Шрифт:
Пролог
С чего все началось уже, никто и не помнит, когда брат пошёл на брата, когда одно племя восстало против другого, когда одна держава захватила другую. Причины для противостояния, были всегда – земли, рабы, религии, ресурсы, технологии – да и простое тщеславие, ослеплённых своей алчностью тиранов.
Боль, страдания и нужда заставляла человека побеждать, становится сильным, быть лидером. Но быть, становится и побеждать без оружия в руках – невозможно. И вот прошли годы, прошли века, сменились эры, но борьба за господство в этом мире так и не остановилась. Люди продолжали убивать друг друга еще больше, еще быстрее, еще эффективнее.
На смену копьям пришли танки, почтовым голубям – интернет, а разведкам – спутники. Неспособность слышать друг друга, и искать выход из возникших проблем, человек стал свидетелем последнего кровавого турнира «Выжить – значит победить!».
Но какова бы не была суровая реальность, люди продолжали верить, что там, где-то глубоко в их душах, всё-таки есть любовь…
Глава 1. Объект 713
– Алла, где моя рубашка?
– Там на стуле в комнате.
– Ты не видела куда я положил ремень?
– Нет…
– А портфель?
– Да, что с тобой сегодня не так? Ты какой то несобранный. Где летаешь? Соберись!
– Всё хорошо, наверное, выходные на меня так подействовали, ты же знаешь не люблю я долго отдыхать.
– Вася, что-то случилось?
– А…? Нет. Всё в порядке. Я тебе там карточки оставил, сходи возьми продуктов. Я сегодня буду поздно. Не жди меня, ложись спать….
– Много дел?
– Что? А, да, сегодня нужно сдать отчет, эта бюрократическая волокита, ты же знаешь, будут проверять до последнего грамма лабораторного спирта, – Василий попробовал рассмеяться, – они думают, что мы его тратим понапрасну, а как без него, то протри, то продезинфицируй.
– Да-да, я знаю, как ты любишь все дезинфицировать, – она посмотрела влюблённым взглядом, – все праздники этим только и занимался…
– Ну знаешь ли, – с наигранной надменностью, произнес он – алкоголь убивает вирусы, я не виноват…
– Ну все давай, а то вон уже машина подъехала.
– Всё, побежал. – он чмокнул её в щёку.
По дороге на работу Василий Петрович отрешённо смотрел в окно, пытаясь, что-то, высмотреть на пустынных улицах Свердловска, в серых многоэтажках, в окнах которых уже появились отблески золотистых лучей солнца, в тротуарах, устланных желтыми листьями и в безмятежной дали мелькающих улиц. Город был пуст и печален, только изредка появлялись, одинокие прохожие и спешащие по важным делам машины городской службы.
Добравшись до работы, он зашел в невзрачное здание, уже с потрескавшейся и местами отколовшейся на его углах стен штукатуркой. У входа, в большом тамбуре стояла охрана, пытаясь доработать смену они отгоняли сон из глаз и внимательно проверяли прибывающий персонал. Петрович предъявил пропуск. Поздоровался с коллегами стоящими у двух больших стальных дверей, ожидающими, когда из недр огромной шахты им подадут лифт.
«Объек 713», был один из многих подземных лабораторий, принадлежащих структуре НИИ «Заслон», где боролись с вирусами и создавали новые – мир давно перестал быть мирным.
– Василий Петрович, как отдохнули? – обратился к нему его коллега по лаборатории – Константин, доцент института микробиологии.
– Да уж, эти выходные и не выходные вовсе, все время просидели дома… Ну ты понимаешь…,– по виду, профессор и вправду был хмурый и совсем не отдохнувший.
– Да, понимаю…
В толпе ученых, что-то говорящих себе под нос, в ожидании большой стальной коробки из глубины нашей матушки земли, стоял уже преклонного возраста человек.
– Сергей Никитич, давно вас не было видно, – обратился Василий Петрович к своему давнему другу.
– А как Ваши успехи? – спросил Сергей Никитич.
– Работаем… Работаем…
– Слышал, новый вирус обнаружили в Москве? Вам, что-то известно?
– Вы же знаете, все эти разговоры, напрасны, – даже сквозь надетую маску на лице профессора, было ясно, что он напрягся. – Вы наверное забыли, где мы работаем?
– Нет, не забыл. Рад Вас видеть!
– И я рад Вас видеть.
Еще в институте микробиологии на кафедре «Физиологии микроорганизмов», Василий Петрович познакомился со своим будущим наставником, профессором биологических наук Сергеем Никитичем Арбузовом. Их дружба была крепка они вместе со своими семьями ездили отдыхать в Крым и вместе отмечали все праздники. Но времена изменились, и давние друзья стали видеться реже в основном на работе.
Сергей Никитич Арбузов был ученым вирусологом и с достоинством нес службу в своей лаборатории на благо родного отечества, хотя уже разменял восьмой десяток.
Когда все вошли в лифт разговоры учёных стихли, повисла тишина, был слышен только звук механизмов закрывающих створки лифта, и работающего вентилятора над головой.
«Объект 713» представлял из себя шахту глубиной в полтора километра с пятнадцатью уровнями, на каждом из которых были расположены исследовательские лаборатории и вспомогательные помещения. Наш этаж был последний, самый глубокий и тихий.
Приложив бейдж к двери лаборатории, электронный замок щелкнул и она немного приоткрылась, Константин и Василий Петрович прошли в стерилизационную камеру, послышался звук шипения: с потолка обрушился дезинфицирующий пар, затем загорелась зеленая лампа – «вход разрешен».
Сняв, маски и оглядев свою лабораторию ученые пришли к выводу, что всё было на своих местах: мыши в клетках, тетрадь с записями на столе, и даже вода в кулере была на том же уровне, что и два дня назад.
– Эх, выходные…
– Да, Константин пролетели быстро.
– С чего начнем Василий Петрович?
– Мыши умерли.
– Снова?
– Снова.
– Два года и ничего… Думаю, пора начинать собирать вещи, – с тяжестью в голосе произнес он эти слова.
– Думаете нас попросят?
– Уверен.
Да, и правда, было о чем задуматься… «Уже прошло два года… Время летит очень быстро, а мир все продолжает воевать, сражаться: за что, за кого?»
– У меня есть идея…
– Константин, не пытайтесь мне дать надежду. Два года не одна идея не заставила этих грызунов поедать друг друга. И по видимому, я сегодня об этом сообщу Фёдору Александровичу…