Чтение онлайн

Отсюда дорога начинала плавный спуск. Над головой одинокого путника сомкнулась высокая крона букового леса, едва пропускающая солнце. Здесь царил таинственный полумрак. Шагать по прохладе, вдыхая лесную влажность и слушая птичий щебет, было легко и приятно. Молодой человек отмахал километра два, пока ему не повстречался горный ручей. Он присел на камень, снял кроссовки и окунул ноги в прохладную воду. Было очень тихо. Вокруг деревья-великаны. Каждое горделиво стояло отдельно, отчего видно было далеко, словно в корабельной роще. От высокой влажности по земле клубилась полупрозрачная дымка, – то ли туман, то ли испарения растительности, как в тропическом лесу.

Сбоку меж стволами как будто промелькнула чья-то тень. Гордей уловил движение краем глаза и сразу повернул голову. Светлое пятно бесшумно скользило по мягкой листве. Их разделяло довольно приличное расстояние. И всё же можно было разобрать, что своим силуэтом пятно мало напоминает зверя. Скорее человека невысокого роста, стройного, даже худенького – женщину или девочку.

Затем откуда-то из глубины леса донёсся короткий низкий рык, напоминающий волчий, от которого неприятный холодок пробежал по позвоночнику. А вслед за ним слабый вскрик, будто отголосок затихающего эха, едва различимый на фоне плеска воды в ручье.

Гордей вскочил на ноги и крикнул:

– Эй! Вам нужна помощь?

Лишь эхо от собственного голоса стало ему ответом. И всё же Гордей торопливо отыскал в сумке раскладной туристический нож. С этим нехитрым оружием он готов был немедленно броситься навстречу неизвестности. Если бы только знал, куда именно ему бежать: вокруг снова сомкнулись непроницаемая тишина и полная неподвижность.

Глава 5

Небольшой уютный посёлок производил более чем приятное впечатление. Со стороны гор его окружали плавно спускающиеся по склонам виноградники и чайные плантации, а живописные улочки и утопающие в садах домики радовали глаз. В общем, место действительно оказалось красивое. В воздухе, помимо близкого моря, пахло розами. Гордей жадно вдыхал причудливую смесь ароматов кипариса и лавра, цветов и нагретых солнцем фруктов. После Москвы, где пахло асфальтом и металлической сыростью, было не надышаться. Одним словом он угодил в настоящий рай с атмосферой праздного отдыха.

Удивляло лишь количество таких же приезжих курортников-«дикарей». Их оказалось не так уж и мало. Вопреки рассказам парня с заправки, этот затерянный мирок вовсе не производил впечатления такого уж тайного места для немногих избранных. Довольно долго приезжий новичок обходил частные дома в поисках жилья и везде получал отказ. Всё было забито отдыхающими.

Наконец, в одном месте студенту улыбнулась удача в виде объявления на воротах «сдаётся жильё». Предлагалась раскладушка в фанерном сарайчике, где кроме него ютились ещё трое холостяков, с удобствами во дворе. Конечно, это был не санаторский двухместный номер с личным душем и туалетом. Но только ему особый комфорт без надобности, было бы место, где можно оставить свои вещи и переночевать.

Уплатив хозяевам задаток за первые пять дней, Гордей переоделся по пляжной моде и не спеша побрёл в сторону моря. По пути Мазаев откупорил банку финского «Синебрюхофф». Страшно дефицитную заначку он специально приберегал ещё с зимы, чтобы вот так – с шиком откупорить этот атрибут немыслимой западной роскоши (предварительно Мазаев попросил у хозяина дома разрешения немного охладить пиво в холодильнике), символически отсалютовав в честь начала курортной жизни.

По пути он отметил, что с магазинами и кафешками в небольшом посёлке дело обстоит на удивление неплохо. За горячими пончиками стояло всего три человека, и возле тележки с мороженым тоже особого ажиотажа не наблюдалось. И это, не смотря на полуденное пекло. Где-нибудь в Ялте сейчас за пломбиром или стаканом прохладной газировки из уличного автомата народ выстраивается в длиннющие очереди, а тут все так вальяжны и доброжелательны друг к другу!

Вот и сверкающее море. Из динамика мелодичный голос юной певицы задорно тянет протяжное: «А-а-а, крокодилы бегемоты…» из популярного кинофильма про красную шапочку. Мускулистый парень на спасательной вышке внимательно наблюдает за купающимися. Его строгий голос, усиленный мегафоном, предупреждает слишком ретивого пловца, что здесь не место для рекордных заплывов и следует немедленно вернуться обратно за буйки. Рядом с вышкой дощатая будка медпункта с большим красным крестом, нарисованным на стене.

