Чтение онлайн

— Ты утверждаешь, что Главная Башня Тайного Знания, одно из самых поразительных и окутанных магией строений во всём Фаэруне, резиденция гильдии волшебников с тех времён, что стёрлись из памяти даже самых старых эльфов, была построена дварфами?

— Я думаю, что дварфы работали бок о бок с древними архитекторами Главной Башни, — ответил Дор'кри, — которые, по-видимому, были эльфами, а не дварфами. Я предполагаю это, основываясь на истории данного региона и древовидной форме, которую имела башня до падения.

Далия не спорила, но она прекрасно понимала, что немало людей должно было приложить руки к тому, чтобы заставить эльфов и дварфов работать вместе.

— Корни? — спросила Далия. — И ты думаешь, что они важны…

Она замолчала, заметив некое движение над собой, затем с интересом подняла голову вверх и увидела некую жидкость, стекающую по трубе над её головой.

— Прилив, — пояснил Дор'кри. — Когда он начинается, вода поступает по туннелям — корням, или венам, если ты хочешь их так называть. Однако, воды не так много, и она уходит обратно с отливом.

Далия понятия не имела, что могла означать вся эта интересная информация. Они с Дор'кри прибыли в Лускан, чтобы выяснить есть ли связь между уничтожением Главной Башни и землетрясениями, которые разрушали север Побережья Меча, после падения башни. Магические связи порвались при падении башни, это было печально, и каким-то образом, дало начало серии землетрясений. Более того, отголоски этого обнаружились не только в Лускане, но и на покрытых лесом холмах, известных как Крагс.

Она повернулась, прослеживая направление странного «корня», идущего на юго-восток.

— Что ещё ты ещё узнал? — спросила эльфийская воительница.

— Пойдём, я отведу тебя к личу Валиндре, и ещё к кое-кому, более старому и более могущественному, или, точнее, тому кто был более могущественным, прежде чем Магическая Чума сделала его безумцем.

Вампир развернулся и собрался уходить, но Далия не сразу последовала за ним, тихо припоминая всё, что она знала о новейшей истории Лускана, то, что внимательно изучала, перед тем, как покинуть Тей.

— Арклем Грит? — спросила она, имея ввиду лича, который был единоличным правителем Главной Башни от имени Тайного Братства, и который был повержен при её падении. Повержен, но не уничтожен, ведь, в конце концов, это было главной особенностью личей.

— Серьёзный противник, — предупредила Далия. — Даже с защищающим меня амулетом Сзасса Тэма.

Дор'кри покачал головой.

— Когда-то, может быть, но не сейчас. Дроу уже решили эту проблему за нас.

Некоторое время спустя, оставив позади дюжину комнат и коридоров, пара вошла в странную комнату.

— Что это за место? — спросила Далия, потому что это была скорее гостиная изысканного отеля, чем подземная камера среди сети влажных пещер.

Красочные гобелены висели в пещере повсюду, комната была сплошь уставлена изысканной и качественной мебелью, включая мраморный туалетный столик, с большим, позолоченным зеркалом на нём.

— Это мой дом, — ответила женщина, сидящая на изысканном стуле напротив этого столика.

Когда она повернулась и улыбнулась вошедшим, Далия едва не вздрогнула. Возможно, когда-то женщина и была красива, с длинными, блестящими тёмными волосами и тонкими чертами лица, что только подчёркивало её глаза. Но эти глаза были давно потеряны, и на их месте горели красные точки неестественного внутреннего огня лича. Улыбка была ужасна — губы сгнили, из-за чего зубы казались огромными, и когда она улыбалась, казалось, что её бледная кожа вот-вот лопнет.

— Разве вам не нравится? — спросила лич сладко, будто была молоденькой флиртующей девочкой.

— Конечно, Валиндра! Конечно! — отозвался Дор'кри с преувеличенным восторгом, пока Далия не начала отвечать.

Воительница взглянула на своего компаньона, потом снова перевела взгляд на лича.

— Ты и есть Валиндра Теневая Мантия? — спросила Далия.

— Так и есть, — ответила Валиндра.

— Я слышала истории о твоём величии, — солгала Далия, и Дор'кри одобрительно сжал её руку. — Но даже такие лестные рассказы не могли передать всё великолепие твоей красоты.

С этими словами Далия низко поклонилась, в то время как Валиндра прыснула от смеха.

— Где же твой муж, уважаемая? — спросил Дор'кри, и когда Валиндра повернулась, словно ища кого-то, вампир кивнул в сторону комода со стеклянными дверцами, на полке лежал драгоценный камень в форме черепа, размером с кулак Валиндры.

Как только взоры всех устремились на филактерию, глаза черепа вспыхнули яркой красной вспышкой, прежде чем опять прийти в своё привычное состояние.

— Грит внутри? — спросила Далия своего компаньона.

— То, что от него осталось, — ответил вампир и указал на схожий амулет, но в его дымчато-белом кристалле не было жизни.

— Филактерия Валиндры, — пояснил Дор'кри.

Далия чувствовала нечто в броши на жилете, когда она рассматривала амулеты. Она решилась подойти к комоду, отмечая, что Валиндра всё ещё глупо улыбается, и открыла стеклянные дверцы. Эльфийка обернулась к Дор'кри, который поднял ладони вверх, показывая, что он сам озадачен.

— Какой прекрасный драгоценный камень, — обратилась к Валиндре Далия.

— Это мой муж, — ответила лич.

— Могу я его подержать?

— О да, конечно! — отозвалась Валиндра.

Далия не была уверена, что такая благосклонность происходила от бесхитростности женщины-лича. Возможно, она имела более подлые мотивы. Ведь по общепринятому мнению, самым лёгким способом завладеть чьим-либо разумом, было дать ему подержать филактерию бесплотного лича.

Но Далия носила брошь Сзасса Тэма, которая обеспечивала могучую защиту от некромантии, поэтому эльфийка без страха взяла череп в руки.