Чтение онлайн

– Лицом к лицу? Как?

Десятки, если не сотни раз они с Фамом Нювеном вели обсуждения, как сегодня, как заключенные, перестукивающиеся через стену. На людях они виделись реже, чем в первые Вахты. Нювен сказал, что Эзр недостаточно умеет контролировать взгляд и жесты, и что шпионы слишком о многом догадаются. А теперь…

– Здесь, на нашей базе, Брюгель и его зипхеды зависят от локализаторов. Между корпусами баллонов есть места, где старые камеры перестали работать. Если мы там случайно встретимся, они не увидят ничего противоречащего тому, что я скормлю им через локализаторы. Проблема в другом: я уверен, что шпионы полагаются на статистику не меньше, чем на все остальное. Когда-то я командовал службой безопасности флота – такой, как у Ритцера, только помягче. У меня были программы, выделяющие подозрительное поведение – кто и когда был не виден, необычные разговоры, отказы оборудования. Это отлично работало, хотя плохих парней нельзя было схватить с поличным. Зипхеды с компьютерами – это должно быть в тысячу раз лучше. Ручаюсь, у них есть статистика с самого возникновения лагеря L1. Невинные поступки накапливаются, накапливаются – и в один прекрасный день Ритцер Брюгель получает косвенные доказательства. И мы покойники.

Бог Всей Торговли!

– Но мы можем скрыть почти все! – Если эмергенты зависят от локализаторов Кенг Хо.

– Может быть. Один раз. Не зарывайся. – Даже сквозь гул Эзр услышал, как Фам усмехается.

– Когда можно будет встретиться?

– Тогда, когда это окажет минимальный эффект на жизнерадостных аналитиков Брюгеля. Сейчас посмотрим… Я ухожу с Вахты через неполных двести килосекунд. Когда ты выйдешь на следующую Вахту, я буду где-то в середине своей. И устрою так, что мы сразу сможем встретиться.

Эзр вздохнул. Полгода жизни еще долой. Но это гораздо ближе, чем многое другое. Подойдет.

Бар Бенни начался как что-то не совсем законное, как видимое свидетельство большой сети черного рынка – криминальная столица по стандартам эмергентов. В стандартном низском языке Кенг Хо термин «черный рынок» тоже существовал, но означал лишь «торговля, которую необходимо вести тайно, поскольку она оскорбляет местных Клиентов». В небольшой общине вокруг скал никак нельзя было сохранить в секрете торговую сделку или подкуп. В первые годы заведение было защищено только протекцией Чиви Лин Лизолет. А сейчас… Бенни Вен улыбнулся про себя, выгружая на стойку напитки и обеды. Теперь он, когда был на Вахте, возился здесь полный день. Что еще лучше, с этой работой мог почти полностью справляться отец, когда Бенни и Гонле были вне Вахты. Ханте Вен был все той же потерянной, мягкой душой, и свои знания по физике так и не восстановил. Но он полюбил работать в баре. Когда он занимался этим один, могли происходить странные вещи. Что-то было явной неудачей, что-то – блестящим улучшением. Был случай, когда он покрыл стены ароматным лаком из дистиллятора летучих веществ. В небольших количествах аромат был приятен, но когда все стены им покрыты – страшная вонь. На время центр жизни базы перенесся в самый большой рабочий зал. В другой раз – четыре реальных года назад – он придумал такое, что стоило бы услуг целой Вахты: отец Чиви сделал ему лозу и соответствующую систему для невесомости, чтобы декорировать стены и мебель. И бар превратился в подобие парка.

Лианы и цветы все еще оставались, хотя сам Ханте уже два года как был вне Вахты.

Бенни вышел из-за бара в долгий обход по лесу зелени. На столы клиентов ставились еда и напитки, взамен принимались записки-обязательства. Бенни поставил «Алмаз и лед» и ведро с закуской перед Трагом Силипаном, Силипан со своим обычным надменным видом сунул ему обязательство. Он явно считал, что оно ничего не стоит, и платит он только потому, что так принято.

