Чтение онлайн

Не опуская наставленной на него руки, я поползла, пятясь от блестящей полосы металла. Его рука упала, меч ударил в землю в том месте, где я только что была. Он сперва даже не понял, что не попал – злобно, словно рассекая плоть, вытащил меч из земли.

Я поднялась на ноги, все так же исторгая из него кровь, все так же убивая его.

Онилвин недоуменно глянул на землю, где он поразил мечом пустоту. Оперся рукой на тело Мистраля, прислонился к нему, другой рукой – с мечом – он бил в землю, но так, словно не понимал, что делает.

Он поднял ко мне голову, щурясь, словно в глазах у него все плыло.

– Кел говорил, ты ни на что не способна.

– Умри, Онилвин. Умри по моему слову и сдержи клятву.

Меч выпал из его пальцев.

– Если ты можешь пустить мне кровь, ты и спасти меня можешь.

– Ты хотел убить меня и моих нерожденных детей. С какой стати мне тебя спасать?

– Из милосердия, – сказал он. Взгляд у него начал уходить в сторону от того места, где я стояла.

Запахло розами. Слова, вылетевшие из моих губ, принадлежали не мне:

– Я темная богиня. Я разрушительница миров. Я тот лик луны, что не изливает света. Я могла прийти к тебе, Онилвин, светом, весной и жизнью, но ты призвал к себе зиму, а у снега милосердия нет. Есть только смерть.

– Ты ждешь ребенка, – сказал он, оседая на холодную землю. – Ты полна жизни.

Я коснулась живота правой рукой. Левую, повернутую к Онилвину, я не опускала ни на секунду.

– Богиня объемлет весь мир и все времена. Нет жизни без смерти, нет света без тьмы, нет страдания без надежды. Я Богиня, я – созидание и разрушение. Я колыбель жизни и я конец мира. Ты бы уничтожил меня, лорд Ясень, но не можешь.

Он смотрел на меня невидящими глазами. Потянулся ко мне рукой – не магией, он просто хотел до меня дотронуться, а может, дотронуться до чего-то иного. Я не уверена, что тянулся он ко мне, он что-то видел такое, до чего хотел дотянуться.

– Прости меня, – прошептал он.

– Я та ипостась Богини, которую ты нынче вызвал к жизни, лорд Ясень. Ты видишь прощение в ее лице?

– Нет, – прошептал он. Он оседал все ниже, пока щека его не коснулась земли, а тело не вытянулось рядом с Мистралем. Он вздрогнул и испустил последний долгий вздох. Онилвин, лорд Ясеневой рощи, умер как жил, окруженный врагами.

Сначала я увидела в небе у себя за спиной белое зарево – будто вторая луна взошла, – а потом уже ощутила поднятый охотой ветер. Но я не отрывала взгляда от поверженного сидхе. Онилвин лежал без памяти и казался мертвым, но пока я не буду знать наверняка, я не отвернусь и не дам ему второго шанса меня убить.

Я слышала, как лошади, псы и другие твари опустились на мерзлую землю. Звук бегущих ног – и рядом со мной оказался Шолто. Он встал между мной и обмякшими телами, наставив копье, держа в руке обнаженный кинжал.

Я прислонилась к его спине, ощущая сильные мышцы сквозь подранную футболку. Как и я, он не был одет для морозной ночи. Магия заставляет забыть о житейских мелочах, пока не отступит, и ты не поймешь, что опять стала смертной... Ох, да, наверное, это только обо мне. Некоторые сидхе никогда не чувствуют холода.

– Ты ранена? – спросил он.

– Нет, только замерзла.

Сказав это вслух, я будто дала себе разрешение откровенно дрожать. Я плотнее прижалась к теплой спине и обняла руками талию Шолто. Но обнаружила не только талию: щупальца принялись ласкать мои руки. Он меня трогал, держал и обнимал, как делал бы это руками, если бы они не были заняты оружием. У Шолто хватало «рук», чтобы обнимать меня и драться одновременно. Было время, когда вид щупалец так меня беспокоил, что я боялась не выдержать, но это мелочное беспокойство осталось далеко в прошлом. Щупальца были теплые, как будто кровеносные сосуды в них подходили близко к поверхности. Они вытянулись назад, обнимая меня крепче, удлиняясь, как никогда бы не могли, будь в них кости. Я никакого беспокойства теперь не чувствовала, только тепло.

Нас объехал Йоланд в пышном придворном наряде и с обнаженным мечом в руке. Что он там делал, я не видела, но услышала его голос:

– У зеленоволосого пульс едва различим.

– А что Мистраль? – спросил Шолто.

– То же самое.

– Мистраля надо доставить к целителям, – сказала я, кутаясь в тепло спины и других частей Шолто.

– А Онилвина? – спросил царь. Я так прижималась к его спине, что слова вибрацией отдавались в щеке.

Я вспомнила ненависть в глазах Онилвина, неумолимое лицо. Он хотел моей смерти. Если я подарю ему жизнь, это не изменит его решимости. Он сочтет это проявлением слабости.

– Он должен умереть.

Шолто оторопел; я это почувствовала – даже щупальца среагировали, попытались отдернуться, как отдергивают руку.

– Нам нужно сперва спросить королеву, Мередит.

– У слуа есть целители? – спросила я.

– Да.

– Тогда увези меня и Мистраля к себе. Мне надо в тепло, а ему нужно удалить из тела смертельный металл.

– Позволь нам увезти тебя в Благой двор, – предложил Йоланд.

Я засмеялась – смех вышел отнюдь не приятным.

– Без магии Дикой охоты, в таком виде я туда не пойду.

– Тогда в Неблагой, – сказал Шолто.

– Те, кого вы убили в лесу, были лордами Неблагого двора?

– Да, – ответил он.

– Значит, и там небезопасно. Увези меня в свое царство, Шолто.

– Сидхе более хрупки, чем народ слуа. Я не уверен, что наши целители окажут Повелителю Бурь лучшую помощь.

– Его нужно согреть и убрать из тела металл, а дальше только ждать. Но сейчас время не друг ни ему, ни нам. Убейте Онилвина. Переживем нынешнюю ночь – попросим аудиенции у королевы.

– Неужели ты всерьез требуешь положить конец жизни одного из сидхе? – поразился Турлок.

– Мои враги многочисленны, а друзья – нет. Первым я должна доказать, что напавшего на меня ждет неминуемая смерть, вторым – что у меня достаточно сил, чтобы править. – Плотнее прижавшись к Шолто, я сказала всю правду: – В глазах Онилвина я видела свою смерть и смерть своих нерожденных детей. Если я его пощажу, он увидит в этом слабость, а не милосердие. Я не хочу оставлять его у себя за спиной с такой яростной решимостью в глазах. Я беременна двойней. Стал бы ты рисковать судьбой первых детей сидхе со времен моего рождения из-за сантиментов?