Чтение онлайн

– Может быть, он предвещает нечто плохое? – прошептала она.

– Всё хорошо, Лара, – неразборчиво пробормотал Денис, – я буду охранять тебя.

Кривошеин раздражённо поднялся из-за стола и хлопнул рукой.

– Сколько у нас осталось времени? Почему вы не поставили меня в известность?

Он говорил яростно, изо рта брызгала слюна. Сидевшие напротив него два человека сжались под его взглядом.

– Вы понимаете, до чего вы довели ситуацию? С нас снимут по три шкуры за пропажу этих бумаг. Понимаете? Не только с меня, сволочи, но и с вас тоже! Со всех снимут шкуры и приколотят их к стене всем на устрашение, – он замолчал и вдруг рухнул на стул, ноги отказались служить ему. – Подайте мне чего-нибудь выпить.

– Виктор Степанович, поверьте мне, я тут ни при чём, – начал негромко оправдываться худощавый малый, стоявший при входе в комнату. Он выглядывал из коридора, не сняв с себя зимнего пальто, на неприкрытой голове быстро таяли мелкие снежинки.

– Да, – поспешил поддержать парня мужчина, сидевший напротив Кривошеина, – мы же думать не думали, что с Володей может что-то случиться…

– Идиоты вы все! С каждым из нас всегда может что-нибудь случиться, – промямлил Кривошеин, принимая протянутый ему стакан с водкой. – Просто когда с кем-то что-то вдруг происходит, ему-то, разумеется, становится на всё наплевать. Зато все остальные начинают ужами крутиться на сковородке. И мы сейчас с вами выступаем в роли этих самых ужей. Только мы сейчас пока лишь предчувствуем, как наши жопы будут шкворчать в кипящем масле, но вскоре ощутим это во всей полноте, если не отыщем документов… Каким образом могли пропасть бумага? Думать вы могли и не думать, но выяснить, доставил он бумаги по назначению или нет, вы обязаны. Тем более что вам на следующий день уже стало известно о его гибели. Разве трудно было почесать у себя в затылке? Разве трудно было проверить сразу? – рывком приблизился к парню Кривошеин.

– Я же объясняю вам: мы всегда работали через Володю. Два года у нас не было никаких проблем.

– Теперь проблемы появились, козлы, – оскалился Кривошеин. – Мы отвечаем за эту сторону дела, мы обеспечиваем доставку документов. И там никого не будет интересовать, почему документы не пришли в срок. Зато всех страшно заинтересует, куда они подевались.

– Володя погиб, – продолжал бубнить своё парень в двери.

– Мне плевать на то, что его зарезали прямо перед домом. Меня интересуют документы. Куда подевались они?

– Виктор Степанович, мы были на похоронах, затем на поминках у него дома. Я обшарил всю квартиру, насколько позволяли обстоятельства. Но я же не мог перевернуть там всё вверх дном, – оправдывался парень, переминаясь с ноги на ногу.

– Ты считаешь, что перевернуть всё должен я сам? – взревел вдруг Кривошеин. – Ты понимаешь, сколько времени мы упустили? Послезавтра из меня просто-напросто кишки выпустят, если я не… Ты же не дурак, Костя. Люди, с которыми мы работаем, не любят таких случайностей. Документы такого уровня не могут пропадать невесть куда. Одним словом, поедем рыться в барахле у Володи.

– А если ничего не найдём? Что, если портфель попал в руки ментов, когда они приехали на место убийства?

– Если бы документация попала к ментам, то нас давно бы уже скрутили.

– А вдруг документы забрал тот, кто напал на него? Вдруг его кто-то выслеживал?

– Тогда ты будешь первый, кто отправится на встречу послезавтра. А я уж как-нибудь по твоим костям пройду, голубчик, – скривился Кривошеин. – Ты лучше скажи мне, кто у Володи дома может быть? С кем нам придётся иметь дело сейчас?

– У него есть жена и сын. Сын должен быть в школе, я полагаю, а жена…

– Как зовут жену?

– Рита.

– Давайте собираться в гости. Навестим Риту.

– А если…

– Никаких «если». Пугать её не будем, объясним всё спокойно. Мы с Володей работаем вместе, то есть работали. В детали вдаваться совершенно нет никакой нужды. Сейчас на фирме вдруг обнаружили, что исчезли бумаги, которыми занимался Володя. Так и так, мол, для нас, растолкуем ей, такая пропажа чревата огромными неприятностями. Что тут неправдоподобного? Самая что ни на есть правдивая история. Другое дело, что она не представляет, чем занимался её муженёк… Так вот, скажем, нам эти документы нужны срочно. Мы полагаем, что они где-то у него в квартире… Быстро звони. И повежливее с этой Ритой, чёрт бы побрал всё это дело… У меня, похоже, нервы совсем сдали… Дайте мне ещё глотнуть…

***

Ветер тащил по асфальту белые снежные полосы, извивал их по-змеиному закручивал, бросал причудливые зигзаги под колёса бездушных автомобилей.

Татьяна Расшуганова сидела рядом с круглолицым Захаровым и молча смотрела на дорогу. С Захаровым она познакомилась месяца три назад. Он принадлежал к той категории людей, которые не только не скрывают, но даже бравируют своей принадлежностью к криминальному миру. С первого же дня знакомства он принялся ухаживать за балериной, считая себя вполне подходящим для неё и ничуть не смущаясь своей внешности.

– Я от тебя просто тащусь, Танюха, – повторял он то и дело, не умея выдавить из себя чего-нибудь более романтического.

От случая к случаю они показывались в шикарных ресторанах, и Захаров беспардонно щупал Таню за плечи, притягивал её к себе за талию. Балерина сама не могла понять, почему позволяла своему жирному ухажёру такие вольности, и лишь удивлялась себе. Когда же разобралась в этом, всё сразу встало на свои места.

Он был из мира, где каждая человеческая жизнь стоила определённой суммы денег. В его мире людей убивали без сожаления, если возникала такая надобность. Их просто отодвигали, как ненужную мебель, аккуратно разбирали на составные части или грубо ломали на куски. Именно такой человек был нужен Татьяне. Только к нему она могла обратиться за помощью. Только он и ему подобные не удивились бы её просьбе.

– Странное у тебя желание, Танюха, – хрюкнул Захаров и сунул сигарету в зубы. – Вот уж никогда бы не подумал, что у такой девахи могут быть враги, которых надо убрать… Может быть, ты скажешь, кого ты надумала замочить?..

– Нет, – она категорически покачала головой, – это должно остаться моей тайной. Ты будешь единственный, кто знает об этом.

– Не единственный, – горланисто заржал Захаров, – ещё тот, кто работу возьмёт на себя.

– Долго нам ещё ехать? – Татьяна нервно заёрзала и оглянулась назад.

– Не оглядывайся, я аккуратно езжу на такие встречи. Я привык проверяться по дороге. Но за мной никто никогда не мотался на хвосте…

– Тогда для чего проверяться?

– Мало ли… Бережёного, как говорится, ещё и берегуньчики берегут… У меня друзей куда меньше, чем недругов.

Он свернул во двор и остановил машину возле заснеженных ржавых гаражей, которые принято называть ракушками.

– Пошли, – Захаров хлопнул дверцей автомобиля и включил пискнувшую сигнализацию.

Они вышли на улицу и неторопливо прошли вдоль дома.