Чтение онлайн

–  Таким образом, - сказал Бинабик, - меч Торн, прошедший по линии правителей Наббана, оказывался наконец у…

–  Сира Камариса, лучшего друга моего отца, - закончил Джошуа.
– Я слышал множество историй о Торне, но до сего дня не знал с точностью, откуда он появился… если только можно верить Ниссесу. У этого отрывка был неприятный привкус ереси.

–  Те из его утверждений, которые можно проверить, соответствуют истине, ваше высочество, - сказал Ярнауга, поглаживая бороду.

–  И все-таки, - сказал Джошуа, - я не понимаю, какое это может иметь значение. Меч Камариса был утерян, когда утонул его хозяин.

–  Позвольте мне зачитать еще кусочек из писаний Ниссеса, - ответил Бинабик.
– В этом месте он говаривает о третьей части нашей загадки.

Второй из Великих Мечей явился из моря, придя в Светлый Ард через соленый океан с запада.

Много лет морские разбойники приплывали на наши земли из далекой холодной страны, которую они называли Изгард. Закончив грабеж., они возвращались назад.

Потом случилось так, что какая-то трагедия или роковая случайность у них на родине заставила их захватить эту землю, перевезти в Светлый Ард свои семьи и поселиться в Риммергарде, на севере, где несколько позднее родился и я.

Когда они высадились, король Элврит возблагодарил Удуна и других языческих богов и приказал перековать в меч железный киль своей лодки "Дракон", чтобы это оружие служило защитой его народу на новой земле.

Так получилось, что киль отдали двернингам, таинственному искусному народу, и они неизвестным способом получили чистый и великий металл и выковали длинный сверкающий клинок.

Но король Элврит и-мастер из двернингов заспорили о цене, и король убил кузнеца и взял меч неоплаченным, что стало причиной страшного несчастья, случившегося позднее.

В раздумьях о новой стране Элврит назвал меч Миннеяр, что значит Год Памяти.

Тролль кончил и подошел к столу, чтобы глотнуть воды из кувшина, стоявшего там.

–  Итак, Бинабик из Йиканука, ты прочел о двух могущественных мечах, - сказал Джошуа.
– Может быть, эти ужасные последние годы размягчили мои мозги, но я все еще не понимаю…

–  Три меча, - пояснил Ярнауга, - считая Джингизу Инелуки, который мы зовем Скорбью. Три Великих меча.

–  Чтобы понять все до конца, вы должны прочитать последнюю часть книги Ниссеса, которую цитирует Моргенс, - сказал наконец присоединившийся к разговору отец Стренгьярд.

Он поднял пергамент, который Бинабик положил на стол.

–  Вот, пожалуйста. Это стихи из заключительной части рукописи безумца.

–  Мне кажется… мне кажется, я понимаю, - сказал принц с возрастающим интересом.
– Это похоже на предсказание, предсказание наших дней - как будто Ниссес заранее знал, что Инелуки когда-нибудь вернется.

–  Да, - согласился Ярнауга, почесывая подбородок, и заглянул принцу через плечо, - и, по-видимому, чтобы все исправить, мечи вернутся вновь.

–  Мы имеем понимание, принц, - вставил Бинабик, - что если Король Бурь и может быть побежден каким-то образом, то это только путем нашего нахождения мечей.

–  Трех мечей, о которых говорит Ниссес?
– спросил Джошуа.

–  Такое предположение.

–  Но если молодой Саймон говорит правду, Скорбь уже в руках моего брата.
– Принц нахмурился, его высокий бледный лоб избороздили глубокие морщины.
– Если бы можно было запросто забрать его из Хейхолта, нечего было бы дрожать от страха в Наглимунде.

–  О Скорби следует думать в последнюю очередь, принц, - сказал Ярнауга.
– Теперь мы должны действовать, чтобы заполучить остальные два. Мое имя было дано мне за необычайно острое зрение, но даже я не могу видеть будущее. Возможно, нам представится случай отнять Скорбь у Элиаса, может быть, сам король допустит какую-нибудь ошибку. Нет, сейчас нам надо найти Торн и Миннеяр.

Джошуа откинулся в кресле, скрестив ноги и закрыв лицо руками.

–  Все это похоже на страшную детскую сказку!
– воскликнул он.
– Как сможет народ перенести такие времена? Ледяной ветер в ювене, поднявший голову Король Бурь и он же - умерший принц ситхи… А теперь еще безнадежные поиски давно утерянных мечей… Безумие! Безрассудство!
– Он открыл глаза и выпрямился.
– Но что мы можем сделать? Я верю всему этому, значит и я, должно быть, безумен.

Принц встал и начал расхаживать по комнате. Остальные смотрели на него, радуясь, что их самые смелые надежды оправдались и им удалось убедить Джошуа в мрачной и страшной правде.

–  Отец Стренгьярд, - молвил наконец принц.
– Не позовете ли вы сюда герцога Изгримнура? Я отослал пажей и всех слуг, чтобы мы могли поговорить без помех.

–  Конечно, - сказал архивариус, поспешив вон из комнаты. Полы широкой рясы хлопали на ветру.

–  Неважно, что произойдет в дальнейшем, - произнес Джошуа.
– Мне придется многое объяснить на сегодняшнем рэнде. Я хотел бы, чтобы Изгримнур был рядом со мной. Бароны знают его как здравомыслящего человека, а я все еще вызываю некоторое подозрение благодаря годам, проведенным в Наббане, и странным привычкам.
– Принц слабо улыбнулся.
– Если все это безумие - правда, то наша задача сложнее, чем когда бы то ни было. Если герцог Элвритсхолла будет на моей стороне, баронам придется поверить всему этому. Я не думаю, что поделюсь с ними самой последней информацией, хотя в ней и есть какие-то черепки надежды. Я не доверяю способности некоторых из них держать при себе такие потрясающие новости.

Принц вздохнул. Вполне хватало и одного Элиаса в качестве врага. Он встал, глядя на огонь. Глаза его блестели, словно какая-то влага наполняла их.

–  Мой несчастный брат!

Бинабик поднял глаза, пораженный щемящей интонацией этих слов.

–  Мой бедный брат, - повторил Джошуа, - он теперь совсем завяз в этом кошмаре: Король Бурь! Белые лисицы! Я не могу поверить, что он понимает, что делает.

–  Кто-то знал, что делает, принц, - произнес Бинабик.
– С великой вероятностью господин Пика Бурь и его подручные не хаживают от дома к дому с танцеванием, чтобы расхвалить свой товар, как будто бродячие коробейники.