во внутренний карман пиджака. — Да еще и втянула в это дело людей государевых. Ох-х-х, да… Память моя… Вот, пожалуйста, список всех сотрудников полиции, которых ты подкупила для слежки за мной.
На стол лег сложенный лист бумаги. Саша тут же юрко цапнула его и развернула. Через секунду она мягко свернула его обратно. Уже куда медленнее. Имена были действительно все. И не только в рамках этого дела, а вообще ВСЕ.
— Но как?..
— СИБ, — пожал плечами Павел. — Я попросил, и мне подготовили справку (правда). Очень интересовались, нужна ли ты мне, или можно накрывать (почти правда)? Звездочки новые, знаешь ли, многим не помешают, а тут такое шикарное дело вырисовывается (снова правда). И даже работать особо не надо. Просто принять фигурантов, да бумаги запомнить (упрощенная правда).
— Шантаж… — презрительно бросила Мышкина. — Как это низко!
«Вот дура!» — вполне искренне подивился Волконский. Как она вообще при такой наивности играть со «взрослыми дядями» на их поле полезла и до сих пор не свернула себе шею?
— В корпоративном мире нет слова «шантаж», — вздохнул Павел. — Есть понятие «обеспечение собственных интересов». Однако в данном случае речь-то вовсе не об этом. По ряду причин я обязан сообщать в Службу о таких ситуациях…
Молодой человек даже и не думал лукавить. Зачем? Правда, и так прекрасно подходит к ситуации.
— … Так я и сделал, — простодушно развел руками Волконский. — И, прими мой добрый совет, если работаешь с такими структурами, то юлить не стоит. Слишком дорого это обходится в перспективе.
Рина гордо вскинула носик.
— Ох, какой же ты еще ребенок, — в очередной раз вполне искренне выдохнул Павел, намеренно «проглотив» в определении букву «р». — Хорошо, я не буду делать ни-че-го. И для тебя это будет самым страшным вариантом. Просто потому, что сейчас я — тот единственный человек, что стоит между тобой и «псами государевыми».
— Нужна я им! — фыркнула Мышкина обеспокоенно.
О своем чае, заказанном обеде и плане на разговор она забыла напрочь. Нет, конечно, она не поверила этому наглому, самоуверенному корпорату! Но все же занервничала. СИБ и канцелярия — вовсе не шутки!
— Конечно, нужна! — деланно удивился Павел. — Только им и нужна! Милая моя Сашенька…
Тон молодого человека сменился на проникновенно-доверительный.
— … Ты еще не поняла? Да, на фоне нормальных структур — ваша семья, мягко говоря, не котируется. Даже какие-нибудь Июльские вас раздавят походя…
Саша вновь вздрогнула. Представитель упомянутой Фамилии как раз и предложил ей защиту и покровительство.
— … Однако спешу напомнить, что формально статус клана вы имеете. А это значит, что все вопросы, связанные с каждым из Мышкиных канцелярия, держит на контроле. Ну а СИБ…
Тут молодой человек уже всерьез усмехнулся.
— … Дурочка, ты вообще понимаешь, на что служивых подписала? Они ж, люди простые, даже не задумывались, что следили за Волконским. Представляешь, ЧТО твои подельники — а с точки зрения закона это называется именно так — теперь на допросах поют? И учти, с позиции Службы речь не о мелком деле, а вскрытии целой сети, работающей против одного из руководителей ОБОРОННОГО предприятия империи. Это я молчу про тот ма-а-а-аленький фактик, что в корпоративной среде о-о-очень не любят тех, кто привлекает государство к решению «внутренних» вопросов. И таких давят всем гуртом. Или сдают той же Службе…
Уточнять, что именно по подозрению в подобном нарушении и сам на дыбе побывал буквально недавно, молодой человек не стал. Закончил он просто:
— Никому не хочется проснуться оттого, что ему как снег на голову свалилась группа армейского спецназа.
— Ага, скажи еще, что никто не подкупает!..
— Подкупают, — кивнул Павел, не дожидаясь окончания отповеди. — И вербуют. Много чего делают. Ровно до того момента, пока это удается скрывать. В Арсеналах почти у всех если пройтись, то много чего интересного найти можно, императором не одобряемого. таковы правила игры. Однако стоит кому-то ДОКАЗАТЬ твою причастность к подобным делишкам, как рвать «промахнувшегося» будет вся стая.
— Вина! — довольно громко выкрикнула Мышкина, даже не удосужившись перед тем окликнуть ресторанного слугу.
Однако молодой достаточно парень оказался хорош. И движением брови он не дал понять, что происходит нечто неприемлемое. Лишь бросил взгляд на спутника симпатичной, но взбалмошной девицы. Тот согласно кивнул.
Пару минут собеседники провели в полной тишине. Павел наслаждался вкусом кофе из еще одной заказанной чашечки, а Мышкина нервно дожидалась свой «допинг».
— Я тебе не верю! — выдохнула она и опростала бокал даже раньше, чем официант отвернулся от стола. — Еще!
Волконский глянул на журналистку. Не слишком ли много времени он на нее тратит? Достаточно ведь просто отойти в сторону, и не мешать службам государевым работать. Тут он не врал. Как и в том, что не имел намерения давить таким образом на собеседницу.
«Минут десять есть… Да и кофе тут хорош!» — решил он, отмечая положение стрелок на механическом хронографе. Пять минут своей жизни молодой человек еще мог подарить странной, но по-своему симпатичной девице. Не воспользуется — ее право. И ее же жизнь.
Официант обернулся мигом, на этот раз, повинуясь жесту клановца, оставив бутылку на столе.
— Не налегай, — хмыкнул он.
Журналистка презрительно фыркнула и опростала очередной бокал, пока Волконский лениво размышлял, а не прибрать ли к рукам медиакомпанию Мышкиных. В качестве виры.
— Вы все врешь! — выдала она выдохнув.
Несогласованность заявления ее ничуть не заботила.
— Ты уж определись с местоимением, — коротко хмыкнул Павел. — Вот не понимаю, правда… Ты такая смелая оттого что тебя пара качков с пистолетами охраняет?