Голый завтрак
Шрифт:
"Наверное подоткну себе живот…. Может я и стар, но до сих пор желанен."
(Подтычка Живота есть хирургическое вмешательство в целях удаления жира на животе с одновременным произведением складки на стенке желудка, ведущей к созданию корсета из плоти, который, однако, может прорваться и расплескать ваши ужасные старые кишки по всему полу…. Стройные и фигуристые модели Плотских Корсетов, разумеется, наиболее опасны. На самом деле, некоторые модели-экстремисты известны в промышленности под названием Н.З. – Ночных залетов.
Доктор "Каракуля" Райндфест прямолинейно запуливает: "Постель это самое опасное место для П.К.-шников."
Гимн П.К. – песня "Поверь Мне Коль Все Эти Чары". Партнер П.К. в самом деле подвержен тому, что "объятья растают как тают подарки от фей".)
В белом музейном зале полном розовых ню солнечного света шестидесяти футов высотой. Обширное подростковое бормотание.
Серебряные поручни… пропасть на тысячу футов вниз в сверкающий солнечный свет. Маленькие зеленые грядки капусты и салата. Смуглые вьюноши со скобелями выслеживаются старым педиком с другой стороны сточной канавы.
"Ох дорогуша, интересно а они человеческими экскрементами удобряют…. Может прямо сейчас удобрят."
Он выхватывает перламутровый оперный бинокль – ацтекская мозаика на солнце.
Длинная вереница греческих пареньков строем подходит с алебастровыми вазами полными говна, опорожняют их в дыру в известняковом мергеле.
Пыльные тополи дрожат по ту сторону Плазы де Торос.
Конец.