Чтение онлайн

В тусклом свете редких уличных фонарей Белл видел в старой кладке заплаты из нового кирпича, где динамит Гарри Фроста разрушил стену склада. Какой-то мужчина спал у двери, где тогда прятались испуганные мальчишки-газетчики. Из узкого переулка показалась женщина. Увидев «паккард», она подошла с улыбкой надежды.

Белл улыбнулся в ответ, посмотрел в глаза и сунул женщине в руку десятидолларовую банкноту.

— Ступай домой. Возьми на сегодняшнюю ночь отпуск.

Он ни минуты не верил, что «Агентство Ван Дорна» выгнало Гарри Фроста из Чикаго. Преступник оставил город по собственному желанию и неспроста. Беллу было совершенно ясно, что Фрост не просто непредсказуем — он легко применяется к обстоятельствам. На своем «Томасе-Флаере» городской гангстер станет хозяином прерий Среднего Запада и обширных равнин за Миссисипи, а чикагские политики, банкиры и члены его преступной организации прикроют ему тылы, будут снабжать деньгами и ждать приказов.

Взять с собой в «Томас» телеграфиста — гениальный ход. Гарри Фрост может приказать Дэйву Мэйхью подняться на железнодорожный телеграфный столб, подключиться к проводам, подслушать передачи азбукой Морзе и доложить ему, что диспетчеры станций сообщают о продвижении гонки. Дьявольская хитрость, думал Белл. Фрост использует сотни преданных помощников, чтобы следить за Джозефиной.

Из-за угла показался пьяница, бросил бутылку в канаву и запел:

Джеймс Дэшвуд догнал Исаака Белла в ста семидесяти милях к западу от Чикаго на берегу реки Иллинойс, на железнодорожной станции близ ярмарочной площади Пеории. Вечер был жаркий и влажный (типичный для штатов Среднего Запада, сообщил Белл молодому калифорнийцу), и в воздухе висела тяжелая смесь запахов угольного дыма, пара, пропитанных креозотом шпал и жарящегося ужина машинистов.

Поезда поддержки забили все боковые пути, отведенные для участников гонки. Поезд Белла стоял ближе всех к главной ветке, если не считать еще одного «особого» поезда из четырех вагонов, выкрашенных в зеленый с золотом; поезд принадлежал лесному магнату, который сделал большие вложения в синдикат Вандербильта и заявил, что не понимает, почему должен бросить гонку из-за того, что его участник разбился о сигнальную башню. В конце концов, Билли Томас поправляется и как истинный спортсмен, желает, чтобы гонка продолжалась и без него.

Желтый поезд из шести вагонов, «особый» Джозефины, стоял по другую сторону от «особого» «Орла»; Белл приказал машинисту поставить поезд так, чтобы оба вагона с бригадами механиков стояли рядом. У обоих вагонов спущены грузовые мостки для автомобилей, на которых механики ездили в магазины Пеории за запасными частями и разведывали маршрут. Из вагона-ресторана Престона Уайтвея доносились смех и звон бокалов.

Дэшвуд застал Белла над крупномасштабными топографическими картами территории от Пеории и Миссури до Канзас-Сити. Эти карты Белл развернул так, что они свисали с потолка.

— Что узнали, Дэш?

— Я нашел книгу по морской зоологии, которая называется «О головоногих». Кальмары и осьминоги — головоногие.

— Это я помню, — сказал Белл. — Что у них общего?

— Способ передвижения.

Белл оторвался от карты.

— Конечно. Оба движутся, выбрасывая воду в противоположном направлении.

— Кальмары — в большей степени, чем осьминоги, которые предпочитают ползать по илу.

— Они движутся, как ракета.

— Но что за двигатель рыбаки могли с ними сравнить?

— Термодвигатель Платова. Он тоже использовал слово «ракета». — Белл задумался. — Итак, ваши рыбаки подслушали, что ди Веккио обвинял Селера в том, что тот жиголо, поскольку взял деньги у женщины, чтобы купить на съезде авиаторов в Париже какой-то двигатель. Реактивный мотор. Очень похоже на термодвигатель Платова.

В бок вагона-ангара постучала тяжелая рука, и на вершине мостков показался обильно потеющий мужчина.

— Старший дознаватель Белл? Я Эсбери, бюро Центрального Иллинойса, работаю по контракту.

— Да, конечно. Входите, Эсбери. — Эсбери, отставной офицер, работал не полный день и обычно занимался расследованиями грабежей банков в окрестностях Пеории. Белл подал ему руку, представил Дэшвуда — «Детектив Дэшвуд из Сан-Франциско» и спросил:

— Что у вас?

— Ну… — Эсбери вытер потное лицо красным носовым платком, обдумывая ответ. — Гонка привела в город много незнакомых людей. Но здоровяков вроде Гарри Фроста я не видел.

— Кто-нибудь все-таки привлек ваше внимание? — терпеливо спросил Белл. Продвигаясь вместе с гонкой на запад, он понимал — здесь он встретит столь немногословных частных детективов и офицеров полиции, что в сравнении с ними констебль Ходж из Норт-Ривер покажется болтуном.

— Есть крупный игрок из Нью-Йорка. С ним пара бандитов. Но я сейчас не служу закону.

— Широкоплечий парень средних лет в клетчатом костюме? Пахнет, как парикмахерская?

— Не то слово! Мухи вьются в этом запахе, как летучие мыши на закате.

— Джонни Масто из Бруклина.

— Что он делает в Пеории?

— Сомневаюсь, что он приехал на воды. Спасибо, Эсбери. Если зайдете в кухонный вагон поезда мистера Уайтвея, скажите, что я просил накормить вас ужином… Дэш, перехватите Масто. Если повезет, он не узнает в вас ван дорна. Вы не из Нью-Йорка, — добавил Белл, хотя на самом деле лучшей маскировкой Дэшвуда была его мальчишеская невинность. — Дайте-ка мне ваш револьвер. Он образует заметную выпуклость под вашим пальто.

Белл убрал кольт с длинным стволом в ящик стола. Потом поднес руку к шляпе и извлек два «дерринджера» на два выстрела каждый.

— Суньте это в карман.

— Все в порядке, мистер Белл, — улыбнулся Дэшвуд. Он резко согнул запястье, и из рукава ему в пальцы скользнул блестящий новый «дерринджер».

На Исаака Белла это произвело впечатление.

— Отлично придумано, Дэш. И пистолет отличный.

— Подарок на день рождения.

— Вероятно, от вашей матушки?

— Нет, я встретил девушку, которая играет в карты. Усвоила эту привычку от отца. Он тоже играет в карты.

Белл кивнул. Он был доволен: паинька отступал.

— Приходите ко мне, когда покончите с Масто, — сказал он и пошел искать Дмитрия Платова.

Он увидел русского на погрузочном трапе вагона-ангара Джо Мадда — он вытирал смазку с пальцев пропитанной бензином тряпкой.

— Добрый вечер, мистер Платов.

— Добрый вечер, мистер Белл. Жарко в Пеории.

— Можно спросить, сэр, не продавали ли вы термодвигатель в Париже?

Платов улыбнулся.

— Можно спросить, почему вы спрашиваете?