Чтение онлайн

— Это кто тебе доложил, что я назвал их «деревни в ущелье»? — спросил Коба.

Мамантий вместо ответа только улыбнулся. Это был еще тот тип! Немногословие придавало ему внушительности, а от плотной фигуры веяло уверенностью.

— Положение везде одинаковое, — сказал Дато. — В тяжелой ситуации всегда кажется, что где-то в другом месте полегче…

— Твоя водка очень кстати, — сказал Коба Мамантию. — Вот проснется разбойник Како и дернем еще. Без нее воспаление легких было бы нам гарантировано.

— Не встреть мы вчера Акакия, нам бы кранты! — согласился Дато. — Еще одну ночь под открытым небом мы бы не выдержали.

Куры постепенно разбредались по двору, но далеко не отходили, надеясь, что корм им все-таки отсыпят.

— Разоспался наш князь, — сказал Мамантий. — Видать, действительно дворянских кровей.

— Ей-богу! — подхватил Коба. — Вылитый дворянин.

Они думали, что Мамантий иронизировал, но, взглянув на него, увидели, что ошиблись.

— Ты хотел сказать, что Акакий похож на разорившегося дворянина? — спросил Мамантий. Он с лету все схватывал и быстро соображал. Это трудно было предположить, увидев его впервые.

— Давай-ка я хоть умоюсь, — сказал Коба.

Они направились к колодцу. Впереди шел Мамантий. Пока Акакий спал, он принял на себя обязанности хозяина. Дато понял, почему Мамантий оставался с ними допоздна: по деревенскому обычаю гостям должно оказывать уважение.

— Вчера мы были в таком состоянии, что от нас вряд ли стоило ждать вразумительного рассказа, — сказал Дато.

Мамантий поглядывал на них с неопределенным выражением, заставляющим призадумываться: а слушает ли он? Но Дато опять ошибся.

— Меня удивляет, как вы после такого пути стояли на ногах… — сказал Мамантий. Какое-то время он молча искал что-то у колодца, потом раздраженно буркнул: — Куда к черту спрятал этот паникер веревку и ведро! Все прячет, только бы не догадались, что дом обитаемый. Одно не сообразит: что делать с домом. Пришла раз нелепая мысль в голову — снять входную дверь. Он ведь до сих пор в шоке, никак от смерти жены не оправится…

Действительно, на колодезном вороте веревки не оказалось. Помятое ведро валялось рядом, но веревки нигде не было. Искали долго, но не нашли.

— Пойду, разбужу его и спрошу, куда подевал, — буркнул Мамантий.

— Почему у здешних колодцев нет журавлей? — спросил Коба. — В ущелье во всех деревнях колодцы были с журавлями.

— У нас колодцы глубокие, вода ниже десяти метров. При такой глубине журавль непригоден, — ответил Мамантий и вдруг замолчал и насторожился.

В ту же секунду Коба и Дато услышали звук автомобильного мотора.

— Едут! — сказал Мамантий спокойно.

— Заседание продолжается, мать его!.. — сказал Коба. Хладнокровие ни на секунду не изменило ему, как будто он соревновался с Мамантием в способности держать себя в руках.

— На этот раз, надо полагать, тщательно все обыщут. Верно, заподозрили, что скот в деревне припрятан, вот и пожаловали на рассвете. Что-то не припомню, когда в последний раз являлись в такую рань, — сказал Мамантий. — Скорее всего приметили где-то свежие коровьи лепехи. Говорил Диомиду, чтоб не пригонял скотину!

— Не везет мне: в который раз не дают умыться эти ублюдки! — через силу улыбнулся Коба.

— Ничего страшного. Так проскользнем мимо, что ничего не заметят… Не впервой!Идите через огород и ждите меня у хлева, а я разбужу Како, — Мамантий показал рукой, куда им следовало идти.

Однако Коба последовал за Мамантием.

— Наше барахло в доме! — сказал он, отвечая на вопросительный взгляд.

— Мы с Како все прихватим, — ответил Мамантий.

— Вы не знаете, где что лежит!

Они, пригнувшись, побежали, на бегу перебрасываясь словами. Один за другим проскользнули в дом. Мамантий дотянулся до Акакия и живо поднял с постели.

— Едут, — спокойно сказал он, в то же время прислушиваясь к звуку машины. — Шевелись!

Акакий замер, навострив слух, но Мамантий не позволил долго вслушиваться и ногой пододвинул ему туфли.

Когда Коба и Дато выбежали на задний двор, машина была уже близко. Из-за угла дома они заметили знакомую со вчерашнего дня белую «Волгу». Машина ехала медленно. В багажнике, спиной к движению, устроились два человека.

Мамантий с Акакием вышли из дому. Акакий тут же вернулся, и все были вынуждены ждать его.

— Куда к черту он подевался? — спросил Коба у Мамантия.

Мамантий окликнул Акакия. Потом касанием руки спустил предохранитель автомата. Дато и Коба инстинктивно сделали то же самое. С этой минуты они безоговорочно признали главенство Мамантия.

— Пошли, он нас догонит! — сказал он и двинулся первым.

Мамантий шел, не оглядываясь, со спокойной уверенностью выбирая направление, скрытое со стороны дороги. Когда добрались до сетки, присыпанной крупными увядшими листьями тыквы, из дома, всполошив кур, выбежал Акакий.

— Ходу, ходу, не останавливаться! — рявкнул Мамантий.

Перемахнули через проволочную сетку и оказались в огороде. Дальше, шагах в двадцати, была натянута вторая сетка. За огородом темнел загон для скота, с трех сторон огороженный плетнем. В углу загона кренился жухлый стог кукурузной ботвы. Рядом стоял бревенчатый хлев с загоном для телят.

Перемахнули через вторую сетку и остановились, дожидаясь Акакия. Акакий зацепился полой пальто за проволочную сетку и неловко грохнулся на землю. Прихрамывая, добежал до второй сетки, перебросил через нее свой дождевик и школьный рюкзак вишневого цвета, затем полез сам. Все трое помогали ему.