Чтение онлайн

— Туш е !

— Я серьезно. Как Гомесу Ариасу удается вот так запросто под стеклом в баре хранить предметы, представляющие историческую ценность?

— Может, ему хочется показать свою коллекцию народу?

— Народ вообще-то в его бар не ходит, — с раздражением сказала я. — Скорее всего он делает это для тех, кто сюда ходит, чтобы знали, что он может себе это позволить. Интересно будет посмотреть, как он переживет потерю части коллекции.

На этом мы пожали друг другу руки, и я отправилась на такси обратно в «Каса де лас Буганвильяс». К тому времени, когда я вернулась в отель, новость уже разлетелась, и гостиница напоминала гудящий улей.

Алехандро, пребывающий в угрюмом настроении, вместе с отцом стоял за конторкой портье. Его взгляд потеплел, когда он меня увидел.

— Видел тебя по телевизору, — сказал он.

Неожиданно я почувствовала, что дико устала.

Даже на ужин не осталось сил. Я рассказала Алехандро о своих приключениях, и он предложил сходить для меня за миской сопа де фрихоль,похлебки из черных бобов, приготовленной его матерью. Я с благодарностью приняла его предложение.

Я приняла душ, затем в дверь постучали. Это была Иза, которая принесла похлебку, свежий сыр и хрустящие тортильи. Поставив еду на приставной столик у окна, она притянула к себе стул со словами: «Ну, рассказывай».

Я с облегчением рассмеялась. Прямо как в старые добрые времена. Я рассказала ей все, что произошло.

— Я видела по телевизору, — сказала она. — Группировка, которая называет себя «Дети Говорящего Креста», взяла ответственность за ограбление, заявив, что вернет статуэтку законным владельцам, а именно майя.

— Эти «Дети Говорящего Креста» — они, ну… главная террористическая группировка или что-то в этом роде? Я никогда о них не слышала.

— Насколько я знаю, о них никто не слышал, — ответила Иза. — Я уж точно не слышала.

— Определили, что это была за статуэтка? — спросила я, вспомнив о Джонатане и Лукасе.

— Да, на месте преступления случайно оказались два археолога. Твои друзья? Они сказали, что это было вырезанное из камня изображение божества, крылатой змеи, которую называют Ицамна.

После того как Иза взяла тарелки и спустилась вниз к семье, я забралась в кровать.

Несмотря на усталость, я никак не могла заснуть. Я оказалась между двух огней. Моя вина или, скорее, большая ошибка заключалась в том, что Изе я рассказала не все. Я не знала, стоило ли рассказывать ей, что в «Эк Баламе», несмотря на маску на лице, я узнала Алехандро? Должна ли я была сказать это ему? Или федеральной полиции? Но я вспомнила того полицейского и решила, что как раз полиции я ничего рассказывать не буду.

Давным-давно у меня был приятель, который каждому, кого знал, он давал характеристику того или иного автомобиля. Самым нелестным считалось сравнение с фургоном эконом-класса.

Я была, как он мне говорил, похожа на «тандерберд» с откидным верхом 1956 года выпуска. Не слишком разбираясь в машинах, как в старинных, так и в современных, я не понимала, что это означало. Но однажды, спустя пару лет после нашего расставания, я оказалась на шоу классических автомобилей и увидела эту машину: серебристая, она стояла на вращающейся платформе. Возможно, я нравилась ему больше, чем мне казалось.

Так или иначе, несмотря на то что я едва помнила, как выглядел этот мой приятель, после нашего расставания я начала классифицировать людей, используя его способ. Иза, например, похожа на машину, которую водит. Элегантный и модный «Мерседес-580SL» с откидным верхом.

Джонатан? Британский зеленый гоночный «роувер» с кожаной обивкой салона. Благородный, сдержанно-дорогой и, быть может, немного надменный.

Лукас? Пока я не могла точно определить его автомобиль. Но, независимо от марки, цвет должен быть черным.

Когда утром следующего дня я спустилась вниз чтобы раздобыть чашечку кофе, у конторки портье стоял человек, о котором я уже начала думать как об огромном грузовике «Мэк тракс». Из тех, что с ревом нависают над вашим бампером так, что в зеркало заднего вида видна только серебряная решетка, похожая на ряд акульих зубов. Не сомневаясь, что еще немного, и он передним бампером вас раздавит, словно какое-то мелкое насекомое, вы испытываете почти осязаемое облегчение, когда, наконец, он, рыча, проносится мимо, после чего вашу машину начинает дергать и кренить в его кильватере.

Это был офицер полиции, расследующий похищение, майор Игнасио Мартинес, как я выяснила накануне вечером. Было совершенно ясно, что этот человек из тех, кто сначала стреляет, а затем задает вопросы, кто назначает виновных уже в начале расследования, а после ни перед чем не остановится, чтобы доказать это, не обращая внимания на свидетельствующие об обратном доводы.

Вскоре я узнала, что в краже статуэтки Ицамны, по его мнению, был виновен доктор Эрнан Кастильо.

Я проснулась поздно. День был пасмурный, что соответствовало акбалю, дню зла и мрака. Я так и не смогла прийти к какому-либо решению дилеммы прошлого вечера, но когда я увидела стоящего у конторки портье Мартинеса, то поняла, что решение найдено, хотя оно было самым ужасным из всех возможных.

Но Мартинес искал не Алехандро, а меня. Он хотел поговорить о докторе Эрнане.

Из вестибюля мы прошли в небольшую гостиную.

— Что привело вас в Мексику, сеньора? — начал он.

— У меня перерыв в занятиях, каникулы.

— Что заставило вас выбрать именно Мериду целью своею путешествия?

— Я изучаю историю майя и языки, — ответила я.

Затем наступила пауза.

— Думаю, ваши ответы на мои вопросы, так сказать, не до конца исчерпывающи. Итак, в чем причина?