Чтение онлайн

— Придвиньте дверь к нему вплотную, — сказала Александра. — Теперь мы понемногу его затащим.

Они предприняли еще одну попытку, отчаяние прибавляло им силы. Александра с испугом ожидала, что у пострадавшего начнет кровоточить какая-нибудь не замеченная прежде рана. Но этого не случилось. Вместе, едва дыша, они смогли втащить мужчину на дверь. Девушку трясло от напряжения и волнения.

— Ладно, — с напускной храбростью проговорила она, — теперь понесем его домой.

— У нас не получится, — возразил Вии. — Нужен Гром и веревка, чтобы тащить его, как на санях. Нести мы не сможем.

— А Грома взял Роб, — печально сказан Кит. Александра огляделась.

— Давайте запряжем его лошадь.

— Но она же ранена! — воскликнул Вин.

— Она жива. И может идти, верно? — раздраженно бросила девушка. Она злилась и на саму себя, и на обстоятельства, поскольку любила животных не меньше, чем мальчишки. Но сейчас следовало прислушаться к голосу рассудка, а не проявлять слабоволие. — Нам надо привезти его домой, — продолжала она. — И лошадь тоже надо туда доставить. Поэтому лучшего выхода из создавшегося положения я не вижу.

Все посмотрели на животное. Вид запекшейся крови на блестящей шкуре был ужасен.

— Мы можем добраться до города и попросить помощи там, — сказал Вин.

— И оставить этого человека в грязи истекать кровью? — дрожащим голосом спросила Александра. — Кто знает, где сейчас доктор и сможет ли он сразу же приехать?

Кит бегом отправился за веревкой. Потом они обмотали ее вокруг двери, второй конец прикрепили к седлу и заставили лошадь тащить хозяина к дому. Когда наконец добрались до двора, все утирали пот и с трудом удерживали слезы. Рана на боку животного снова открылась. У мужчины еще больше посерело лицо.

Вин отвел лошадь в сарай. Александра омыла лицо раненого, отвела с его лба прямые черные волосы. Она все еще не видела никакой раны и решила, что надо раздеть пострадавшего прямо здесь, во дворе, и осмотреть. Кит пошел за одеялом, чтобы согреть незнакомца. Девушка боролась со слезами, думая, как несправедливо человеку умирать во дворе, словно бродячей собаке, когда совсем рядом есть кровать. Она прикоснулась к его груди, чтобы узнать, бьется ли еще сердце, и начала расстегивать на нем куртку. У Александры сильно дрожали руки.

Мальчики помогли ей снять с полуживого мужчины одежду. Они вздрагивали каждый раз, когда приходилось поворачивать беднягу. Но сам он был не в состоянии пошевелиться. Сняв рубашку, братья с облегчением вздохнули: никакой смертельной раны под ней не оказалось. И все же, когда прибыл доктор, Александра подумала, стоило ли ему так спешить.

Она взволнованно дожидалась, пока закончится осмотр пациента. Теперь тот лежал на кровати, доктор помог им перенести его в дом.

— Можно с уверенностью утверждать — это человек благородного происхождения, — провозгласил Пэйс. — Или по крайней мере достаточно богатый господин, поскольку ухожен, побрит, следит за своими зубами и ногтями. Его лошадь, одежда, и даже белье высочайшего качества. Нам следует осмотреть сумку, притороченную к седлу, чтобы узнать, как его зовут, и откуда он родом. В случае если бедняга не очнется.

Александра пристально взглянула на него. Доктор, не поднимая глаз, закрывал свой саквояж.

— Это возможно, — словно оправдываясь, произнес он. Братья всегда говорили девушке, что ее обвиняющий взгляд может любого заставить заикаться и путаться.

