Гонец
Шрифт:
– Помолчи, – вконец осердившись, шикнул на бородача Игорь. – Дай послушать! Удрать-то мы всегда успеем, было бы от чего удирать…
– Тихо, господа, – звучно хлопнув по гитаре ладонью, продолжил оратор. – Условия поиска остаются прежними, как и во всех предыдущих сезонах: тот, кто найдёт уэсби первым, имеет право воспользоваться им единолично, а после, при желании, уступить место товарищу… если, конечно, уэсби останется на месте. И если не полностью израсходуется его нынешняя разовая сила. Вопросы есть?
– У меня вопрос, – поднял руку один из сидевших поодаль от костра. – А что, если уэсби в этом году уже кто-нибудь нашёл и успел им попользоваться? А ты ищи, старайся, когда сила уэсби уже вся израсходована… Где гарантии? Я ведь немалые деньги за участие в поиске заплатил, как-никак.
– Отвечаю для новичков, – повысил голос оратор-гитарист. – Уэсби появляется раз в году, строго в одно и то же время! И существует от первой звезды одного вечера до первой звезды другого вечера. Так что вряд ли кто смог за прошедшие несколько часов его найти… Ищите, не сомневайтесь! У вас впереди сутки, не упустите свой шанс, господа Следопыты. – Последние слова, очевидно, послужили сигналом: Следопыты встали и, не разговаривая друг с дружкой, разошлись в разные стороны, растворились в темноте леса; гитарист и его молчаливый напарник остались у костра.
– Пойдём, – сказал Игорь, выходя с велосипедом на поляну. Агап, настороженно поглядывая по сторонам, засеменил рядом, на всякий случай взяв свой велосипед на плечо – чтобы им драться сподручнее было, в случае чего.
– Так быстро? – удивился гитарист, – что-то вы… О! Да это ж не наши, – он, нахмурясь, уставился на гостей. – Кто такие?
– Паломники мы, – брякнул Агап, прикидывая, каким колесом заехать в ухо собеседнику, если тот начнёт доставать из карманов пистолеты-топоры. – По святым местам путешествуем.
– А-а, – почему-то немедленно успокоился гитарист. – Ну да, ну да… Чего ж вы сейчас, вам днём надо было приходить! У нас лицензия на следующие двадцать четыре часа, и посторонним находиться здесь не положено.
– Дело веры не терпит отлагательства, – туманно ответил Игорь, подыгрывая нечаянной удаче Агапа. – Заблудились мы, если начистоту… А вы-то сами кто будете?
– Мы? – растерялся гитарист. – Неожиданный вопрос… Вы что, о Следопытах не слышали?
– Нет, – отрицательно замотал головой Агап, – сами мы не местные, издалека бредём: подаянием кормимся, на зорьке небу молимся, подайте, люди добрые, кто чего мо… – он осёкся, смущённо закашлялся. – Э-э… не обращайте внимания! Издержки бывшей профессии, нда…
– Он недавно паломником стал, – поспешил объяснить музыкантам Игорь, показывая Агапу за спиной кулак. – Ещё не искоренил дурные привычки, но мы с этим боремся… Видите, велосипед на плече держит, не опускает? Это он сам на себя епитимью наложил, – злорадно добавил Игорь. – За неуместную болтовню! Наложил и не нарушает: как встретит незнакомых людей, так сразу хвать транспортное средство на плечо и держит его до тех пор, пока с теми людьми не побеседует и не распрощается…
– Тогда я пошёл, да? – с надеждой спросил Агап. – До свиданья, люди добрые…
– Стоять, – приказал Игорь. – Разговор ещё не окончен. – Агап грустно вздохнул, устроил транспортное средство на плече поудобнее и приготовился ждать.
– Разрешите нам остаться, – повернулся к музыкантам Игорь. – А то мы опять заблудимся… До рассвета подождём и пойдём дальше.
– Ладно, – пожал плечами гитарист. – Не гнать же вас обратно в чащобу, право. Только у меня будет одно условие: пусть ваш спутник временно откажется от своего героического самоистязания! А то стоит столб столбом и раздражает – такое впечатление, что сейчас по голове колесом с маху огреет.
– Запросто, – обрадовался Агап, – для хороших людей чего только не сделаешь! – и, довольный, снял с плеча изрядно надоевший ему велосипед. Игорь сердито покосился на Агапа, но тому было не до укоризненных взглядов: нарушитель епитимьи прилёг на травку, закинул ногу на ногу, сложил руки на пузе и предоставил Игорю самому вести переговоры с таинственными музыкантами-Следопытами. Главное, что были они не людоедами, не куклуксклановцами и не особистами, а на остальное Агапу было наплевать. Тем более, что выпивки и развлечений всё одно не предвиделось.
– Вы говорили о каких-то Следопытах, – напомнил Игорь гитаристу. – Поясните, будьте любезны! Очень, знаете ли, интересно… Мы, правда, кое-что слышали на подходе, но всё равно ничего не поняли – уэсби какое-то…
– Не «какое-то уэсби», а Ускользающий След Бога! – подняв руку как святой на иконе – с указующим в небо перстом, – торжественно изрёк молчавший до этого специалист по игре на бутылках. – Отпечаток стопы, если понятнее. Стопы Бога, великого и благого!
– Во как, – изумлённо крякнул Агап, садясь. – Ни больше, ни меньше? Круто, ничего не скажешь…
– Именно – Бога, – с серьёзным видом подтвердил гитарист. – Мы так думаем. Э-э… все так думают. И король, между прочим, тоже! Иначе бы он не объявил свой охотничий парк святым местом, запретным к любым увеселительным посещениям. И не закрыл бы воздушное пространство над парком для полётов на мётлах…
– След Бога? – Игорь невольно глянул вниз, не наступил ли он ненароком на тот след, но под ногами была одна трава и никаких следов на ней. Разве что пепел от костра, да и того немного.
– А вы тогда как тут оказались? – Игорь посмотрел на музыкантов. – Если всем запрещено, то…
– У нас частная королевская лицензия, – с гордостью пояснил гитарист. – ЗАО «Следопыт», профиль деятельности – туризм, развлечения и исполнение желаний! Я – руководитель, Кайлер – мой заместитель, – он дружески хлопнул Кайлера-заместителя по плечу. – А все остальные, кто в лес ушёл – наши сезонные клиенты. Оплаченные Следопыты, то есть.
– Так, с первыми двумя пунктами мне понятно, – Игорь положил велосипед и сел на траву, чего стоять, когда все сидят. – А причём здесь исполнение желаний?