Чтение онлайн

– Нас больше устроит выход на поверхность, – пробормотал водитель с набитым ртом.

– Нельзя отказываться от приглашения Господа, – гневно оборвала его женщина.

И словно в подтверждении её слов водитель закашлялся и упал на пол тоннеля. Изо рта у него потекла кровь.

Когда Али выхватил пистолет, англиканцев уже и след простыл.

Больше он практически ничего не помнил. Его подобрали через три дня в полях, в совершенно невменяемом состоянии. Ни машин, ни людей, которые были с ним, так и не нашли.

– Что мне делать? – спросил Али, закончив свой рассказ. Он был напуган до смерти.

– Завтра сюда прибудет Профессор, съездим на место… – санитарный инспектор и сам не знал, что нужно делать в таких ситуациях.

– Мне кажется, что я схожу с ума, – вырвалось у Али.

– Увы, не всё так просто. Думаю, кто-то или что-то хорошенько поработало с твоим сознание, заменив реальную память этим бредом.

Велогонка, – шоу собственного изобретения Али, – начиналась почти сразу же после рассвета, до того, как невыносимая жара вступит в своё царство, поэтому гости и приглашённые (здесь это имело принципиальное различие) съезжались накануне вечером.

Велосипедистам предстояло преодолеть пять кругов вокруг огромного дома Али, на просторных лоджиях которого находились гости. Несмотря на баснословную стоимость входного билета, желающих посмотреть шоу было не мало.

Для приглашённых (особо влиятельных людей или немногих друзей Али) существовала вип-ложа. Санитарному инспектору было выделено место именно там, рядом с Али, который на этот раз (так было далеко не всегда) решил поучаствовать в качестве зрителя. Кроме них в ложе было трое латиноамериканских финансистов, один посол и дама утончённой наружности. На вид ей было чуть более 30. В ушах и на шее у неё красовалось целое состояние, воплощённое в изысканном нагромождении камней, каждый из которых мог бы прокормить небольшую банановую республику.

Финансисты, как и положено состоятельным кротам, считали. Посол наслаждался виски с кокаином. Дама пила красное вино. Рядом с ней на столе лежал театральный бинокль. Али с санитарным инспектором ограничились кофе – им предстоял трудный день.

– Кто эта женщина? – спросил санитарный инспектор, перехватив её многообещающий взгляд.

Али сделал вид, что не услышал вопрос.

Дали старт, и участники, экономя силы для последнего рывка, поехали вперёд, стараясь занять стратегически верное положение. Всего их было 15: несколько торговцев, решивших присвоить товар Али, несколько несговорчивых конкурентов, доставшая его любовница и тощий мужик в толстых очках – бухгалтер, накрывший Али на приличную сумму. Он был приговорён к пожизненному участию в соревнованиях. Забыл сказать, что велогонка была превращённой в шоу публичной казнью. Для большего накала страстей велосипедистам давался шанс помилования, достаточно было прийти к финишу живым. Роль палачей исполняли сами зрители, расстреливающие спортсменов из луков и арбалетов. Исполняли эту роль они с удовольствием, поэтому пять кругов были настоящими кругами ада. В случае удачной охоты можно было заказать чучело трофея или его голову на стену, причём довольно-таки недорого.

Уже с первых секунд заезда на спортсменов посыпались стрелы. Дама, судя по её реакции, болела за очкарика. Каждый раз, когда стрела пролетала слишком близко от него, она вскрикивала и закрывала лицо руками. Было похоже, что она здесь впервые и незнакома с негласными правилами велогонки. Дело в том, что во время первого и второго кругов стрелки демонстрировали своё умение обращаться с оружием, стараясь выстрелить так, чтобы их стрелы прошли как можно ближе от спортсменов, при этом даже не оцарапав их. Выстрел «с кровью» на этом этапе шоу считался плохим тоном, за который вполне можно было лишиться права быть гостем и даже приглашённым.

Кровь допускалась с третьего круга. Во время третьего и четвёртого круга зрители лёгким ранением метили свою будущую жертву. Конечно, никто не запрещал убивать и помеченного другим зрителем спортсмена, но это выглядело бы, как кража еды с чужой тарелки.

С третьего круга начиналась Игра – поистине дьявольское состязание: стрелки по очереди стреляли в «своих» велосипедистов, стараясь ранить их как можно легче. При этом промах или выведение велосипедиста из строя считалось поражением, как и отказ от выстрела. Разумеется, каждый велосипедист старался любым способом добраться до финиша, потому что после окончания заезда во двор выпускались специально натренированные собаки, разрывавшие заживо тех, в ком ещё теплилась жизнь.

На третьем круге, когда стрела сбила очки с лица бухгалтера, женщина чуть не рухнула в обморок. Но это попадание не могло считаться меткой, правда, неизвестно ещё, было это везением или нет. Многие не очень хорошие стрелки ждали последнего круга, чтобы выпустить стрелы в оставшихся свободными велосипедистов.

На четвертом круге Али достал свой арбалет с оптическим прицелом. Прицелившись, он выпустил стрелу, оцарапавшую лицо его незадачливой любовнице. В любом случае никто из гостей не стал бы в неё стрелять, зная, как Али относится к воспитанию своих женщин, которых он менял в среднем раз в 3–5 лет. На уровне игры он позволял им всё, даже вытирать об себя ноги в присутствии гостей, но лишь до тех пор, пока это было игрой. Стоило девчонке решить, что он и на самом деле тюфяк, как она оказывалась на велосипеде.

К пятому кругу бухгалтер, за которого невольно стал болеть и санитарный инспектор, все ещё был невредим. Велосипедисты теперь старались ехать как можно быстрей, но так, чтобы прятаться за спины других участников пробега. Двоим, правда, повезло значительно меньше. Один еле брёл, весь истыканный стрелами. Он давно уже бросил велосипед. Второй все ещё был в седле, несмотря на ряд довольно серьёзных ран. Если игроки были достаточно трезвыми, именно эти двое имели шанс дойти живыми до финиша, где уже ждали машины скорой помощи – Али не скупился на медицинские расходы для победителей.

К средине пятого круга из 15 велосипедистов в живых осталось только пятеро, включая бухгалтера, тех двоих и любовницу Али. Когда бухгалтер появился в поле зрения вип-ложи, дама радостно хлопнула в ладоши. Это послужило сигналом для очаровательного негритенка лет 8 в матросском костюмчике. Он тут же поднёс даме небольшой лук и колчан со стрелами. На зависть Робину Гуду или Вильгельму Теллю она успела всадить в сердце бухгалтера пять или шесть стрел, прежде чем он рухнул с велосипеда. Подозвав официанта, она попросила его принёсти голову бухгалтера на блюде. В ожидании трофея она закурила сигарету и взглядом победительницы посмотрела на санитарного инспектора.

– Мои поздравления, мадам, – сказал он, поднимая свою чашку кофе как бокал.

– А вы? – спросила она.

– Я не люблю охоту.

– Только не говорите, что вы против насилия.

– Нет, просто я не люблю охоту.

Принёсли голову. Дама осмотрела её со всех сторон, затем, затушив в глазу окурок, бросила официанту:

– Отнесите её на кухню.

Повернувшись к санитарному инспектору, она добавила:

– Охотник, отказывающийся есть свою добычу, на мой взгляд, банальный убийца.