Чтение онлайн

Быстро? Слишком все быстро?

Понимаю, понимаю, что мне только восемнадцать стукнуло, а я уже… хочу дать клятву… вечной любви.

Вечной – а в моем случае… эта вечность может не на шутку затянуться.

Понимаю, признаю, развод… тоже реален. Мы живем не в каменном веке – но зачем? Зачем все эти дурные мысли?

Если мы счастливы? Вместе!

И никто другой, кроме него, мне не нужен.

В чем проблема?

Не пойму.

… не пой-му.

Глава Тридцать Седьмая

– Папенька, как тебе мое платье? – закружилась на месте, наслаждаясь красотой колокольчика. – Отпад?

– Мне не нравиться.

– Папа, - резкий разворот; глаза в глаза, - может, ты объяснишь, что происходит? Я больше не могу смотреть на эти унылые, отчаянные физиономии. Твою, мамы, Виттории.

– Я уже говорил. Считаю, что ты сильно спешишь.

– А я - уже сказала, что осознаю ответственность своего решения, этого шага – и хочу сделать это! Ясно?

– Подождали бы еще год-два.

– Да, да. Год-два-десять. Я знаю, к чему ты ведешь.

– Я не говорю, что десять. Просто…

– Папа, хватит, - шаг ближе; жалобно ухватилась за руку; молящий взгляд в глаза, - прошу, мне так нужна твоя поддержка. Прошу, не руби с плеча.

– Ты не понимаешь, что творишь.

(нервно дернулась, выпустила его ладонь из своей; отвернулась – попытка состроить занятый вид - собираю до кучи заколки с фаты, а сама, сама… так и трушусь от злости)

– Может, может, и не понимаю, - злобно прорычала. Резкий поворот. Взгляд в глаза. Последнее мое выступление. – Но я – этого ХОЧУ. И ТАК БУДЕТ. Ясно?

– Тогда, - вдруг вскочил с кресла. – Тогда не рассчитывай на меня. Я не поведу тебя под венец.

Замерла. Замерла в шоке, немом, ошарашивающем шоке.

Невольно утупился (скатился) в пол взгляд.

Затем, едва стала приходить в себя, нервно заморгала и вновь с вызовом уставилась в глаза отцу.

– И ладно. Переживу. Мигель или дядя Шон поведет. А на крайний случай – и без ваших обычаев обойдусь. Сама пройдусь. ЯСНО?

Удивленно вздернул бровями. Отчаянно закачал головой, резкий разворот – и вышел из комнаты.

Ну, и вали! ПРЕДАТЕЛЬ!

***

– Жозе, - тяжело вздохнул Асканио. – Может, может, подождем… Я не хочу, чтобы ты ссорилась с родителями. Это – такой день… для тебя, для нас. Не хочу, чтобы все было так. Может,…

(живо обернулась; гневный взгляд в глаза)

– ТЫ ПЕРЕДУМАЛ?

– Н-нет. Нет, конечно.

– Вот и точка. БЫТЬ ЗАВТРА НАШЕЙ СВАДЬБЕ. БЫТЬ!

***

– Мамочка, почему все так паршиво? Почему он издевается надо мной?
– (жадно прижалась щекой к ее коленям; застыть, застыть вот так, сидя на полу у матери в ногах… и излить, не глядя в глаза, душу – как же давно это было)

– Он слишком любит тебя, вот и пытается отгородить от ошибки, промашки. От боли.

– Я люблю его!

– Ты уверенна? Уверенна, что это – любовь, а не коварная симпатия, влечение?

(замялась, замялась я на мгновение)

Тяжелый вдох.

– И ты туда же. Как же вы мне…, - вмиг сорвалась, поднялась на ноги и выбежала прочь.

И почему меня никто не слышит? Не понимает?

Зачем, зачем они так со мной?

ЗАЧЕМ?

Глава Тридцать Восьмая

– Жозефина, мне нужно с тобой поговорить.

– Если ты пришел, чтобы снова уговаривать меня не выходить замуж, то можешь сразу убираться, - гневно гаркнула отцу, так и не удостоив взглядом.

Нервно скривилась Виттория (уловила, уловила ее недовольство – спасибо, что хоть промолчала). Наплевать.

Сегодня я стану женой Асканио – и точка!

Ловкие руки моей крестной уже закрепляли фату в волосах. Еще штришок, еще и еще.

Молчит. Нервно дышит. Переминается с ноги на ногу.

– Что? – резкий разворот (не выдержала).
– Чего молчишь? Хотел что-то сказать – говори. Я слушаю. Или что? Что опять не так?

Вдруг постучали в дверь.

Матуа спешно открыл гостю.

Аско?

– Эй, марш отсюда! – нервно дернулась, сжалась – попытка прикрыться. Черт. – Жених до свадьбы не должен видеть невесту!!! – сколько было сил, истерически завопила.

(тяжело сглотнул)

– Твой отец просил явиться. И вот. Я здесь. Слушаю.

Не знаю. Не знаю почему, но мне все это… уже не нравиться.

Таким нервным, удрученным, замученным отца я не видела еще никогда.

Это - даже не боль, а какое-то тупое замешательство… на грани дикого отчаяния.

– Ну, - не выдержала я паузы. – Ваяй!

Глубоко, шумно вздохнул. Короткий шаг в центр комнаты. На мгновение потупил взгляд в пол. Еще вдох – и уставился мне в глаза.

– Прости. Прости меня, если сможешь. Если… вообще это когда-то будет… возможно, –

(уже от этих слов у меня испуганно сжалось сердце; побледнела, застыла, замерла, едва дыша),

– Простите все меня. Прости и ты, Аско. Но я лишь хочу, чтобы ее выбор был полностью осознан.

– НЕ СМЕЙ! – вдруг дико зарычал Асканио и вмиг подскочил, подскочил вплотную. Дрожал, дрожал от ярости (теперь еще и ужас сковал мой разум, разрывая на осколки – не дышу). Нервно сжал кулаки, не решаясь ухватить отца за грудки, ударить… при мне. – Не смей, - уже более сдержано повторил отцу.

Но тот не реагировал. Отрешенный, бессмысленный взгляд уставился в невидимую точку.

И снова вдох – дабы вновь начать чеканить приговоры.