Чтение онлайн

— Что здесь случилось? — коротко спросил он, и это помогло мне заговорить.

— Я проснулась… В комнате было очень душно… Я открыла окно и увидела… — я замолчала и провела рукой по лбу, словно пыталась отогнать кошмар. — Там на кровати лежал огромный зверь!

С минуту никто не мог произнести ни слова. Наконец Хейррал прервал молчание.

— Взгляни сюда! — произнес он так властно, что предводитель невольно подчинился. Хейррал указывал на побледневший, но все еще хорошо видимый луч, тянувшийся к моим ногам.

Хирон мрачно взглянул на Хейррала.

— И ты собираешься потребовать Права Меча?

— Но кого вызывать, Хирон? У меня нет никаких доказательств.

— Конечно. Поэтому я считаю, что сейчас не время раздувать эту историю.

— А я и не требую пока поединка, — холодно ответил Хейррал.

Хирон согласно кивнул, но я хорошо видела, как противна ему вся эта история, и только долг заставлял его пока все замять.

— Но я требую, чтобы ничего подобного больше не повторялось, — продолжал Хейррал. — Нет большего преступления, чем посягательство на чужую избранницу. Это нарушение клятвы на оружии.

Хирон снова кивнул.

— Обещаю, что подобное не повторится, — сказал он и отправился прочь.

Когда мы снова остались одни, я открыто спросила Хейррала:

— Что все это значит? Каким колдовством они пытались на меня воздействовать?

Хейррал долго молчал, изучающе глядя мне в глаза, а потом спросил:

— Значит, ты видела зверя и не бросилась от него, сломя голову?

— Я увидела человека в звериной шкуре, а человека я не боялась. Но ты все-таки объясни мне, что здесь произошло? Я вижу, что это было сделано с какой-то целью, но не понимаю, чего они добиваются.

— Цель очень простая. Показать тебе меня страшным и отвратительным, заставить тебя бежать от меня, а там, я не сомневаюсь, тебя бы встретили и утешили. Объясни, почему ты проснулась и пошла открывать окно?

— Потому что… меня разбудил зов, мысленный зов, и мне приказали… Похоже, мне внушили, чтобы я сделала это. Это Хальзе?

— Вполне может быть, но он не один… Я же говорил тебе, что никто не принимал меня всерьез и не верил, что кто-то из невест может выбрать меня. Теперь они считают себя униженными и будут рады любому случаю отыграться. Вот кто-то и решил попробовать отбить тебя, напугав изменением моего тела.

— Изменением тела… — повторила я. — Послушай, сейчас ты выглядишь как человек только потому, что сам этого хочешь?

Он долго ничего не отвечал мне, потом, вместо ответа, подошел к окну и выглянул наружу, словно любуясь ярким лунным светом.

— Тебя очень пугает то, что ты теперь знаешь обо мне?

— Трудно сказать. Конечно, в первый момент я испугалась… Но для моего второго зрения ты так и оставался человеком, поэтому страх быстро прошел.

Он отвернулся от окна, и я теперь не могла видеть выражение его лица.

— Джиллан, клянусь на оружии, что я никогда по своей воле не буду ни пугать тебя, ни испытывать.

На следующее утро мы выехали из лагеря Всадников, оставив там и запасных лошадей, и все припасы, ибо надеялись, что больше они нам не понадобятся. Мы приближались к Вратам в их таинственную страну, поднимаясь все выше и выше в горы под пронизывающим ветром, и я могла только радоваться, что не идет снег. Хейррал молча ехал рядом со мной. Иногда он настороженно вскидывал голову, словно пытался учуять какую-то опасность. Я оглянулась и заметила, что остальные Всадники тоже обеспокоены. Только девушки, по-прежнему околдованные и восхищенные, ничего не замечали.

На этот раз Всадники ехали в полном боевом снаряжении, и я обратила внимание, что их серебряные шлемы украшены гербами. Гербом Хейррала оказалась великолепно сделанная фигурка готового к прыжку барса. У мужчины, ехавшего рядом с Кильдас, на шлеме красовалась расправившая крылья птица, кажется, орел. А за ними ехал человек, гербом которого был медведь, злобный и коварный обитатель горных лесов, считавшийся самым опасным из местных зверей.

Когда этот человек обернулся, я узнала Хальзе. Медведь, барс, орел… Я стала рассматривать остальные гербы — дикий кабан, волк… Оборотни… Неужели они действительно могли по своей воле превращаться в зверей? Или это только иллюзия, вроде их колдовских накидок? Действительно ли сегодня ночью на моей постели лежал барс, или мне это внушили, чтобы оттолкнуть от Хейррала?

Мы сделали привал и устроились перекусить на небольшой ровной площадке среди скал. Всадники все еще были обеспокоены. Те, у кого не было невест, собрались вокруг Хирона и устроили короткий совет. Потом трое из них уехали, по-видимому, на разведку. Девушки же по-прежнему сияли, не замечая общей тревоги, и мне тоже приходилось притворяться беззаботной. Но когда Хейррал принес мне бокал вина, я потихоньку спросила его, что происходит.

— Здесь опасно, недалеко отсюда, на востоке. Там вооруженные люди, возможно, ализонцы…

— Но ализонцев в долинах не осталось! Нам говорили, что все они или бежали за море, или погибли, — удивленно воскликнула я.

— Некоторые из них опоздали на последние корабли и не могли вернуться на родину. В отчаянии они разбежались по долинам и объединились в настоящие разбойничьи шайки. Им терять нечего, и потому они очень жестоки и опасны.

— Но так далеко на севере…

— Они знают, что люди Хай-Халлака здесь почти не бывают, и думают, что мы по-прежнему останемся в степях.

— Но если они узнают в вас Всадников, то не осмелятся напасть! — убежденно произнесла я. Слишком сильна была во мне вера жителей долин в непобедимость Всадников, поэтому мне и в голову не приходило, что кто-то, находясь в здравом уме, рискнул бы сам напасть на них.

— Джиллан, — грустно улыбнулся Хейррал, — ты нас переоцениваешь. Да, у нас есть некоторые необычные способности, и все же нас можно ранить мечом, как обычного человека, а если рана смертельная, мы умираем так же, как и вы. К тому же нас здесь слишком мало. Кроме того, ты должна понимать, что все время поддерживать иллюзию очень непросто. Двенадцать из нас выбрали свою дорогу в жизни и теперь везут невест, поэтому очень много сил уходит на то, чтобы девушки оставались очарованными. Прошлой ночью ты спрашивала меня, что видела — реальность или очередную иллюзию. Теперь я могу тебе ответить: да, я бываю и таким, в бою. Мы можем изменять свои тела, и это наша как бы боевая форма. Но для того, чтобы сменить обличие, нужны воля и сила духа. Эти девушки из Хай-Халлака видят нас только такими, какими мы хотим им казаться. Однако, если сейчас нам придется принимать бой, они могут увидеть нас в нашем боевом обличий. Боюсь, что тогда мы потеряем все, что получили в результате нашего договора с вашими лордами. Скажи мне откровенно, Джиллан, кто из невест сможет принять и другое наше обличье и не возненавидеть мужа-оборотня?