— Я оказал ему необходимую помощь, — продолжил медик. — Нога вывихнута. В двух местах. Я ее вправил. Хорошо, что он без сознания, иначе это была бы слишком жестокая операция. Еще есть много порезов и синяков, я их обработал. Думаю, что в основном на нем была кровь лошади. Ребята сказали, что животное ранено в бок. Мелкие раны обычно сильно кровоточат. Я проверю перед уходом. А что касается этого бедняги, ран я не нашел. Но он никак не придет в себя. — Увидев тревогу на лице Александры, доктор ответил на ее незаданный вопрос: — Почему раненый без сознания? Может быть, это временно. — Он вздохнул. — А может, его состояние гораздо серьезнее. Кто знает, что произошло с головой у человека, которого недавно придавила лошадь! Возможно внутреннее кровотечение. Когда раненый очнется, то скажет, где у него болит.

— А если не очнется? — напряженно спросила девушка. Доктор Пэйс пожал плечами.

— Тогда нужно будет отыскать его родственников, чтобы они исполнили свой долг.

— Мне не хочется рыться в личных вещах человека, — смущенно произнесла Александра. — Это вмешательство в частную жизнь.

— Смерть — тоже вмешательство в жизнь, — мрачно сказал доктор. — Если бедняга не придет в сознание, то умрет, какими бы незначительными ни были остальные повреждения. Ведь тогда он не сможет ни есть, ни пить, верно? Тяжело, когда человеку приходится умирать среди чужих.

Пэйс снова посмотрел на незнакомца в постели Александры. Осунувшийся, с пепельным лицом, человек лежал на спине, уставив длинный нос в потолок. Он выглядел так, словно уже умер, хотя было видно, что его грудь слегка вздымается и опадает. Девушка сглотнула подступивший к горлу комок.

— Пожалуйста, помогите мне просмотреть вещи. — Мальчики уже принесли кожаную сумку, которая была приторочена к седлу незнакомца. Александра неуверенно взяла ее, положила на стол у окна и отступила, глядя, как доктор расстегивает ремешки и смотрит внутрь.

— Без сомнения, богач, как я и думал. — Пейс вытащил белье, два прекрасных белых шейных платка, пару аккуратно свернутых чистых рубашек, и отложил их в сторону. Потом развязал толстый кошелек, и на минуту застыл от удивления. — Только глупец носит с собой столько денег, — откладывая кошелек, заявил он. — Или глупец, или меткий стрелок, — уточнил он, осторожно вынимая из-под пары чулок длинноствольный пистолет.

— Или преступник, — заметила Александра. — У него в кармане куртки был еще нож.

— Плюс маленький пистолет в сапоге, который мне пришлось разрезать, — задумчиво проговорил Пэйс. — И нигде никакого имени, — вытряхивая из мешочка последние вещицы, добавил он. Набор серебряных бритв, небольшой флакончик духов, расческа, зубная щетка и складной металлический стаканчик упали на кровать. В покрытой эмальью коробочке для нюхательного табака осталось немного мелкого белого порошка. Доктор, взяв щепотку, поднес ее к носу. — От головной боли, — высыпая порошок назад, объяснил он. — Нигде никаких инициалов. Только буква «Д». Такая же, как на этом удивительном перстне. — Доктор указал на тумбочку, где лежало снятое с руки незнакомца украшение. — Сапфир, если я не ошибаюсь, в оправе из оникса. Должно быть, очень дорогой. Интересное оформление. Он мог бы поведать нам о многом, если быть уверенным, что перстень не краденый. И даже в этом случае драгоценность может помочь. Я прихвачу ее с собой и попрошу викария высказать свое мнение. Преподобный отец превосходно разбирается в украшениях, картинах и других предметах роскоши, — с рассеянным видом продолжал доктор. — Вечно проповедует отречение от мирских благ, а у самого целая коллекция книг об аристократических поместьях и о жизни знатных господ. — Он опустил перстень в карман. — В переметной сумке у нашего незнакомца лежат лупа, карта и еще один пистолет. Слишком необычные вещи для прогулки в сельской местности. Зачем? Может, он вор? Или какой-нибудь шпион? Или занимается другим смертельно опасным делом? Я вовсе не уверен, что вы должны оставить этого человека здесь.