Чтение онлайн

Солнце опускалось за лес. В золотистых лучах звенел щебет птиц. Длинные тени деревьев лежали на траве.

Прислушиваясь к непонятному разговору за стеной. Грачев вдруг увидел Фигуру в темном плаще, удаляющуюся по тропе к холмам. Человек ненадолго остановился, и в липе обрамленном курчавой бородой Андрей признал жреца Тога.

Появление служителя мрачного Дома, его внимание к одинокому жилищу казалось странным. Захотелось бесшумно выскользнуть в соседнее окно, скрытое зеленью и проследить за подозрительным аоттом. Все же Андрей передумал, отодвинул драпировку и вышел в комнату с обеденным столом, ожидая найти охотника. Но его не было. Двое юношей изучали гостя с откровенным любопытством.

–  Хетти еще не вернулся, - полуутвердительно прервал молчание Грачев, - Один. из вас его сын?

Молодой человек в холщовой тунике с выцветшей вышивкой кивнул и склонившись у очага принялся выгребать золу.

–  Он - Нейс, ученик Мэя, - подтвердил другой аотт. Скрестив мускулистые руки на груди и подняв голову, юноша взирал на Грачева с улыбкой ожидания, даже неким вызовом.

–  Кто же такой Мэй?

–  Мастер Мэй. Почему не спрашиваешь кто я?

–  Подумал, ты сам расскажешь об этом, - придвинув скамью, Андрей сел напротив. Его начинал смешить мальчишеский кураж.

–  Ну? У тебя есть что сообщить кроме имени и заслуг твоего наставника?

–  Я - Кор из Ланатона. Имя моего деда- Апи, он хранитель храма, Седьмой Сферы. Я не жалею, что не ушел вчера со всеми, многие за всю жизнь не видели приходящих снизу.

–  Иначе говоря ты рад видеть меня.

–  И тебя и ту женщину. Но еще я знаю, что Тог не должен был пропустить тебя. Об этом с утра говорят в Ану.

Хотя Аманхор утверждает, будто вы прошли не нарушая закон, не все думают так. Глядящий в Совесть сразу не принял тебя. Вспомни: разве ты не почувствовал этого? Встретившись с ним ты не захотел ли бежать назад, в темный Лабиринт?

–  Юноша!
– Грачев нервно и сильно сжал его запястье, подавил закипающий гнев.
– Аотты предпочли не видеть меня в живых? Однако я здесь уже дважды, сначала поднявшись минуя вход в Лабиринт, недалеко от начала водопада. Нут - имя которого Юр, видел меня и доложил вам о знаменательном событии. Я уже был здесь! Понятно?! Но, почитая ваши порядки или по причине скромности, я спустился и прошел традиционным путем; прямо перед мордой Тога. То что чувствовал я и чего хотел - останется при мне. Так или иначе священный суд состоялся. Я оправдан за отсутствием самого состава преступления. Тог принял меня, слышишь, как родного брата.

–  Не все думают так, - упрямо повторил Кор.
– Говорят женщина, что была с тобой…

–  Называй ее Эвис.

–  Она защитила тебя, имея власть над Тогом. Может твоя спутница обладает тайным знанием или диадема в ее волосах дает силы? Я хотел спросить у нее. Завтра мне придется вернуться в Ланатон и все рассказать Апи,. Наверное для хранителей ваша история интересна.

–  Диадема…, - Грачев встал, зажег бронзовый светильник. Уже смеркалось. Он с трудом различал лица аоттов, скрытые синими тенями.

–  Растопи очаг, - сказал он Нейсу.
– Должен вернуться отец. Значит дело в диадеме? Кто тебе говорил о ней?

–  Хетти. Мне нужно описать хранителям украшение в точности. Покажи ее.

–  Хорошо, - после некоторого раздумья согласился Грачев. Охотник что-то знал о Голубой Саламандре, следовательно у Дома Тога он дожидался их не случайно: было ли в том рядовое любопытство или интерес более значительный предстояло выяснить.

Главное диадема признана. Это сулило скорое разрешение ее загадки, а может и нет. Возможно наоборот: Голубая Саламандра втягивала в водоворот неприятных проблем и даже Факт ее наличия представлял угрозу для жизни. Предсказать какие отношения сложатся теперь с аоттами, после недвусмысленного обвинения брошенного Кором, Грачев пока не брался. Но стало очевидно, что он должен быть предельно осторожен в словах и поступках.

Отыскав в потемках дорожный мешок, Андрей осторожно. извлек диадему, завернутую в тонкий аттлийский шелк и почувствовал, как ладонь Эвис коснулась его щеки.

–  Хетти пришел?
– спросила она.
– Уже ночь.

–  Еще не пришел и уже ночь. Поэтому спи, - прошептал он, рассудив, что ее присутствие сейчас нежелательно.

–  А ты не думаешь, что я тоже бываю голодна? Нужно разжечь огонь, вскипятить воду, - хронавт проворно соскользнула на пол, встряхнула, разгладила волосы и вышла, опережая Грачева.

–  Нейс уже занят очагом. А это сам Кор из легендарного Ланатона, - пояснил Андрей, неторопливо освобождая диадему из расшитой золотом материи.
– Я с ними давно толкую об этой вещице. Дело в том, что молодой человек решил: Голубая Саламандра - именно так ее называют в Аттле, - поймав пылкий взгляд внука Апи, подчеркнул он, - дала власть тебе над Тогом. Представь себе! Он думает, что пользуясь некой таинственной силой украшения, ты посмела помешать чудовищу разглядеть во мне злого демона. Однако он и не догадывается об одном маленьком секрете этой диадемы. Секрет, который сведет на "нет" все его вольные измышления. Только о нашей невеликой тайне я умолчу. Оставлю хранителям.

–  Ее тайна слишком значительна, чтобы говорить вслух, -раздался голос Хетти.

Он появился настолько тихо, что и Грачев, увлеченный представлением сокровища хронавта, не услышал мягких шагов. Охотник поставил на лавку корзину, зажег свечи в искрящемся трахитовом подсвечнике, потом бережно взял диадему из рук Нейса.

–  Если она та самая, - произнес Хетти поворачивая украшение над языками трепещущего пламени. При этом в движении его синих глаз Грачев не смог прочесть ничего.

–  Странный металл. Похож на серебро, но легче, небесное… идеальный для чудесных изделий, - заключил он и принялся выкладывать из корзины овощи, шарики сыра, пахнущие горячим хлебом лепешки.

–  Значит, то что говорят о ней в Ану - правда?
– настоял Кор.

–  В Ану никто не знает истины. И то что ты слышал там сегодня - пустая болтовня. Можешь еще расспрашивать Апи, но разве когда-нибудь старик говорил тебе достаточно много. Хватит пока об этом. Гости заждались, - Хетти сделал жест приглашающий к столу.
– Потом, если пожелают, они сами расскажут, что заставило совершить их долгое и опасное путешествие.

Ужин длился в полном молчании, словно какой-то скорбный ритуал. Поглощая сладкие томаты и скрипящий на зубах сыр, Грачев наблюдал, как Кор бросает горячие взгляды на украшение, то на Эвис. Еще он чувствовал, как его подругу все больше одолевает волнительное нетерпение.