Чтение онлайн

— Ты что, поверил? — наконец расхохотался он.

— Нет, конечно, — вздохнул я. — Но все равно это ужасно! Так отожраться за один день… Все, больше никакой курмды! Хватит, нагулялся!

— Дело хозяйское, — усмехнулся он. — Но вообще-то вполне достаточно просто знать меру…

— Знаешь, что самое противное? — хмуро сказал я Хэхэльфу после того, как он позавтракал (я-то был так шокирован видом своего округлившегося живота, что даже смотреть не мог на еду), и мы решили еще раз искупаться на дорожку.

— Да ну тебя, Ронхул, не будь занудой! — отмахнулся он. — Было бы из-за чего шум поднимать! Три дня в дороге, и от твоего пуза следа не останется. А даже если и останется, уверяю тебя, добрая половина человечества все равно сочтет тебя тощим, а прочим покажется, что ты просто худой…

— Да не в пузе дело, — вздохнул я. Набрал побольше воздуха в легкие, нырнул, потом снова появился на поверхности и хмуро сказал ему: — Чудеса закончились. Помнишь, какой я был: легкий, как пух, веселый и ко всему равнодушный — одним словом, одержимый. А теперь — все! Я снова стал таким, как раньше. Замкнутый круг!

— Ну и что? Чудеса — не кошелек, чтобы все время оставаться у тебя за пазухой, — пожал плечами Хэхэльф. — Они приходят и уходят, заставляя нас выть от тоски по несбывшемуся, а потом снова возвращаются, когда мы их не ждем. И вообще нет ничего более переменчивого, чем человеческое сердце, Ронхул, — разве ты не знал? Было бы странно, если бы ты всегда оставался одним и тем же!

Я изумленно уставился на своего друга.

— Слушай, ты такой мудрый, усраться можно! Шутки шутками, а я не удивлюсь, если завтра выяснится, что ты — очередной замаскированный бог, вроде Варабайбы, или тайный предводитель всех Мараха, или… — Я умолк, поскольку больше ничего не мог придумать.

— Ну что ты, Ронхул! Не сочиняй! — фыркнул он. — Я просто Хэхэльф Кромкелет из Инильбы, а если в моей башке иногда и появляется удачная мысль — что ж, с кем не бывает…

Мой друг скрылся под водой, а потом его лохматая голова появилась на поверхности в нескольких метрах от меня.

Разговор явно был закончен — оно и к лучшему! Пришло время действовать, и я уже чувствовал вполне ощутимый зуд в ногах: нетерпеливые конечности настойчиво просились в дорогу.

Пока мы купались, на палубе «Чинки» объявился рыжий Хатхас. Он приволок с собой чуть ли не дюжину дорожных сумок — судя по всему, парень переехал сюда всерьез и надолго.

— Все-таки решился? Вот и молодец! — обрадовался Хэхэльф.

— Да вот, посмотрел, что курмда с демонами делает, и понял: пора мне бежать от уллов куда глаза глядят! — усмехнулся он.

— Слушай, а как ты умудрился остаться таким тощим? — с неподдельным интересом спросил я. — Меня за один вечер вон как разнесло! Уверен, ты же эту курмду каждый день грызешь!

— И не только курмду, — подтвердил Хатхас. — Просто так уж мне не повезло с телом: меня корми не корми, а толку никакого! Думаю, мой отец куда-то торопился в ту ночь, когда меня мастерили, и сделал свою работу спустя рукава!

— На горшок он торопился, куда же еще! — фыркнул Хэхэльф. — Ладно, идем пошепчемся. Расскажу тебе, чем вы с ребятами будете без меня заниматься, а потом мы с Ронхулом начнем бодро перебирать ногами… Кстати, ты не в курсе: мы сегодня сможем отсюда уехать?

— Конечно, — кивнул тот. — Вам повезло: сегодня как раз уходит большой караван в Эльройн-Макт. Бухубаты — ночные звери, так что они появятся на окраине Бондоха только на закате. А ты не знал?

— Скажем так: я на это здорово надеялся, но немного сомневался, — с явным облегчением сказал Хэхэльф. — Ты меня успокоил: меньше всего на свете мне хочется сидеть в Бондохе до следующего каравана. Дел у меня пока здесь нет, а что касается развлечений… Вчерашнего праздника вполне достаточно!

Они ушли в шатер «шептаться», а я остался на палубе, мучимый любопытством: что это за «бухубаты» такие и что за караван, с которым мы собираемся ехать? До сих пор я был уверен, что нам предстоит пеший поход по какой-нибудь очередной Быстрой Тропе.

Часа за два до заката мы с Хэхэльфом покинули корабль, отягощенные дорожными сумками — никуда от них не денешься! — и оружием. За пазухой у моего спутника возбужденно попискивали щенки чару: он решил, что за время разлуки чару его забудут и сочтут своим хозяином кого-нибудь другого — да хоть того же рыжего Хатхаса. Насколько я понял, этот вариант Хэхэльфа совершенно не устраивал.

Моя палица, драгоценный подарок Варабайбы, здорово отравляла мне жизнь, дружески похлопывая меня по левому бедру при каждом шаге, но приходилось терпеть: оружие, подаренное богом, как-то не принято выбрасывать в первый попавшийся мусорный контейнер!

Быстрым шагом мы миновали портовые кварталы, так же стремительно прошли через весь город — он показался мне оживленным и процветающим, но довольно неухоженным — и наконец оказались на окраине Бондоха, на перекрестке нескольких дорог. Одна из них напоминала скорее траншею, чем обыкновенную тропу. Хэхэльф удовлетворенно кивнул и уселся на обочине.

— Будем ждать, — лаконично сказал он.

— Чего ждать-то?

— Каравана, который доставит нас на границу Шантамонта и Альгана, а может, и к самому замку твоего приятеля Таонкрахта — это смотря какой дорогой они сейчас ходят… Зачем сбивать ноги, если можно путешествовать, развалившись в телеге, верно?

Я энергично закивал, поскольку уже успел испытать все прелести пешей ходьбы в компании пудовой палицы гуки-драбаки. Не такой уж большой город был этот Бондох, мы пересекли его всего за час с небольшим, а я уже порядком устал!

— Хатхас сказал, что караван уходит на закате, — пробормотал Хэхэльф, уставившись на небо. — А я поторопился. Можно было зайти куда-нибудь выпить пива… Ничего, час можно и подождать. А пиво у меня и с собой есть… Ты, конечно, откажешься?

— Разве что глоток за компанию, — с некоторым сомнением сказал я, вспоминая свое щекастое отражение в зеркале.

— А больше и не дам, — усмехнулся он. — Самому мало!

— Два глотка, — решил я. — А будешь выпендриваться, дюжину выжру. Где наша не пропадала!