Бенни только улыбнулся и пошел дальше. Кто он такой, чтобы спорить? И Траг в определенном смысле прав. Но с самых ранних Вахт очень немного было случаев отказа от обязательств. Попыток уклониться – да. Единственная услуга, которую Траг мог бы реально оказать, требовала использования служебного времени зипхедов, и он все время увиливал от своих долгов, то не находя нужного специалиста, то затратив недостаточно времени зипхеда на получение наилучших ответов. Но даже Траг достаточно часто платил, как, например, лианами для невесомости, которые он поручил разработать Али Лину. Потому что за фарсом бумажных обязательств – каждый знал – стоял Томас Нау, который то ли из какого собственного интереса, то ли из симпатии к Чиви, ясно дал понять, что подпольная экономика Кенг Хо пользуется его защитой.

– Привет, Бенни! Сюда давай! – помахал ему Дзау Цинь с верхнего стола – стола «дискуссионного клуба». Вахта за Вахтой там, казалось собирались одни и те же люди. Обычно Вахты слегка накладывались – достаточно для того, чтобы, хотя появлялись и исчезали новые клиенты, они собирались за тем столом, если хотели поспорить, «чем все это кончится». На нынешней Вахте это были Дзау Цинь, конечно, и Рита Ляо, пять-шесть лиц, которые своим появлением удивления не вызвали, и – ага! – человек, который действительно в своем деле разбирается.

– Эзр! Я думал еще четыреста килосекунд тебя здесь не будет!

Черт побери, хотелось бы остаться и послушать.

– Привет, Бенни! – Лицо Эзра просияло знакомой улыбкой.

Странно, когда долго человека не видишь, прежнюю работу времени вдруг замечаешь резче. Эзр, как и Бенни, был еще молод. Но они уже были взрослыми. Около глаз Эзра залегли еле заметные морщинки. А когда он заговорил, в голосе его слышалась уверенность, которой не было в те времена, когда они оба были в группе Джимми Дьема.

– Мне ничего твердого, Бенни. Кишки все еще жалуются, недовольные, что их разморозили. – Он показал на дерево Вахт на стене над баром. Да, там было это изменение, скрытое среди многих других. – Кажется, Анне Рейнольт нужно мое присутствие.

Рита Ляо улыбнулась:

– Что само по себе уже повод для сбора дискуссионного клуба.

Бенни расставил пузыри и ведерки, плывущие за ним в контейнере, и кивнул Эзру:

– Сейчас принесу тебе что-нибудь успокоительное для твоего свежеразмороженного трупа.

Эзр смотрел, как Бенни Вен направляется к бару. Наверное, Бенни найдет что-нибудь, что не огорчит его желудок. Кто мог думать, что он к этому придет? Кто мог подумать, к чему они все придут? По крайней мере Бенни остался торговцем, хотя и в душераздирающе малом масштабе. А он… кто он? Заговорщик, так глубоко законспирированный, что иногда сам этому не верит. Эзр сидел за столом с тремя людьми Кенг Хо и четырьмя эмергентами, и некоторые из эмергентов были для него больше друзьями, чем люди Кенг Хо. Неудивительно, что Томас Нау так удачно действует. Он кооптировал всех, пусть даже некоторые думают, что следуют Пути Торговца. Нау затмил их зрение насчет рабства фокуса. Может, так и лучше. Друзья Эзра защищены от смертельной угрозы Нау и Брюгеля – а Нау и Брюгель не рассматривают возможность, что еще есть люди Кенг Хо, которые работают против них.

– Так что тебя так рано подняло из морозильника, Эзр?

Винж пожал плечами.

– Понятия не имею. Через несколько килосекунд направляюсь в Хаммерфест.

Что бы оно ни было, надеюсь, оно не помешает встрече с Фамом.

Траг Силипан поднялся к ним с пола и сел в пустое кресло.

– Ничего особенного – поцапались переводчики и зипхеды чистой науки. Мы сегодня уже разобрались.

– Так зачем Рейнольт меняла расписание Эзра?

Силипан завел глаза вверх.

– Вы же знаете Рейнольт. Не обижайся, Эзр, но она вбила себе в голову, что раз ты специалист по Веку Рассвета, нам без тебя не обойтись.

«Вряд ли», – подумал Эзр, вспомнив свой последний разговор с директором по людским ресурсам.

– А я ручаюсь, что это как-то связано с бухтой Калорика. Вы же знаете, что дети теперь там.

Рита имела в виду пауков из старой передачи «Час науки для детей».

– Они уже не дети, – заметил Цинь. – Виктория Младшая уже молодая жен… взрослая.