Чтение онлайн

На тело посыпались мощные удары. Защита пока держалась, но надолго ее не могло хватить, а как только она исчезнет, моя голова превратиться в кровавое месиво. Что делать, я не знал, все силы уходили на поддержание сферы, спасающей мне жизнь, а контратака была невозможна — стоило только ослабить контроль и мне конец.

Меня спас Бажен. Про пацана забыли все, и я и противник, а, как оказалось, зря. Пока из моего тела пытались сделать отбивную, парень подкрался со спины к красному от усилий мужику и стянул с него амулет. Естественно боец не оставил это без внимания и почувствовав, что остался без защиты, схватил нерасторопного пацана, подтянул ближе… и одним движением сломал ему шею.

Ценой своей жизни, Бажен подарил мне несколько секунд и этой заминки хватило, чтобы цепануть меч, так и лежавший рядом, и воткнуть его в открытый левый бок врага.

По моим прикидкам с такими ранами люди должны умирать сразу, ну или терять сознание от шока, но мужик явно собрался утянуть меня в ад вместе с собой и начал наносить удары с новой силой. В какой-то момент защита не выдержала и громадный кулак опустился на грудную клетку. Сознание померкло и на этом мое испытание завершилось.

Урожай в этом году радовал своим изобилием. Некоторые скептики говорили, что не к добру это и грядут тяжелые времена, но большинство жителей на такие речи только смеялись и советовали меньше верить в приметы и не портить людям настроение — княжество готовилось отмечать свой главный праздник. И интернат в том числе.

Я выжил. Удар, который, как мне показалось, раздавил сердце, только сломал ребра. Мой противник благополучно сдох, так и не доведя дело до конца. Видимо силы его оставили, когда он увидел, что я потерял сознание. Мне повезло, а Бажену — нет. Как сказал лекарь, “ствольный мозг был необратимо поврежден”. Я хотел уберечь пацана от смерти, а по итогу это он меня спас. И от на душе, от осознания произошедшего, было так тоскливо, что хоть волком вой.

Судьбу Витька мне удалось узнать, сразу после того, как я очнулся в лазарете. Пацан, к моей огромной радости, на встречу с Милосердной матерью не собирался, хотя лечиться ему предстояло еще не один день. Мне не дали с ним увидеться, но Натаниэль заверил, что с пареньком все будет хорошо и отправил в казарму долечивать раны. Грудь и правда болела, так что я внял совету.

Княжич — та еще тварь, был не очень доволен результатами боев, но хоть добить меня не приказал, уже хорошо, а сразу после состязания уехал из интерната. Что забавно, те десять орлов, которые он пообещал пацанам, никто так и не выплатил. Мразь. Как есть.

Вообще, ходили слухи, что из-за приезда Орлова, для испытания привезли более сильных бойцов чем обычно. Интересно, кто-то конкретный выслужиться решил, обеспечив княжичу кровавое зрелище или это всеобщее решение? За день погибли восемь! Восемь пацанов!

Дав нам сутки, чтобы прийти в себя, курсантов начали готовить к поездке в столицу. Вероятно, требовалось как-то сгладить страшные воспоминания и негатив от смерти товарищей. Мы даже как их похоронили, не знали.

В город я как-то не особо рвался, но кто меня спрашивать будет? Леонид, на мои доводы о возможных проблемах и убийцах сказал, что исключения в интернате не делают и если лекарь сообщил, что ты здоров, то едешь вместе со всеми.

Вот и трясся я сейчас в рассохшейся телеге, которую кто-то по недоразумению назвал дилижансом, рядом с угрюмыми, молчаливыми пацанами. Из наших, долечивать раны в интернате, остался только Витек. Таким образом двенадцать человек во главе с наставником оказались в столице.

А город блистал красками, цветными лентами и яркими вывесками. Праздник был в самом разгаре. Всюду, куда ни глянь веселились толпы людей. Казалось, что сюда стеклись почти все жители окрестных селений и каждый старался выделиться нарядом, или необычным украшением.

Видя эти радостные лица и украшенные улицы, из глаз пацанов постепенно начала уходить тоска, а когда два дилижанса, в которых ехала наша группа, остановились недалеко от площади, откуда принесло запах жареного мяса, дыма и множества людей, то курсанты окончательно повеселели.

Инструктаж о правилах поведения мы получили несколько раз и в целом они сводились к необходимости держаться в поле зрения Леонида, от группы не отрываться, в конфликты не вступать и если, упаси четверо, кто-то потеряется, то сразу нужно идти к ближайшему полицейскому. Те проинструктированы, что делать в подобных случаях.

Выбравшись из повозок, пацаны скучковались возле Леонида, ожидая дальнейших указаний, и первое место, куда он нас повел — площадь, на которой сейчас шли выступления уличных артистов.

На меня окружающее веселье и развлечения впечатления не производили. Ну жонглеры, ну акробаты — ничего сверхъестественного по земным меркам они не показывали, зато пацаны были в восторге. Я специально встал в задних рядах, чтобы не загораживать остальным вид на выступление. Да и неуютно мне тут было. Прямо скажу.

Множество людей толпились вокруг, вызывая непроизвольное желание убраться отсюда. Интуиция, вопившая весь день о грядущих неприятностях не подвела, а вот я сплоховал — надо было любым способом оставаться в интернате, но все эти мысли пришли уже после того, как к моей спине прижали что-то острое, а на ухо шепнули:

— Не дергайся и иди со мной.

Плохо дело. Очень плохо. Магией я не успею воспользоваться, убежать тоже, ну и кричать не вариант, если сейчас неизвестный опасается, что его заметят, то стоит мне привлечь внимание, как заточка войдет в печень. Не зная, как выбраться из сложившейся ситуации, я пытался найти глазами наставника. Нашел…

Леонид знал о происходящем за моей спиной. Он посмотрел мне в глаза и кивнул головой мол: “Иди”. Дрянь дело. Ой дрянь. Пережить такую схватку и получить заточку в брюхо. А неизвестный меж тем, не дождавшись моей положительно реакции на свои слова, посильнее вдавил лезвие в тело, пришлось подчиниться.

Мое исчезновение группа не заметила, поглощенные зрелищем они сейчас вообще ничего не видели кроме артистов. Выбравшись из толпы, я заметил, что за спиной нарисовался еще один кекс, а неподалеку серьезные мужчины нет-нет, да бросали взгляды в нашу сторону.