Чтение онлайн

— Тогда оставлю вилы себе, — согласилась я, поневоле заражаясь его энергией и впадая в заблуждение на счёт лёгкости работы.

Однако, едва я воткнула вилы в землю, горбун отобрал их у меня.

— Извините, Жанна, — сказал он, — но я противник равноправия мужчин и женщин. — Если есть желание, приготовьте кофе, иначе мой здоровый аппетит перерастёт в голод. Думаю, Ларс тоже не откажется от ленча. Не сочтите за труд заглянуть в мою машину и захватите коробку на переднем сидении.

Попытавшись вывернуть ком вскопанной земли и убедившись, что это удовольствие на любителя, я не стала протестовать и тем охотнее смирилась с женской долей приготовления кофе, что к нему намечались пирожные.

Я не успела отойти далеко, как была остановлена видом Ларса, настолько растерянного, что я не решилась уйти, не выяснив, в чём тут дело.

— Что с вами, Ларс? — испуганно спросила я, опасаясь очередной страшной находки.

Горбун устремил настороженный взгляд на датчанина.

— Понимаете… — запинаясь, начал тот. — Я боюсь ошибиться, но, по-моему, кто-то был на том месте, где мы зарыли собаку.

— Почему вы так думаете? — спросила я, невольно посмотрев на Дружинина.

Горбун воспринял это известие с мрачным удовлетворением.

— Потому что вчера я сам накидал сверху траву, а теперь там всё разворочено, — пояснил Ларс.

Я поспешила к указанному месту и убедилась в справедливости слов писателя.

— Ясно, что собаку вырыли, — хмуро пояснил горбун, остановившись рядом.

— Но это же… кое-что означает, — сказала я, не решаясь пояснить свою мысль.

— Может, она всё-таки лежит здесь? — предположил Ларс.

Горбун покачал головой, но всё-таки разгрёб землю лопатой.

— Ничего, — сказал он, кивнув на пустую яму. — Кто-то произвёл эксгумацию тела до нас.

— Ирина вернулась, — сказал Ларс. — И не одна… О, да это же тётя Мартина! По-моему, она впервые сюда приезжает.

Горбун кивнул.

— Ирину она раньше не видела? — спросил датчанин.

— По-моему, нет, — неуверенно ответил Дружинин и усмехнулся.

— Наверное, она… как это… совершает очередной вояж по родственникам? Она делает это раз в два года.

Горбун поднял брови, но ничего не сказал по поводу забавно построенной фразы.

— Если уж она оказалась здесь, то никто лучше неё не справится со всеми трудностями, и помощь ей не потребуется, — заметил он.

Я пригляделась, узнала старушку и почувствовала себя нехорошо. Мало того, что я не представляла, как буду объясняться с моей ночной гостьей, но я ещё и вспомнила, что за разными событиями никому не успела рассказать о её визите. Горбуна привлёк мой озабоченный вид, и его внимательные тёмные глаза очень долго не отрывались от моего лица.

По мнению очевидцев, чёрт не так страшен, как его малюют, а в данном случае моя встреча с тётей Мартина произошла много приятнее и сердечнее, чем я успела её нарисовать в воображении. Старушка что-то защебетала, улыбаясь и утирая слёзы, я её, к удивлению Ларса и горбуна, поцеловала, а Ира исподтишка погрозила мне кулаком.

— Пока не выдадут тело Мартина, тётя Клара поживёт здесь, — пояснила Ира. — Я приготовлю что-нибудь поесть. Помоги мне, Жанна.

Пирожные, привезённые горбуном, оказались очень кстати, но меня не покидало воспоминание о чисто вылизанной тарелке на веранде и мёртвой собачке под кустом. Пока мы были с Ирой на кухне наедине, я поделилась с ней новостью об исчезнувшей собаке и своих подозрениях о причине смерти весёлого животного.

— Но ведь пирожное предназначалось не для собаки, — прошептала Ира, сильно бледнея.

— Вот именно. Если бы Риголетто задержался, на месте собаки была бы я.

— Не на месте собаки, конечно, — поправила меня Ира, — а в другом месте.

— Неважно. Главное, что я была бы уже мертва. Счастье, что он резко затормозил и Ларс от неожиданности уронил пирожное на пол.

Я неуверенно посмотрела на Иру.

— Ты что? — испугалась моя подруга.

— Ларс сам вызвался приготовить кофе, — сказала я.

— Ну и что?

— У него была возможность отравить пирожное.

— Не будь дурой! — рассердилась Ира. — Зачем ему тебя убивать? Кто ещё имел доступ к пирожному?

— Ты, — хладнокровно напомнила я.

— Спасибо. А ещё кто?

— Оно долго лежало в холодильнике, — сказала я. — Дверь на кухню ты не запираешь, так что туда мог войти кто угодно. Кстати…

— Что?

— Понимаешь, когда ты ушла, я тоже пошла погулять, а когда вернулась, то дверь была открыта.

— Опять?! Ты просто сумасшедшая. Можно подумать, что ты не из СНГ, а из папуасской деревни.

— Мне кажется, что я закрывала дверь, — возразила я.

— Моя дверь не имеет привычки самостоятельно открываться, — ядовито сказала Ира. — В итоге, кто угодно мог войти и отравить пирожное.

— Кто угодно, — кивнула я. — А знаешь, я была бы мертва ещё позавчера, если бы не позвонил Леонид.

— Дромадёр, — поправила меня подруга.

— Неважно кто, но он позвонил, когда я собиралась выпить чай с пирожным, а когда мы кончили говорить, чай до такой степени остыл, что пить и есть мне уже не хотелось.

— Может, собака отравилась вовсе не пирожным, — предположила Ира.

— Тогда почему кому-то потребовалось похищать её труп?

Ира думала.

— Непонятно, кому предназначалось пирожное, — заявила она.

Мне очень не хотелось этого говорить. Но я всё-таки сказала: