Чтение онлайн

Потом Бишоп постучал по небольшому квадрату на карте. Он обозначался как академия Святого Франциска.

— Помнишь тот случай пару лет назад? — спросил детектив Шелтона.

— Да.

— Какой-то псих ворвался туда и убил ученика и учителя. Директор ввел особую систему охраны, высокие технологии. Все газеты о них писали.

Он кивнул на белую доску.

— Фейт любит вызовы, помните?

— Иисусе! — пробормотал Шелтон в ярости. — Теперь он охотится за детьми.

Бишоп схватил телефон и набрал код центральной диспетчерской, означавший текущее преступное нападение.

Никто не решился высказать вслух мысли всей команды: по докладу НРТ машину обнаружили полчаса назад. А значит, у Фейта было достаточно времени, чтобы начать свою дьявольскую игру.

Совсем как в жизни, размышлял Джеми Тернер.

Без фанфар, жужжания, никаких приятных звуков, как в кино, даже без малейшего щелканья лампочка на пожарной двери погасла.

В реальном мире не существует звуковых эффектов. Ты просто делаешь то, что собирался, и никто не поздравит тебя, кроме внезапно погасшего огонька.

Он встал и тщательно прислушался. Из далеких залов академии Святого Франциска доносились музыка, приглушенные крики, смех, споры на ток-шоу по радио — все, что он оставлял позади, на пути к отличному вечеру с братом.

Осторожно открыл дверь.

Тишина. Ни тревоги, ни криков Бути.

Запах холодного воздуха, тонкого от благоухания травы, наполнил легкие. И напомнил о длинных, одиноких часах после обеда в доме родителей в Милл-Вэлли летом, когда брат Марк уехал на работу в Сакраменто, подальше от семьи. Бесконечные ночи... Мать давала Джеми десерты и закуски, чтобы он несильно ей надоедал, а отец говорил: «Иди поиграй на улицу», пока они со своими друзьями рассказывали бессмысленные истории, становившиеся все более и более запутанными по мере того, как все накачивались местным вином.

«Иди поиграй на улицу...»

Как в детском саду, черт возьми!

Но Джеми вообще не выходил на улицу. Он уходил в доми занимался хакингом так, что дальше хоть потоп.

Вот о чем напомнил ему холодный весенний воздух. Но в тот момент Джеми уже стал недоступен воспоминаниям. Его захватило возбуждение от успеха и предстоящего вечера с братом.

Он опустил дверную задвижку вниз, чтобы суметь попасть обратно по возвращении в школу позже ночью. Джеми помедлил, повернулся и прислушался. Ни звуков шагов, ни Бути, ни призраков. Он ступил наружу.

Вот он, первый шаг к свободе. Да! Он сумел! Он...

Именно тогда призрак достал его.

Внезапно Джеми больно обхватила мужская рука, и сильная ладонь накрыла рот.

Боже, Боже, Боже...

Джеми попытался отпрыгнуть назад в школу, но неприятель, одетый в какую-то униформу, оказался сильнее и повалил его на землю. Потом стянул с носа мальчика предохраняющие очки с толстыми стеклами.

— Что у нас тут? — прошептал он, кидая их на землю и поглаживая веки мальчика.

— Нет, нет! — Джеми постарался поднять руки, чтобы защитить глаза. — Что вы делаете?

Мужчина вынул что-то из комбинезона. Выглядело как спрей. Он поднес его к лицу Джеми. Что?..

Струя молочной жидкости хлынула из пульверизатора прямо ему в глаза.

Мгновением позже началось жуткое жжение, мальчик зарыдал и задрожал в совершенной панике. Его самый большой страх становился реальностью. Слепота!

Джеми Тернер яростно тряс головой, стараясь отбросить боль и ужас, но жжение только усиливалось. Он визжал: «Нет, нет, нет!», но слова заглушала мощная ладонь на губах.

Мужчина придвинулся ближе и начал нашептывать в ухо мальчика, но Джеми не понимал, что он говорит; боль — и ужас — поглотили его, как пламя сухой куст.

Фрэнк Бишоп и Уайетт Джилет прошли через старую арку у входа в академию Святого Франциска, ботинки заскрипели по песку булыжного тротуара.

Бишоп кивком поприветствовал Гуэрто Рамиреса, чья массивная фигура заполнила пол-арки, и спросил:

— Правда?

— Да, Фрэнк. Извини. Он ушел.

Рамирес и Тим Морган, сейчас опрашивающий свидетелей на улице, первыми появились на месте.

Рамирес повернулся и повел Бишопа, Джилета и Боба Шелтона с Патрицией Нолан в здание. Линда Санчес с большим чемоданом на колесиках присоединилась к компании.

Снаружи стояли две машины «скорой помощи» и дюжина полицейских автомобилей с мигалками. На тротуаре через дорогу собралась толпа зевак.

— Что случилось? — спросил Шелтон.

— Насколько мы можем сказать, «ягуар» стоял за воротами, там. — Рамирес показал на двор, отделенный от улицы высокой стеной. — Мы подъезжали очень тихо, но он все-таки услышал и сбежал. Мы блокировали дороги за восемь и шестнадцать кварталов отсюда, но он прорвался. Наверное, воспользовался аллеями или боковыми улочками.

Пока они шли по темным коридорам, Нолан поравнялась с Джилетом. Казалось, она хотела что-то сказать, но потом передумала и промолчала.

Джилет не заметил студентов по дороге к месту преступления. Скорее всего учителя заперли их по комнатам до приезда родителей и воспитателей.

— Что-нибудь обнаружили на месте преступления? — спросил Бишоп Рамиреса.

— Ничего, что бросилось бы в глаза или намекнуло на адрес преступника.

Они свернули за угол и в конце увидели открытую дверь, а рядом с ней — дюжину полицейских и врачей. Рамирес взглянул на Бишопа и что-то шепнул ему. Бишоп кивнул и обратился к Джилету:

— Там не очень приятно. Как с Ларой Гибсон или Энди Андерсеном. Убийца опять использовал нож — в сердце. Но, кажется, жертва умерла не сразу. Слишком много крови. Почему бы тебе не остаться снаружи? Когда нам понадобится твоя помощь с компьютером, я скажу.

— Я справлюсь, — ответил хакер.

— Точно?

— Да.

Тогда Бишоп спросил Рамиреса:

— Сколько лет?

— Ребенку? Пятнадцать.

Бишоп обернулся к Патриции Нолан и поднял бровь, без слов спрашивая, сможет ли женщина перенести жуткое зрелище. Та ответила: