Чтение онлайн

— Догадываюсь, что вы нуждаетесь в крупной сумме. Причем желательно как можно скорее. В идеале — сегодня.

Разведка у него была на высоте. Но я ограничился нейтральным замечанием:

— Стало быть, у нас есть, о чем вести деловую беседу.

— Война расслаивает слабые системы и консолидирует системы мощные, — глубокомысленно отметил он.

— Я — система двойственная. С одной стороны я — военно-промышленный комплекс, но с другой — мирные макароны. Даже если они и по-флотски.

— Браво! — Зыков изобразил аплодисменты. — Какая сумма вас бы устроила?

У меня опять перехватывали инициативу. Мне всегда не нравилась такая игра, почему я и отказался от приманки.

— Это впрямую зависит от товара, который вы намереваетесь приобрести.

— Товар старый, однако ситуация несколько изменилась, поэтому — фифти-фифти.

— Простите, не понял.

— Что же тут непонятного? — улыбнулся Юрий Денисович. — Существует, насколько мне известно, два основных калибра. Следовательно, я о двух и говорю.

— Могу предложить только один.

— Два. И двадцать пять тысяч авансом.

— У. е.? — обалдело спросил я.

— Обижаете.

Зыков поднял с пола дипломат, положил его на стол, поколдовал с замками и откинул крышку. В дипломате лежали тугие пачки новеньких денежных купюр. И повеяло совершенно особым заграничным долларовым духом.

— Это спасет вашего бесценного друга. Наша сделка — стоимость его жизни. Кстати, нашего прокурора перевели в область с повышением. Вот что значит вести дела с учетом современных реалий. Хотите рюмку доброго виски под добрые доллары?

Доллары были злыми. Очень злыми. Но боль Кима была еще злее. Пока я прикидывал, что во мне перевесит — хотя знал же, знал, что именно перевесит, знал! — Юрий Денисович звякнул бронзовым колокольчиком, стоявшим на столике. И тотчас же в дверях вырос официант.

— Виски.

Официант исчез. Я молчал.

— Будете пересчитывать?

— Нет.

— Код — три шестерки, число Антихриста. Закройте, не стоит нервировать прислугу.

Я закрыл и снял дипломат со столика. Я не был уверен, решена ли этим участь Кима, но твердо знал, что моя участь — решена. А заодно и участь многих ребят в Чечне.

Официант принес бутылку виски, минеральную воду и два бокала. Наполнил, как учили — на полтора глотка. Тихо пожелал приятно провести время и вышел.

— Я знал, что мы обязательно встретимся. — Зыков пригубил виски и вздохнул. — Невеселые обстоятельства, но — обстоятельства. Аэродрома в нашей Глухомани нет, а до области вы можете не довезти человека с инфарктом. Я позвонил в Москву, договорился о санитарном вертолете, заботливом сопровождении, хорошей клинике и хорошей профессуре. Вертолет вылетит по моему сигналу, а я дам его после вашего согласия. Сумма оговорена, она — в дипломате. Там даже немного больше — так, для спокойствия. Разницу отдадите семье Кима. Разумеется, если вы согласны на предложенную сделку.

Полная договоренность, никаких хлопот, даже кое-что перепадет Лидии Филипповне. Пожалел он меня, что ли?.. Как бы там ни было, но тогда это помогло мне перейти к делу.

— Какие патроны?

— Винтовочные и автоматные. Советую употреблять идиомы, друг мой. Например, картежную масть — пики и трефы.

— Пики и трефы, — послушно повторил я. — Только как мне быть с этими самыми трефами? Они — строгой отчетности.

— У каждого свои проблемы. В этом суть бизнеса.

— Вы берете за горло.

— Я пользуюсь обстоятельствами, только и всего. С точки зрения обывательской морали это, безусловно, нехорошо, но под этим «нехорошо» обыватель прячет обыкновенную человеческую зависть. — Зыков улыбнулся. — Мы напридумывали множество глянцевых слов, суть которых — скрывать реальный смысл того или иного понятия.

— Например, фашизм.

— Представьте себе, и фашизм тоже. Что такое фашизм? Фашизм — это тот же национал-патриотизм, введенный в строгие берега, каналы и шлюзы закона. Или вас больше устраивают неупорядоченный национализм, погромы, насилия, грабежи, убийства?

— Германский фашизм именно этим и занимался.

— Бесспорно, однако в начале создания своей организационной структуры. А как только она была выстроена, тут же были уничтожены вчерашние погромщики — штурмовики Рема, а заодно и он сам. И после этого — чудеса! — ни погромов, ни насилий, ни грабежей больше не было. Структура потекла по руслу, успокаиваясь и теряя свою энергию в бесконечных парадах. А теперь экстраполируйте эту же ситуацию на российскую почву. Что, страшновато стало?..

— Кто вы по профессии, Юрий Денисович?

— Юрист.

Кажется, он не хотел этого говорить, но — сорвалось с языка. А показалось мне потому, что Зыков тут же схватился за бутылку, налил мне и поднял свою рюмку.

— Давайте выпьем за добрые отношения и, как говорят мудро ироничные французы, вернемся к нашим баранам. Без всяких глянцевых слов, поскольку бизнес их не признает.

Выпили. Я спросил:

— Что мне конкретно предстоит делать? Грузить апельсины бочками?

— Боже упаси. Вам предстоит дать согласие на пики с трефами в указанных мной соотношениях. Как только вы скажете «да», я звоню в Москву и прошу срочно выслать вертолет.

— Да!

По-моему, я даже гаркнул это совсем не глянцевое слово. Юрий Денисович невозмутимо достал мобильный телефон, набрал номер.

— Заказ семнадцать дробь ноль девяносто пять. Прошу немедленно выполнить договоренность. — Послушал, поблагодарил, дал отбой.

— Вертолет стартует через четверть часа. — Он достал нечто похожее на официальный бланк. — Ознакомьтесь и подпишите. Договор составлен в единственном экземпляре и является всего лишь гарантией того, что вы не ринетесь в ФСБ сломя голову. Он будет храниться здесь до той поры, пока получатель не подтвердит, что груз прибыл по назначению. А я пока сделаю необходимый звонок.