Главная роль
Шрифт:
– Шон Гордон, – повторил Макконнахи, метнув быстрый взгляд на Блайта. У него с этой девушкой отношения явно посерьезнее деловых, как он отнесется к тому, что около нее вертится этот общепризнанный красавчик?
Но режиссер даже глазом не моргнул. Ему было известно о визите Шона, Кейт сразу все рассказала ему. В подобных обстоятельствах глупо предаваться заурядной ревности. Главное – защитить Кейт от ненормального, который решил испортить ей жизнь.
– Мы проверили, ваш дом не очень надежно охраняется, – сказал лейтенант, откинувшись на спинку стула. – При большом желании любой человек мог проникнуть в вашу квартиру и оставить там записку.
Кейт сжала руки. Ее дом в одно мгновение перестал быть ее крепостью. Она мнила, что находится в надежном месте. Как смешно! Кто-то захотел осквернить ее жилище и без труда сделал это.
– Я больше не смогу вернуться туда, – прошептала Кейт, когда они с Блайтом вышли на улицу. – Просто не смогу.
– Ты ни в коем случае туда не вернешься, – сурово проговорил Джонатан. – Теперь ты все время будешь рядом со мной. Мне с самого начала следовало так поступить. Ты переедешь ко мне, Кейт?
Она кивнула, на ее глазах заблестели слезы. Почему она не чувствует радости, ведь исполняется ее желание? Неужели во всем виноват этот страх, мертвенный, удушливый страх, который терзает ее уже вторые сутки? Избавится ли она от него когда-нибудь?
– Спасибо, Джонатан, – выговорила Кейт непослушными губами.
Он обнял ее за плечи, судорожным движением привлек к себе.
– Мы обязательно найдем этого мерзавца. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Ты мне веришь?
– Да.
Кейт вдыхала терпкий запах его одеколона. Только так ей не страшно, только с ним. Если бы только она могла попросить его бросить все и уехать с ней куда-нибудь. Нет, не навсегда, только на какое-то время, чтобы выждать, успокоиться, прийти в себя. Но она не может. Не имеет права. Он должен завершить свою работу, и она должна сыграть свою главную роль. Она не может поддаться страху, уступить чужой черной воле.
– Джонатан, я думаю, что мы можем продолжать работу, – тихо сказала она.
– Ты уверена? – Голос Блайта дрогнул. Он заглянул ей в глаза, пытаясь узнать правду.
– Так будет лучше. – Кейт выдержала его взгляд. Она знала, что фильм очень важен для него. Как она могла подвести его? – Я выдержу…
Кейт стояла перед большим зеркалом в полный рост и любовалась своим отражением. Она всегда считала себя довольно привлекательной, но сейчас – в длинном вечернем платье, с изысканной прической и искусно подкрашенным лицом – она казалась себе настоящей красавицей.
– Кейт, хватит торчать перед зеркалом! – Проходящий мимо Шон, небрежно хлопнул ее по спине.
Кейт бросила на него притворно-свирепый взгляд. Им удалось вернуться к тому непринужденному дружескому тону, который так нравился Кейт. О его визите к ней они не вспоминали, и хотя порой Кейт видела, что Шон, как-то по-особенному смотрит на нее, он больше не навязывал ей свое внимание. Кейт была очень ему благодарна за это. Острых ощущений ей и так хватало. Только-только она начала чувствовать, что страх потихоньку ослабляет свою железную хватку. Она с головой ушла в работу, и это прекрасно отвлекало ее. Кейт знала, что лейтенант Макконнахи и его подчиненные изо всех сил стараются найти ее преследователя. Она знала, что о ней заботятся. И позволяла себе полностью раствориться в работе, уходя в иную реальность и забывая о собственных переживаниях…
Сегодня должны были снимать сцену большой вечеринки, которую устраивал шеф Риты Маршалл в честь десятилетия своей адвокатской компании. Рита рассчитывала, что этот день станет очень счастливым для нее. Несмотря на сложное и опасное расследование, она ни на секунду не забывала о своей любви и надеялась официально представить Майка Адамса своим друзьям и коллегам. Майк уже неоднократно намекал, что им следует подумать о будущем, и Рита предчувствовала, что именно на этой вечеринке и будут произнесены нужные слова.
Но Кейт уже знала, что как раз в перерывах между танцами Майк нечаянно выдаст себя, и Рита догадается, что он тот самый человек, которого она преследует. Кейт уже заранее трепетала при мысли о том, каким ужасным покажется Рите это осознание. Майк, любимый, надежный, близкий, в одно мгновение превратится в монстра, уничтожить которого – ее задача…
– Кейт, хватит мечтать, через пять минут начинаем! – вновь позвал ее Шон.
Кейт очнулась.
– Иду, – отозвалась она и одернула платье. Пора.
Для этой сцены были построены декорации огромного бального зала. Это была просторная комната без одной стены. В углу расположился настоящий оркестр, статисты в смокингах и нарядных платьях прогуливались по залу и обменивались замечаниями. Роскошная хрустальная люстра висела на потолке.
Рита Маршалл вошла под руку с Майком. Она улыбалась знакомым, и по ее виду сразу было заметно, что она безумно счастлива. Шон великолепно смотрелся в смокинге, и у Кейт защемило сердце, когда он пошел за шампанским, и она смогла понаблюдать за ним со стороны. И почему невозможно раздвоиться и любить двоих одновременно? Кейт невольно усмехнулась. Почему же нельзя? Ведь сейчас она как раз живет двойной жизнью, и как Рита Маршалл имеет полное право любить Шона, целовать его… И никто не скажет ей ни слова…
– Стоп! – раздался властный голос Джонатана. – Кейт, соберись!
Кейт вздрогнула. Кажется, она замечталась до такой степени, что совсем забыла о роли.
– Да, конечно, – кивнула она.
И оркестр заиграл снова ту же мелодию, и Кейт с Шоном снова вошли в зал, обмениваясь влюбленными взглядами.
– Ты сегодня изумительно выглядишь, Рита, – сказал Майк, откровенно любуясь соблазнительной фигуркой девушки в облегающем шелке. – Это платье идет тебе даже больше, чем то красное, в котором ты была в баре… Извини, я сейчас вернусь…