Чтение онлайн

– Нельзя, - хохочет она. - Еще воспаление легких получишь.

– А так я сгорю, понимаете, сгорю, через полчаса от меня останется один пепел.

– Вот и отлично, - отвечает Геннадий Петрович. - Развеем его по ветру, чтобы даже духу твоего здесь не было. Пойдемте отсюда, пусть поскорее подыхает.

– Нет, Гена, так нельзя, не по-христиански. Да и в чем она виновата? вдруг вмешивается Светлана. - Вы как хотите, а я ей помогу. Лед не лед, а вот пластиковыми бутылками с холодной водой я ее обложу.

– Не смей, тетка, - с угрожающе поднятыми кулаками вперед вышел ее племянник Олег. - На кой черт тебе это нужно? Мы стараемся, чтоб она скорее окочурилась, а ты!

– Заткнись, наркота сопливая! - закричала на него Светлана. - Убирайся, и чтобы я тебя возле нее больше не видела. Все уходите!

– Да что с тобой, Света? - удивился Геннадий Петрович. - Олег говорит дельные вещи. Она через пару часов уже подохнет, а ты опять хочешь резину тянуть. Ну почему ты такая?

– Потому что я не вашего роду-племени, а если и живу рядом, то до сих пор не успела озвереть подобно вам. Убирайтесь, или я обо всем ему расскажу.

– Нет уж, милая. Мы так не договаривались! - откуда-то из угла донесся мерзкий и скрипучий голос нотариуса. - Уж померла так померла. Похороним с почестями. Но назад ходу нет. Вы подумайте, что будет, если она оклемается и пойдет по инстанциям? Если вся наша затея откроется? Меня-то, старого дурака, просто дисквалифицируют и закроют контору, а вас ждет участь куда печальней.

Потом меня опять окутало черное покрывало беспамятства, и только где-то далеко впереди я видела тоненький, но яркий луч света.

Когда пришло облегчение, я тоже сказать не могу. Может быть, оно наступило через трое суток, а может быть, сразу. Я почувствовала, как мое тело начало постепенно остывать, а бред принял иные, какие-то более легкие формы. Пелена, закрывающая мой мозг, из черной превратилась в серую, и на ее фоне спиралью скручивались красные точки и стремительными ракетами улетали вдаль.

Мне кто-то делал уколы, это я поняла в субботу утром, когда очнулась страшно ослабевшая, но здоровая. Уколы делали внутримышечные, это было видно по шишкам на плечах. Ничего внутривенного не вводили, и из этого я сделала вывод, что колол меня не врач, а дилетант.

"Наверное, кто-то из своих, - вяло подумала я, вспоминая все, что произошло у нотариуса. - Спасли, а зачем? Зачем мне такая жизнь? Чтобы снова где-то пахать сутками, снимать нищенскую конуру и получать копеечную зарплату, которой порой не хватает даже на полмесяца. Проклятая жизнь. Поманила пальчиком, а потом отвесила смачную оплеуху. Не сегодня, так завтра меня прогонят, а куда я пойду без паспорта, без денег? Нет, почему без денег? Какие-то запасы у меня оставаться должны, выходит, не зря я старалась, откладывая зарплату домработницы на черный день. Вот она и пригодилась. По самым скромным подсчетам, там должно быть никак не меньше тридцати тысяч. Сумма очень даже приличная, а особенно в нынешней моей ситуации".

Немного повеселев, я, качаясь, встала с кровати и поплелась к тайнику, чтобы проверить и пересчитать свое состояние, которое я собирала исключительно сотенными бумажками. Тайник, по моим понятиям, я устроила хитрый и надежный. В подвале старика, как и во всем доме, установлены радиаторы отопления. Все они были подключены к АГВ, все, кроме одной батареи. Она находилась в самом углу и всегда была холодная. То ли не хватило труб для ее подключения, то ли просто старику и без нее хватало тепла, не знаю, но батарея бездействовала, и я решила ее использовать в своих целях. Раз в месяц, после зарплаты, я спускалась в подвал и отвинчивала пробку этого радиатора. Нащупывала кончик капроновой веревки и осторожно вытаскивала на свет блестящую гирлянду. Она состояла из скрученных и обернутых в фольгу сторублевок. Скрутив очередной такой патрончик, я нанизывала его на шнурок и осторожно возвращала на место. Потом закручивала пробку и, вполне довольная собой, возвращалась в дом.

Ту же самую операцию я хотела проделать и вчера, с той только разницей, что на этот раз моя гирлянда покинула бы подвал вместе со мной.

В одной рубашке, цепляясь за перила, я кое-как сползла в подвал и, шатаясь, доковыляла до вожделенной батареи, но отвинтить заглушку, сколько я ни старалась, так и не смогла. Видимо, силы совсем оставили меня. Наконец меня осенило! Нужен обычный разводной или газовый ключ, чтобы разрешить все мои проблемы. На его поиски у меня ушло не меньше получаса, показавшегося мне вечностью. Но в конце концов ключ был найден и пробка откручена. Ужасно волнуясь, я запустила в отверстие пальцы и, нащупав желанный шнурок, осторожно его потянула.

С самого начала я поняла, что случилась беда, уж больно легко шнурок выходил из батареи, а золотистые патрончики все не показывались. Вытащив всю веревку до конца, я несколько минут тупо на нее смотрела, словно не понимая, что на ней нет ни одного рулончика. Почему-то эта веревка показалась мне липкой, словно ее намылили, предлагая мне повеситься. А потом я заметила, что весь пол возле этой батареи усыпан золотистыми клочками фольги.

Меня подло ограбили, бесстыдно обворовали. Украли то, что я заработала своими собственными руками. Казалось, сердце не выдержит и лопнет, как недавно лопнуло у моего старика. Я закричала, завыла протяжно и дико, как раненая волчица. Да, я рыдала и выла во весь голос, пока не посадила голосовые связки, а потом рухнула на пол и опять погрузилась в горячечный бред.

Потом, через несколько часов, меня растормошила Ольга, случайно спустившаяся в подвал по своим делам.

– Ну что с тобой опять? - довольно грубо спросила она.

– Деньги... Деньги... Деньги, - только и могла я выговорить.

– Всюду тебе, коза драная, деньги мерещатся, - брезгливо оттолкнула она меня к стене. - Вот что, дорогуша, собирай свои шмотки да сваливай завтра поутру. Сама понимаешь, больше тебе здесь ловить нечего. Я для тебя сделала все, что могла.

– Спасибо за доброту. А уйти я и сама собиралась, - ответила я, размазывая грязные слезы. - Но деньги, мои заработанные деньги, которые я копила пять лет, их кто-то бессовестно украл.

– Что? - возмутилась она на первых порах. - Да как ты смеешь говорить мне такое? Нахалка и лгунья, кроме тебя, в нашем доме нет воров. Я сейчас же позову сюда Олега, и он как следует тебя отделает.

– Это вы можете, - зло ответила я. - Это у вас в порядке вещей. Можете даже забить до смерти, но деньги-то все равно своровали вы. Посторонних в доме не было.

– Как ты можешь доказать, что они у тебя были? И откуда они взялись? замахнувшись, завизжала она. - Говори откуда, шлюха подзаборная.