Глазами предков часть 2
Шрифт:
– Грида, нам нужны документы. Без бумажки ты букашка!
– Раздевайся, будем делать из тебя «рантика», а если повезёт, дотянешь до «храбра».
– А зачем раздеваться? – поинтересовался я.
– Как ты относишься к татуировкам?
– Отрицательно! Я считаю, если бы Всевышних хотел нас разукрасить…
– Не гунди, – оборвала она пафосную речь. – Сейчас нанесу на кожу сеточку татушек, и любой обладатель истинного зрения будет считать, что у тебя полноценные каналы.
– А об эстетической стороне вопроса ты подумала?
– Необходимость не признаёт ограничений, – фыркнула она. – Потом мы тебя перекрасим в розовый цвет…
– Что-о?! Что значит в розовый?!
– Я же с таким окрасом более века хожу и ничего, не сломалась!
– Ты издеваешься?
– Нет, я серьёзно! Ладно, сделаем более насыщенным, и станешь фиолетовым!
– Ха-ха, насмешила!
– Просто зелёный тебе не к лицу, а синевласки меня не возбуждают. Ладно, будешь красным, как огонёк! Но с розовым оттенком.
– А зачем меня перекрашивать? Может побриться наголо?
– И маскировка псу под хвост. Любой дурак сразу скажет: «Вон идёт Лысый бастард». А нам важна незаметность!
– С красно-розовыми волосами? – съехидничал я.
– А здесь так не ходят? Странно. Вроде красивый оттенок. Я и сама его люблю. Не то, что этот тусклый коричневый. Бр-р, бяка. Видишь, на какие жертвы приходится идти!
– Грида, давай будем серьёзными. Здесь в основном русоволосые или светло каштановые волосы. Есть блондины и брюнеты, но их мало. А рыжих вообще можно пересчитать по пальцам.
Она тяжело вздохнула и проворчала:
– Ненавижу серость! Ладно, уговорил бесхарактерную. Найдём кандидата на новую личность, тогда и перекрасимся. А пока раздевайся и ложись. Судя по размеру источника, ты выглядишь как «храбр». С этого дня никаких огненных шаров или иных чар. Ты простой, среднестатистический воин. Хотя нет, обычный горожанин. Нам надо слиться с толпой.
– Я знаю заклинание маскировки в ночной тьме.
– Прибережём его до того момента, пока не найдём Младшего. Думай, чью личность можно присвоить.
– Понятья не имею, я не знаю людей, кто бы мог сделать нам левые документы. Хотя, Михей вроде говорил…
– О нём забудь, его наверняка пасут, – сразу отмела идею Грида. – Свяжись с внучкой адвоката. Как там его? Шнейдер. Если я правильно поняла, они много лет подряд оказывали услуги бандитам, так что должны иметь нужные связи.
– Но Розалия порядочная девушка…
– А её дедуля продуманный негодяй. Вот к нему-то мы и заглянем на огонёк.
– Он продаст нас со всеми потрохами, – возразил я.
– Птенчик, ты такой наивный! – улыбнулась Грида. – После того как ты поставишь на него печать подчинения, он станет послушным и угодливым!
– Мы так не договаривались! Я не собираюсь делать из людей рабов!
– Согласна, слегка перегнула палку, – кивнула она. – Я и сама не сторонник принуждения. Мне ближе по духу радикальные меры – чик по горлышку, и концы в воду.
– Ох, Грида, что ж ты не осталась у Алекса?!
– Тогда бы тебя давно прибили, – хмыкнула она. – А сейчас взгляни на себя! Вес набрал и теперь похож не ходячее пособие по анатомии, а на настоящего мужчину. К тому же драться научился и если снять маскировку источника, станет заметно, что энергии в тебе на полноценного «старца». И вообще, чем ты недоволен? Рядом с тобой такая хрупкая и беззащитная серенькая красавица. Кстати, я буду отыгрывать твою ненаглядную жёнушку, так что готовься показать себя во всей красе! Я в кроватке требовательная и грубости не потерплю. Впрочем, если сможешь меня победить…
– Опять у тебя мысли куда-то в сторону ушли.
– Так я всегда о мужиках думаю! Но это к делу не относится. Ладно, ложись, будем рисовать энергетические каналы.
Я с детства не люблю уколов, поэтому внутренне противился процедуре. Но оказалось, что Грида и не собиралась меня колоть. Она нарисовала кисточкой на теле сеточку тонких полосок. Затем заставила встать и расписала всю спину и заднюю часть ног и рук. Ну думаю, вроде ничего страшного, так что можно потерпеть щекотку. А потом она поставила точку и с ехидной усмешкой вставила в зубы палочку. И вот тут-то я ощутил непередаваемую боль. Складывалось впечатление, что меня прожигают насквозь. Мышцы скрутила судорога, и я катался по земле в позе эмбриона. Сознание затуманилось, и я окунулся в омут беспамятства.
Когда раскрыл глаза, увидел серьёзную смуглянку с розовой копной – значит, ей пришлось применять магию, поэтому маскировка пропала. Она хмурилась и ворчала.
С большим трудом прохрипел:
– Грида, ты рехнулась? Почему не предупредила, что будет больно!
– Живой! – радостно воскликнула она. – Прости мой Птенчик, я забыла исправить коэффициент чувствительности нервных окончаний, и ты полностью прочувствовал весь процесс трансформации.
– К-какой трансформации?
– Теперь у тебя есть все положенные энергетические каналы.
– Ты же говорила, что просто их нарисуешь?!
– Я и нарисовала, а потом внедрила в тело, – хлопая ресничками, сообщила она. – Ты, наверное, не знаешь, впрочем, и твои соотечественники тоже не в курсе, но в магической академии давно известно о печати усиления организма. Можно годами заниматься прокладкой сеточки каналов и не факт, что тебе хватит упорства, а можно провести простенький ритуал и получить всё и сразу. Конечно, такую процедуру не всякий может пережить и многие именитые магистры загнулись в процессе, но если выживешь, станешь значительно сильнее, чем раньше.
– И как много человек не перенесли нанесение печати?
– При облегчённом варианте выживает половина, а на такой, что ставила я, один из ста.
– Один процент? Ты издеваешься?! Всего один грёбаный процент? Грида, ты знаешь, что я с тобой сделаю? – прорычал я, пытаясь подняться.
– Птенчик, не сердись. Просто, когда мой благоверный ставил печать на меня, всё как-то само собой получилось. Я почти ничего не почувствовала. Бах и стала значительно сильней, чем раньше. Думала и с тобой пройдёт всё как по маслу. Но оказалось, что я забыла исправить коэффициент. Что поделать, память девичья. Зато сейчас ты станешь могучим, словно лев и сможешь головой ломать кирпичи.