Чтение онлайн

– Бабки приготовила? – с ходу спросил Гнилой, не здороваясь.

– Приготовила, – с ненавистью глядя на Гнилого, ответила женщина.

– Гони! – приказал тот, кивая на сейф.

– Они не в сейфе, а внизу, в мастерской, – сказала директриса.

– Почему в мастерской? – подозрительно осведомился Гнилой. – Если что, смотри! – И он показал пистолет.

– Не бойтесь, – презрительно усмехнулась женщина, – я с вами воевать не собираюсь. Просто в мастерской стоит специальный сейф. Ваши деньги я положила туда, чтоб они мне не мешались.

– Ну ладно, иди вперед, – распорядился Гнилой.

Руку с готовым к бою пистолетом он сунул в карман куртки.

То же проделал и Кишка. Когда женщина встала из-за стола и пошла к двери, Гнилой невольно сглотнул слюну, глядя на ее стройные ноги в туфлях на высоких каблуках, на черное платье в обтяжку, подчеркивающее тонкую талию и высокую грудь. На черной материи платья мягко поблескивал золотой кулон. «Бля, вот это телка! – с восторгом подумал Гнилой. – Не дурак был этот ее хахаль, покойный Гном. Ладно, в подвале с ней разберемся…»

Гости спустились следом за хозяйкой магазина по крутой металлической лестнице в подвал, где пахло деревом, клеем и краской, и, не заходя в рабочее помещение, прошли в маленький кабинетик, где старший мастер принимал заказчиков. Там действительно стоял массивный сейф. В мастерской никого не было, а когда директриса открыла сейф и стала вынимать оттуда толстые пачки сотенных, Гнилой совсем успокоился.

– Ну-ка иди погуляй, – сказал он Кишке. – У меня к хозяйке разговор есть.

Кишка повиновался, и Гнилой захлопнул за ним дверь. Когда щелкнул замок, хозяйка вздрогнула. Гнилому с малолетства не приходилось ухаживать за женщинами, он брал их деньгами, а чаще угрозами или силой. Вот и теперь он сразу перешел к делу, хотя и испытывал некоторое волнение – таких красоток ему еще не приходилось видеть так близко. Верзила сделал шаг вперед, и женщина в черном платье испуганно попятилась.

– Ты чего шарахаешься? – удивился Гнилой. – Солдат ребенка не обидит.

– Взял деньги и катись отсюда, – со злобой прошипела хозяйка. – Я на чай не даю!

– Кому не даешь – а мне дашь! – ухмыльнулся Гнилой. – Гнома-то твоего больше нет. Тебе что, крепкий мужик не нужен? Я тебя прикрою в случае чего…

С этими словами Гнилой обнял женщину за талию, но она яростно вырвалась.

– Пошел к черту, идиот! Посмотри на себя в зеркало, урод!

– Ты чего хлебало раззявила, сучка? – рассвирепел Гнилой. – Ты кому это говоришь? А ну подь сюда!

Гнилой облапил женщину так, что у нее захрустели кости, и впился в ее шею поцелуем, больше напоминавшим укус. Ей, однако, удалось с непостижимой ловкостью высвободить руку, и в следующую секунду Гнилой с руганью содрогнулся от удара в пах. Хозяйка магазина бросилась было к двери, но в последний момент Гнилой ухватил ее за запястье и рванул к себе.

– Кишка! – рявкнул похотливый «инкассатор». – Иди сюда!

Кишка ворвался в кабинетик и увидел, что багровый от вожделения Гнилой повалил женщину на стол и, прижав ее плечо одной рукой, другой судорожно пытается задрать черное платье. Жертва отчаянно отбивалась, матерно браня насильника и лягая его острыми каблучками.

– Руки ей держи! – приказал Гнилой. – Зайди спереди, вот так… Дерется, сучка… Ничего, тварь, не хочешь по-хорошему, так тебя и Кишка еще трахнет. Хочешь ее трахнуть, Кишка?

