Глория
Шрифт:
Золотое тиснение на передней панели машины глаза Джефа поймали в ту же минуту, когда машина была привезена. Он оттащил меня в сторону и тихо объяснил, что буквы сделаны из настоящего золота. На эти деньги мы смогли бы купить очень много газировки. Это было все, что я хотела услышать.
Поздно ночью, когда Джеф взял нож для масла, чтобы достать буквы, я пыталась выяснить, сколько конфет можно купить на миллион баксов. Пока я стояла на страже, я представляла себя на новом мини байке с ручным енотом Рэнди Сандифера на своем плече, хвост которого развевался на ветру. Конечно, Рэнди обязательно отдал бы мне енота за тысячу долларов.
На следующее утро мы проснулись от крика. Не от испуганного крика, а от гортанного крика муки и гнева. Хотя Джеф и заверил маму, что он купит ей шесть машинок на деньги, которые он получит от продажи чистого золота, но она по прежнему была очень зла. Этому способствовало то, что он помял и поцарапал стиральную машину, когда вытаскивал буквы, которые тут же разлетелись на куски.
"О чем ты думаешь?" — вдруг спросила Адриан.
"О маминой сломанной новой стиральной машине".
Адриан очень странно посмотрела на меня.
"Я получаю мысленную картинку енота и мини байка".
* * *
В тот вечер я лежала на нашей кровати и слушала ровное дыхание Адриан и ее редкие стоны. Она могла спокойно спать только лежа на боку, с подушкой между ног. О том, чтобы пообниматься, не могло быть и речи. Ребенка даже еще не было здесь, а он уже встал между нами барьером, лишая физической близости.
Я подумала о своей роли в жизни этого ребенка. Адриан была настоящей мамой и до сих пор справлялась со своими обязанностями как профессионал. Она читала вслух ребенку книжки и постоянно потирала живот, делая ему массаж. Она заказала для всех шкафов безопасные защелки, простирала одеяло и все приспособления для кроватки специальным моющим средством. Она естественно подходила ко всем изменениям в нашей жизни.
С другой стороны — я вообще понятия не имела, что потребуется одеяло. Адриан была так взволнована пеленками; это стало для меня такой загадкой, что я даже прочитала книжку о младенцах, но по прежнему не имела о них никакого представления. Я восхищалась способностью Адриан принимать естественно все изменения, и чувствовала себя болтающейся на ветру позади нее.
Потянувшись, я закинула руки за голову. Все меняется. Завтра мы покидаем свой коттедж, который был для меня настоящим домом. Нам стало тесно в нашей крошечной гостиной и на малюсенькой веранде. Мы с Адриан не могли пройти мимо, не задевая друг друга, но это было всегда приятно. Теперь мы будем жить в большом доме с настоящими комнатами и большим количеством места между нами.
* * *
"Хайден, проснись".
Открыв один глаз, я посмотрела сначала на Адриан, а потом на часы. Я проспала всего полчаса.
"Ты серьезно?"
"Да. Вставай", — Адриан включила ночник.
Я надеялась, что она откажется от такого безумия после пары раз, но этого не произошло. На четвертом пробуждении я начала терять терпение.
"Ради любви Майка, Пита и дяди Эрла — я в порядке", — сказала я и выключила ночник.
"Я не знаю никого из этих людей. Мне позвонить Шелби?" — Адриан опять включила этот чертовый ночник.
"Да, позвони ей и скажи, что я вижу розовых слонов и думаю, что я Элвис. А еще я думаю, что в тех гавайских рубашках, которые она носит, жарко, — я набросила одеяло себе на голову. — Большое спасибо, спокойной ночи!"
Адриан снова ткнула меня: "Ты должна встать и походить".
Я застонала и, отбросив одеяло, пошла за ней в ванную.
"Ты действительно так часто встаешь ночью?" — я расхаживала взад и вперед перед ванной.
"Даже если ребенок не давит на мой мочевой пузырь, то все те соки, которые вливает в меня Ирис, превращают меня в поплавок. Ананас, папайя, апельсин, томатный сок, иногда она их все смешивает вместе, делая меня больной".
Я слушала ее и мыла руки. Пока мы шли обратно к кровати, она крепко держалась за меня.
"Мне очень жаль, что тебе приходится так страдать, дорогая", — я взбила для нее подушку.
Адриан стонала, пока залезала на кровать и удобно укладывалась на ней.
"Это хорошая практика для нас обеих. Я полагаю, что в первый месяц ребенок не даст нам много спать".
После того как она разбудила меня еще три раза, я подумала — о чем мы только думали, когда решили завести ребенка. Кто в здравом уме захочет носить на себе дополнительных семь или восемь фунтов, писать каждые тридцать секунд и просыпаться каждый час каждой ночи, чтобы накормить чем то того, кто будет писать и какать в штаны на протяжении целого года!
Я посмотрела на своего кота Сабера, который подсматривал за мной одним зеленым глазом.
"О чем ты думал, создавая свое многочисленное потомство? Разве ты не знал, что тебе придется вылизывать задницы у десятка котят?"
Глава 2
Я спряталась от Ирис на нашей новой кухне, которая была отделена от гостиной барной стойкой, и наблюдала, как Джейкоб с двумя помощниками занесли первый из наших двух новых диванов. Их голоса эхом отражались от голых стен и высоких потолков. Еще одна пара помощников пришла после них и развернула новый ковер на наших новых паркетных полах. Все было новым. Та мебель, которую мы с Адриан делили в коттедже, идеально подходила для него, но не годилась для нового дома. Новый запах заставил меня разволноваться так, что я сбежала.
С открытой веранды я наблюдала за непрерывным шествием людей с коробками. В одной из коробок ехал Сабер, выглядя при этом как король, коим он себя и считал. За ним, любопытно оглядываясь, ехали два его выводка потомков. Адриан руководила всем этим, сидя на диване. Ирис командовала распаковкой коробок. Я повернулась и посмотрела на воду; для меня она была главной изюминкой нашего дома. Мы так спроектировали заднюю часть дома, что она почти вся состояла из окон, так что из каждой комнаты мы могли видеть океан. Его вид успокаивал мою беспокойную голову.