Гипнотизер в МВД: игры разума

То несчастное (или наоборот, счастливое) утро, когда меня прикончили, выдалось солнечным.

Подробности врезались мне в память, хотя это уже в прошлом. В очень далеком прошлом. Сейчас я расскажу, как это было. Хотя, сами понимаете, вспоминать это не очень приятно.

В тот день я приехал на работу пораньше. Несмотря на восьмибалльные пробки и активное противодействие пешеходов, то и дело старающихся броситься под колеса. Оставил свой сверкающий, купленный в прошлом году в автосалоне BMW на парковке и поднялся по гранитному крыльцу в офис.

Ах да, прошу прощения, разрешите представиться. Борис Жуков, консультант «БРБ банка» по профилированию сотрудников, клиентов и партнеров. Лиговский проспект, 107. По контракту имею право оказывать услуги посторонним лицам, можете обращаться, телефон и электронная почта есть на моем сайте.

Я вошел в наш солидный, весь в современной отделке, в стиле хай-тек, офис. Улыбнулся охраннику, моему тезке Бориса Петровичу, подтянутому и атлетически сложенному парню, пожал ему руку.

Прошел мимо ресепшн, где сидела Вика, ослепительная блондинка с точеной фигуркой. При виде меня она поджала пухлые губки и отвела взгляд. Ну конечно, так и не может простить нашего расставания после мимолетного служебного романа. А ведь он длился всего неделю и закончился, прошу отметить, уже месяц назад.

Но нет, обида девушки до сих пор еще свежа. А может, до нее дошли слухи о моих шашнях со знойной брюнеткой из HR-департамента? Тогда дело плохо, бывшая девушка, узнавшая о сопернице, быстро превращается в ядовитую змею, готовую в любой миг вонзить в тебя ядовитые зубы.

Ох, сколько раз я давал себе слово, что больше никогда не свяжусь с коллегами из числа прекрасного пола! И все равно нарушал его. Как же тут не нарушить, если во время недавнего корпоратива кадровичка Алла сама отвела меня в уединенный кабинет и набросилась, как голодная львица. Я в очередной раз пообещал себе, что она будет последней из моих коллег, с кем я занимался любовью совсем недавно.

Хотя и так знал, что нарушу это слово. Что поделать, я неравнодушен к красивым девушкам. Очень неравнодушен.

Поднявшись в свой кабинет на третьем этаже, я достал из сумки ноутбук и подождал, пока он загрузится. Почему я здесь, в офисе, в этот ранний час? Хотя мог явиться и вовсе к обеду, потому что у меня ненормированный график. Да потому что сегодня у нас важная встреча с другими банкирами, насчет продажи и слияния нашего банка.

Сделка обсуждается уже полгода, переговоры проходят в условиях строгой секретности. Я пока что не подключался к проекту, но недавно мой шеф, начальник службы безопасности банка и бывший мент, Кирилл Литвинов, сказал, что я должен обязательно присутствовать на следующей встрече.

Председателю правления, Илье Романову, надо знать, говорят ли его партнеры по переговорам правду. Или нет, лукавят и обманывают? Я уже слышал, что обсуждение проекта происходит туго. Состоится ли сделка, в конце концов, или нет? Или все это фикция? Очередная многоходовочка в суровом и беспощадном мире бизнеса?

А ведь мне именно за это и платят, чтобы я выявлял ложь в словах и намерениях других людей. Потому что у меня к этому есть способности и наклонности. Дар, можно сказать. Талант.

— Может, я их загипнотизирую и допрошу? — помнится, спросил я, внимательно разглядывая Литвинова. — Они мигом все выложат.

Шутил я, конечно. Хотя и так знал, что он этого не допустит. И точно, шеф тут же погрозил мне пальцем.

— Я тебе дам, загипнотизировать! Оставь эти свои гребаные гипнотические штучки. Это тебе не к бабам в трусы лезть на работе! Все очень серьезно.

Тогда я покорно пожал плечами.

— Ну что же, моё дело предложить…

Мне сорок пять лет, исполнилось недавно, в солнечном июле. Детство у меня было сложное, я рос сначала в приюте, а потом у приемных родителей. И там, и там приходилось несладко. С пятнадцати лет, как раз совпавших с развалом Советского Союза, я убежал от своих родителей и с тех пор жил сам по себе.

После тридцатилетней жестокой борьбы за место под солнцем я достиг, наконец, того уровня, о котором всегда мечтал. Собственная квартира в центре Петербурга, новенькая машина, престижная работа и кругленькая сумма на банковском счете. Что еще надо, чтобы достойно встретить старость? Не хватало еще супруги и детей, но над этим работать я не торопился.

Ладно, ультрабук быстро заработал, экран матово замерцал и я начал изучать проект и его участников.

Через три часа, ближе к полудню, я уже сидел в конспиративном офисе на другом конце города. Наша делегация состояла из трех человек, председателя правления, его зама и меня.

Я скрывался под скромной личиной помощника. Делал вид, что печатаю на планшете, а сам в это время незаметно наблюдал за присутствующими лицами.

Это были титаны финансов, опытные и прожженные дельцы. Двое человек, стоящие у руля «Дельта банка» одного из самых крупных банков нашего города. Возрастом далеко за шестьдесят, если не семьдесят, холеные и непроницаемые лица.

Первый - тоже председатель правления банка, Брусков Юрий Владимирович. Большой человек. В прямом и переносном смысле. Высокий и точный, но без одышки. Очки в дорогой оправе, пухлое лицо. Маленькие карие глазки.

Все время приветливо улыбается, но я сразу отметил несоответствие. Когда человек искренне радуется, в улыбке участвуют все мышцы лица. А у Брускова улыбались только мясистые губы. Мышцы лица вокруг глаз остались неподвижными. Ну да ладно, бог с ним, у нас в стране не принято строить радостные физиономии, тем более, на деловых переговорах.

Второй - Коротков Геннадий Викторович, тоже его зам. Этот, наоборот, худощав и подтянут. Лицо изборождено морщинами. Его трудно заставить улыбаться.

Он больше похож на отставного военного. Хотя нет, когда стоит и ходит, он сильно сутулится, а это говорит об отсутствии военной выправки.

Высокие договаривающиеся стороны поздоровалась и по моему совету наш пред сначала завел песню насчет уже согласованных условий контракта. Там, где все уже известно и оговорено.

Я все эти сведения знал наизусть, потому что обладал фотографической памятью. Она у меня и так от рождения была превосходной, впоследствии я развил ее еще лучше. Это нужно было для публичных выступлений с ментальными трюками по гипнозу. Я ведь с юных лет выступал на сцене с сеансами публичного гипноза.