Голод
Шрифт:
Взвыв от паники, словно раненный зверь, я ринулся к шкафу, рывком натянув на голое тело какие-то спортивные штаны и выбежав из комнаты босиком и с обнаженным торсом, мало заботясь о том, как в тот момент выглядел.
Следом за мной несся мой пес, не отставая ни на секунду, затормозив только тогда, когда я остановился на первом этаже уже у выхода из дома, на крик мамы:
– Сынок, что случилось? Куда ты среди ночи?
– Мам, потом всё объясню, мне нужно бежать!
– во мне не было сил даже на виноватую улыбку, когда я вылетел на улицу, запрыгнув в свою машину, мельком обернувшись на то, как ловко прошмыгнул КалЭл вслед за мной, тут же устроившись на переднем сидении.
– Ладно, едем!
– резко крутанув ключи в зажигании, я вдавил педаль газа до упора, когда внедорожник с визгом, слетел с места, явно оставив на асфальте возле дома выжженные следы от шин.
Благо, ночью трасса была пустынной, и не было полиции, а иначе бы мне пришлось потратить целое состояние на оплату смятых и снесенных с дороги машин, штрафов, компенсаций морального вреда и оплату за иски, что я несколько раз нарушил закон о частой собственности, когда пролетел буквально через участки соседних с Соней домиков.
Её милый уютный домик стоял поодаль от остальных, почти на самом берегу раскинувшегося океана, и резко затормозив на прохладном песке, я вылетел словно пушечное ядро из машины, крикнув на ходу заметавшемуся вслед за мной КалЭлу:
– Будь в машине! Охраняй!
Люси ещё явно была не готова к душевной дружбе с моим верным псом, а у меня не было сил и возможности заниматься ещё и оттаскиванием сцепившихся огромных собак, когда сердце глухо стучало в груди, отдаваясь болью и холодеющей кровь паникой.
Соня, где ты?!
Пролетев до дома в один прыжок, я судорожно осматривал темный фасад, где не горел свет, и было тихо.
– О, Боже!
С силой дернув входную дверь, я влетел в холл, где едва мерцал свет от все ещё включенного телевизора, на диване лежал скомканный плед, а на низком журнальном столе лежали бумаги и какие-то фотографии, напечатанные на обычных листах.
Глава 64.
Чувствуя, как панический ужас сжимает глотку в беззвучном крике, я вздрогнул, когда ко мне из кухни вылетела Люси, приветственно махнув хвостом, и уткнулась в мою ладонь мокрым носом.
– Привет, красавица, - дрожащими руками, я обхватил морду собаки, заглядывая в её умные глаза, - Где твоя хозяйка? Что тут произошло?
В моей пылающей голове пронеслись одновременно сотни жутких мыслей, одна страшнее другой, что могло случиться с моей девочкой, и что только Люси могла мне помочь, если знала минимальные команды и умела искать!
Собака громко фыркнула, убрала свою большую морду из моих ладоней, ринувшись на кухню, куда побежал вслед за ней и я, задыхающейся от ужаса, если не найду её там.
Но кухня была пустой.
Удушливый полный дикой боли крик, разрывал мои легкие, уже вырываясь наружу, когда я услышал странные звуки на улице, приглушенные от мягкого шума накатывающих волн.
Боясь утонуть в напрасной надежде, я вылетел через открытую дверь кухни, попав сразу на берег, и вся тяжесть мира обрушилась на меня в стремительном покое и радости.
– СОНЯ!
Я кинулся к девушке, чей силуэт белел в темноте ночи, озираемый лунный светом.
Она здесь! Жива! Невредима! Она рядом!
Я не знал ни одной молитвы, но был готов упасть на колени в этот прохладный ночной песок, чтобы прошептать Богу спасибо за то, что мои страхи были напрасными.
Добежав до неё, я окинул девушку сосредоточенным взглядом, пытаясь найти на её маленьком теле следы от ссадин, ран, синяки или царапины, но рассматривая её, моё тело все сильнее и сильнее наливалось черной кровью, возбуждая во мне зверя, чье обжигающее дыхание растеклось по венам, воспламеняя меня новой вспышкой неконтролируемого желания.
На девушке практически не было одежды.
Майка-борцовка, облаченная на обнаженное тело, не скрывала ничего, ни один изгиб её тела.
А коротенькие шорты не оставляли простора для воображения, когда я, задохнувшись от её вида, споткнулся о собственные ноги, резко затормозив, и отскочил от неё на пару шагов, судорожно втягивая в себя воздух, и стиснув кулаки, словно это могло помочь мне держать себя в руках.
Но проблемой был даже он, воздух этого пляжа, наполненный её сладким ароматом, который я чувствовал, как голодная акула – кровь, не ощущая ничего другого вокруг себя.
– Генри?!
Пискнула Софи, и её голубые глаза распахнулись, призрачно заблестев в ночи неведомыми насыщенными красками, от недоумения до полного восторга и благодарностиН:
– Как ты здесь оказался?
– Я говорил тебе не отключать чертов телефон! – прорычал я, стараясь удержать себя на месте, чтобы не кинуться к ней и не содрать с неё кусочки одежды.
Это была та грань, переступив которую я уже не смогу остановиться.
И я не мог допустить этого!
Не должен допустить, чего бы мне этого не стоило!
Видя, как содрогнулась девушка от моего резкого тона, я откашлялся, пытаясь загнать своего зверя в рамки и стать нормальным уравновешенным парнем, хотя бы внешне:
– Прости, я очень переживал, что тот тип мог навредить тебе.
« Ты можешь контролировать зверя в себе, сынок! Ты сильнее него!»
Я на секунду закрыл глаза, слыша в себе голос отца, и пытаясь собраться с силами для внутренней битвы.
Прохлада с океана легко коснулась моей обнаженной спины, и я старался расслабиться и не обращать внимания на сжимающиеся мышцы, которые ходили ходуном, борясь с желанием прикоснуться к ней. Подчинить.