Народу на пляже много, но не так, чтобы яблоку негде упасть. Есть где расположиться, и чтобы к воде пробраться вовсе не требуется переступать через тела загорающих. Таких симпатичных преимуществ набиралось всё больше, так что, пожалуй, он всё же не ошибся, наведавшись сюда.

Гордей сбросил шлёпанцы-вьетнамки и с непривычки поморщился, ступив босыми ногами на раскалённую солнцем гальку. Скорее в прохладную воду! С разбегу бросился в прибой. Немного впереди, стоя по грудь в воде к нему спиной, беседовали две симпатичные девушки. Проплыв под водой несколько метров, он шумно вынырнул рядом с понравившимися красотками, заранее предвкушая результат. И не ошибся: визг, и в лицо шутнику летит сноп брызг. Гордей с добродушным смехом принял заслуженную кару и поплыл дальше. Море было чистое и прозрачное.

…Достаточно наплававшись для первого раза, он лёг животом на мокрую гальку возле самого прибоя: на сухой лежать было невозможно – уж очень жгла, а свободного пляжного топчана в это время дня было не найти…

Прогревшись, Гордей перевернулся на спину. Набегающие волны ласково гладили ноги. Стал слушать море. Сам не заметил, как провалился в сладкую дремоту, из которой ну никак не хотелось выныривать. Он слышал блуждающие голоса поблизости, тихо плескалась вода, легкий теплый ветер обдувал кожу, а ему снилось что-то маловыразительное, но приятное.

…Когда проснулся, пляж уже наполовину опустел. Вечерело, и люди постепенно расходились. Гордей тряхнул головой, прогоняя остатки сна, и снова пошёл плавать, на ходу просыпаясь. Разомлевшее тело приятно освежалось теплой водой. Было увлекательно погружаться в прозрачную воду и видеть под собой россыпь камешков с ползающими по ним крабами. Даже не хотелось вылезать, хотя впереди ещё много таких дней.

Потом он сидел в кафе на набережной, любуясь закатом. Назад возвращался уже в сгущающейся темноте. Хозяин дома встречал нового постояльца возле калитки. Ещё издали Гордей заметил его нескладную долговязую фигуру и огонёк папиросы. Приблизившись, с удивлением обнаружил свою сумку, выставленную за забор. Какого чёрта?! Гордей ничего не мог понять, ведь он оплатил своё проживание на несколько дней вперёд! Хозяин хмуро пояснил, что неожиданно приехал старый постоялец, который каждый год у них останавливается вот уже на протяжении многих лет. Просто вначале он мол решил в этом году отдыхать в Кисловодске, но в последний момент то ли передумал, то ли что-то там у него с поездкой не срослось, и вот внезапно заявился. Отказать постоянному клиенту, с которым стали почти что родственниками, они не могут. Так что извиняй, парень. Хозяин сунул Мазаеву уплаченные им деньги и ушёл в дом. Спорить и скандалить было бесполезно. Возобновить же поиски можно будет лишь завтра, а пока надо что-то срочно придумывать с ночлегом.

Глава 6

Сверкающая огнями вечерняя набережная ещё жужжала отдыхающими. Некоторое время Гордей помотался среди прогуливающейся публики; посидел за столиком открытого кафе. Спать совсем не хотелось, тёплая южная ночь бодрила не хуже коньяка и навевала разные смелые желания. От избытка энергии в голову полезли сумасбродные идеи. Короче – потянуло на подвиги.

Вода ещё не успела остыть. Некоторое время Мазаев, лёжа на спине, раскачивался на волнах возле берега. Потом перевернулся на живот и решительно поплыл. По пути засмотрелся на звёзды и не заметил, как оказался метрах в семидесяти от берега. Неподалёку, позади него подпрыгивали на небольших волнах пирамидки буйков. Здесь должно было быть уже достаточно глубоко. В голову пришла задорная мысль: «А почему бы не попробовать достать до дна?!». Гордей задержал дыхание и нырнул. Не достал, от темной воды и боли в ушах сделалось жутковато. Сразу протрезвел. Вынырнув, ошалело погрёб к огням, к берегу и людям. В кишках щекотало и отчего-то стало зябко. Казалось, что-то злобное может схватить его из темной глубины. Мышцы будто одеревенели. Нет, рано он почувствовал себя суперменом. Прежде чем совершать эсктримальные заплывы, неплохо бы вначале набрать форму.