Шрифт:
Глава 1.
За тысячу лет стены города Паара стали похожи на исполинский слоеный пирог. Снизу они были сложены из массивных полированных блоков в человеческий рост, подогнанных с такой точностью и тщательностью, что можно было только подивиться мастерству древних строителей.
Второй слой, более новый, был сложен из черного блестящего камня, опоясывающего город, как ремень, стан воина, а стройные черные башенки лепились к древним массивным сооружениям как невесомые голубиные гнезда.
Еще выше был совсем новый пояс из красного камня, усеянного сверкающими на солнце искорками. Красные башни возносились к самым небесам, соединенные друг с другом изящными изогнутыми мостиками и крытыми стеклянными галереями.
От всего этого великолепия у путников захватывало дух, еще задолго до того, как они попадали на улицы древнего города, на которых, скрытые исполинскими стенами, их уже поджидали уже новые чудеса и новые потрясения.
У распахнутых городских ворот толпилось море повозок, между которыми уже с самого утра сновали бойкие перекупщики, а дальше, вниз по холму, раскинулся бесконечный лабиринт рыбного рынка.
Здесь тоже были свои улицы, проспекты и площади. Повсюду слышались крики птиц, вьющихся над лотками с морскими дарами, вопли торговцев и скрип кранов, разгружающих стоящие у пристаней суда.
Колышущийся лес мачт простирался, казалось, до самого горизонта, где на выходе из гавани виднелись грозные силуэты военных кораблей и гигантские башни, охраняющие вход в порт.
– Ну, показывай, что там у тебя, – пожилой суровый стражник в помятом ржавом шлеме, устало облокотился на алебарду, глядя на телегу, накрытую куском парусины.
– Небьющаяся посуда из Антраги! – белобрысый паренек, ловко спрыгнул со спины огромного безрукого голема, впряженного в телегу, и поспешно откинул ткань в сторону, демонстрируя товар. – Я сам ее делаю!
– Угу, – стражник шмыгнул носом. – С тебя тридцать тохров пошлины.
Мальчишка торопливо развязал висящий на поясе кошель и, отсчитав горсть медяков, аккуратно опустил их по одному, в стоящую у караулки деревянную коробку, с маленькой прорезью, проделанной в крышке.
– Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать, – кивнул стражник. – Проезжай!
Паренек быстро затянул хитроумный узел, закрывая парусиной товар, и ловко как обезьянка вскарабкался на плечи голема.
– Не подскажете приличную гостиницу, господин? – спросил он, свесившись вниз. – Я ведь первый раз в Пааре!
Стражник поглядел на восторженную физиономию юноши и усмехнулся.
– "Красный бык" будет тебе, пожалуй, по карману, – сказал он, сдвигая шлем на затылок. – Комнатки там опрятные, да и кормят не плохо.
Юноша почтительно поклонился и хлопнул ладонью по ржавой кастрюле, украшающей голову голема на манер шлема.
– Спасибо, господин! – воскликнул он. – Да хранит вас Орвад!
Стражник важно кивнул и направился к следующему путнику, стоящему в очереди перед городскими воротами.
Помахав рукой на прощание, мальчишка ударил своего "скакуна" пятками и улыбнулся.
– Вперед, Кирк! Нас ждут великие дела!
Скрипнув колесами, телега медленно поползла вперед, подпрыгивая на ухабах. Мимо проплыли еще одни массивные ворота, охраняемые десятком аркебузиров в давно не чищенных кирасах и украшенных перьями морионах.
Солдаты стояли вокруг столба, обклеенного объявлениями, курили трубки и весело смеялись, передавая друг другу оранжевые листки с рекламой нового борделя.
– Вы не подскажите, как мне найти гостиницу "Красный бык"? – спросил юноша, свешиваясь, как заправский кавалерист, с голема.
Солдаты замолчали, с любопытством разглядывая глиняного великана, с тяжелым хомутом и белобрысым хозяином на шее.
– В "Красном быке" хорошее жаркое, – одобрительно закивал молоденький аркебузир с щегольскими напомаженными усиками.
– А вино там дрянь, – фыркнул второй.
– Зато, какая там хозяйка! – третий солдат со смаком поцеловал кончики пальцев, и сально ухмыльнулся.
– Езжай до площади Всадников, там повернешь в сторону Железной Колонны, – посоветовал молодой щеголь. – Не заблудишься. У них вывеска в виде здоровенной бычьей головы.
Юноша весело кивнул и застучал пятками по глиняным бокам, подгоняя "скакуна".
Город встретил юного торговца как давнего знакомца. Он ударил по его обонянию тысячей экзотических запахов, оглушил криками торговцев, ревом животных и причудливой музыкой, он ослепил сверканием позолоченных куполов, стеклянных крыш и бронзовых фонтанов. Город встретил его как старый друг, предлагая шкворчащие в масле сосиски, разноцветные шелковые ткани и изысканные благовония, привезенные из дальних стран, на спинах диковинных двугорбых животных.
Кругом толпились нарядно одетые горожане, спешащие по своим делам. Деловито переваливались с боку на бок крошки-големы, нагруженные корзинками, тюками и картонными коробками.
Повсюду встречались вооруженные воины всех племен и народов, и даже темнокожие конные варвары, вооруженные длинными бамбуковыми копьями, с трепещущими на ветру бунчуками и изогнутыми луками инкрустированными костью и перламутром.
От всего этого многоцветья у юноши захватило дух, а его вытаращенные глаза, так и норовили вывалиться из глазниц, стараясь ничего не упустить и за всем уследить.
Мимо проплыла триумфальная арка короля Магобара, украшенная барельефами изображающими триумф корнвахов над алимами. В боковой улице мелькнула конная статуя лорда Торна, поражающего длинным копьем короля Трокура, а с правой стороны до самых небес взметнулись серебристые струи фонтана, в котором могучие бронзовые воины держали на щитах раненного короля Аспатарда.
Куда ни глянь, повсюду виднелись свидетельства трехсотлетнего правления корнвахов. Стены домов были украшены фресками, изображающими коней, изваяния бронзовых всадников стояли на каждом перекрестке, а на вывесках всех трактиров и лавок красовалась обязательная подкова, опутанная, будто гирляндой цветов, колючей проволокой.