Он мог бы не спрашивать – похоть гуляла по придурковатой роже бойца. Кишка облапил женщину потными ладонями, ощущая упругость ее тела, вдыхая запах ее духов и оттого возбуждаясь все больше. Гнилой тем временем задрал платье до пояса и впился горящим взглядом в округлые ляжки, стянутые шелковистыми колготками, под которыми виднелась узкая полоска кружевных трусиков. Гнилой просунул лапищу под колготки, дернул трусики и, убедившись в том, что они ему не помешают, принялся лихорадочно расстегивать ширинку.

Он раздвинул коленями ноги женщины, извлек на свет божий свой член, окаменевший от желания.

– Не надо, пожалуйста! – плача, умоляла женщина. – Я денег вам дам!

– Ага, теперь «пожалуйста»? – мстительно отозвался Гнилой. – А кто меня уродом обзывал? Деньги твои я и так возьму, если надо будет…

Он раздвинул пальцами нежные створки ее лона, направил в цель свой внушительный инструмент, оттопырив зад, приготовившись одним движением войти в нутро, но чуть помешкал, наслаждаясь своей властью над рыдающей красоткой. И тут раздался грохот и треск – дверь от мощного удара снаружи слетела с петель и шарахнула Кишку по голове. Тот выпустил извивающуюся женщину, а она тотчас рывком перепрыгнула через стол. Гнилой остался в дурацком положении – с выставленным на всеобщее обозрение стоящим торчком членом.

– Извини, что помешали, – спокойно сказал Абрамов, стоя в дверном проеме с пистолетом на изготовку. – Значит, вы теперь таким макаром дань собираете?

– Полные отморозки, – согласился Усманов.

Кишка стоял покачиваясь и, видимо, плохо осознавал происходящее. Удар дверью по голове не прошел для него бесследно. Внезапно лицо его исказилось, и он сунул руку в карман.

– Кишка, ты что?! – в ужасе крикнул Гнилой, но Кишка уже выхватил из кармана пистолет.

Грохнул выстрел. Абрамов не двинулся с места и не изменился в лице, зато Кишка разинул рот, зашатался и повалился в угол. Строго посередине лба у него появилась небольшая черно-багровая дырочка, из которой поползла алая струйка. Абрамов, держа пистолет у бедра, стрелял, не поднимая руки. От этого зрелища у Гнилого мгновенно пропала эрекция. Он понял, что дело пахнет жареным. До его слуха донеслись всхлипывания хозяйки магазина, которая сидела на полу, забившись в угол. Недолго думая, Гнилой метнулся туда, схватил хозяйку магазина за волосы и приставил к ее шее ствол пистолета.

– Бросайте оружие, а то я бабу пристрелю! – взвизгнул Гнилой.

– Ты ее в заложники взял, да? – полюбопытствовал Абрамов.

– Я ее в натуре пристрелю, – разозлился Гнилой, – если не сделаете, как я сказал!

– Да стреляй, мне-то что, – равнодушно произнес Абрамов. – Она мне не жена и не любовница. Напугал ежа голой задницей…

– Все, стреляю! – сделав страшное лицо, заорал Гнилой.

– Штаны застегни, герой, – посоветовал ему Абрамов, указывая глазами на его расстегнутую ширинку, из которой свисал опавший орган.

Гнилой на мгновение опустил взгляд, и тут же прогремел выстрел. Женщина в ужасе взвизгнула – кровь обрызгала ей лоб и щеку. Абрамов, как и прежде, стрелял от бедра, не поднимая руки, и не промахнулся – пуля угодила Гнилому в лоб и наискосок прошла через мозг. Руки Гнилого бессильно обвисли вдоль тела, пистолет упал на пол, но бандит, уже мертвый, еще несколько секунд продолжал стоять на ногах и лишь затем качнулся и с глухим стуком повалился в угол. Директриса, дрожа, в ужасе смотрела на мертвеца. Абрамов покачал головой и с сожалением произнес: