Чтение онлайн

— Марта, пойдешь рядом со мной, — говорит Роланд. — Мне тревожно, когда я долго тебя не вижу.

Марта молчит, глядя огромными глазами на Роланда. Никак не могу понять, какие между этими тремя отношения — у них все настолько сложно, что впору чертить карту их взаимоотношений: кто, с кем, когда и почему.

— Долго еще сидеть будем? — спрашивает Айс и поднимается на ноги. Не перестаю удивляться его упорству. И пусть он подгнивший товарищ, но его есть за что уважать.

— И правда, народ, — произносит Роланд, — пора отправляться. И пусть, понятное дело, нам всем до чертиков страшно, но ни одна проблема сама себя не решила. Нужно что-то делать, а иначе мы тут так и застрянем.

Замечаю, как в этот момент Айс смотрит на своего заклятого друга — неужели в его взгляде сквозит уважение? И даже благодарность? Как причудливо меняются люди в сложных ситуациях, просто удивительно.

Но у меня не остается времени на долгие и пространные размышления о природе человеческих взаимоотношений — Ланс крепко сжимает мою руку и смотрит в глаза. Стараюсь напитаться светом этих чистых голубых глаз, чтобы меньше бояться странной, зловещей тьмы, что ждёт каждого из нас за порогом.

— Всё, народ, вздохнули глубоко и ныряем! — кричит Роланд, и мы по очереди ступаем во тьму.

Время перестает существовать. Не чувствую своего тела, единственное, что ещё держит в границах разума — тёплая рука Ланса, всё также сжимающая мою. Не знаю, откуда в этом парне столько спокойствия и отваги, но без него, знаю точно, мне не выжить.

— Что вообще происходит, я не понимаю? — слышу вдалеке голос Марты, но такое ощущение, что её слова доносятся сквозь толщу воды.

— Марта, не выпускай моей руки, — кричит Роланд, но его тоже плохо слышно.

Открываю глаза, но понимаю, что нет никакой разницы — зрение не способно привыкнуть к такой всепоглощающей тьме. Пытаюсь идти, но ноги, будто ватные и каждый шаг даётся с таким трудом, что ещё немного и упаду замертво от изнеможения. Протягиваю свободную руку в надежде нащупать Ланса, но совершенно ничего не чувствую. Неужели я осталась одна? Но рука, всё такая же теплая, сжимает мою.

Резкая вспышка света ослепляет. Зажмуриваюсь, не в силах терпеть эту пытку, но даже сквозь закрытые веки свет проникает, будоражит разум, сбивает с толку. Глубоко вздыхаю и ощущаю резкий укол страха в самое сердце: я больше не чувствую Ланса. Он выпустил меня! От этой мысли мои глаза сами собой распахиваются, и я чувствую, как пот стекает по моей спине — холодный и липкий. Меня бросили! Я осталась совсем одна, и я не выживу.

Когда резкий свет перестал причинять боль, а мозг, наконец, согласился нормально функционировать, я понимаю, что оказалась на поляне. Рядом озеро, ива, небольшая лодочка вдалеке. Здесь так красиво, что дух захватывает и, позабыв обо всех тревогах, срываюсь с места и бегу к берегу. Мягкая трава щекочет голые ступни (куда мои туфли делись, скажите, пожалуйста?), а теплый ветер ласкает кожу. Внутри зарождается новое, совсем неожиданное в такой ситуации чувство — счастье. Только куда это я попала? Замечаю расстеленный на берегу плед, а на нем корзинку, полную еды. Чувствую, насколько проголодалась и, отбросив все сомнения, откидываю в сторону льняное клетчатое полотенце, скрывающее от любопытных взоров содержимое корзинки. Замечаю бутылку белого вина, груши и тёплые булочки, чьей-то заботливой рукой промазанные внутри маслом и джемом. Откусываю кусочек и от удовольствия жмурюсь. Это восхитительно! И чтобы это всё ни значило, я не планирую отсюда уходить до тех пор, пока все не съем.

— Ты так голодна, моя девочка, — слышу, и моя рука замирает на полпути к корзинке как раз в тот момент, когда планировала налить себе немного вина. Нет, была бы я умная, то начала бы с вина, а не с булок.

— Кто здесь? — только и могу из себя выдавить, и мой голос срывается. Новый приступ паники сжимает стальными тисками несчастное сердце.

Вскакиваю на ноги и оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу — я по-прежнему одна, снова одна на берегу. Карма, что ли? Но сейчас со мной нет даже Барнаби. Мысль о псе бьёт в самое сердце — где он, что с ним?

— Посмотри наверх, — голос заставляет повиноваться, ему невозможно сопротивляться. Поднимаю голову и цепляюсь взглядом за какое-то большое тёмное пятно на верхушке дерева. Эх, ну почему я потеряла очки? Совсем же ничего не вижу. Тем временем пятно начинает приближаться, попутно увеличиваясь в размерах. Это же птица! И тут холодный пот покрывает мою спину. Я поняла, я догадалась! Но этого не может быть! Но вот оно озеро, а вот и ворон.

— Ты узнаешь меня? — спрашивает огромная птица, приземлившись у моих ног. Никогда раньше не видела таких больших воронов и столь же чёрных. Замечаю проплешины на его теле — видно, ворону этому несладко пришлось, раз он умудрился столько перьев потерять.

Не знаю, что ответить. Вся эта ситуация ненормальная и, хотя, кажется, я уже должна была бы привыкнуть к сюрпризам, но на этот раз не могу. Я устала, мне плохо и мой мозг совершенно отказывается воспринимать мир вокруг. Закрываю глаза и падаю в спасительную тьму обморока.

Не знаю, сколько времени провела без сознания, но, открыв, наконец, глаза, увидела, что нахожусь всё в том же месте.

— Очнулась? — снова слышу этот голос. Он пугает меня.

— Да, — тихо отвечаю и пытаюсь подняться.

— Лежи, не вставай, Не каждый способен вынести переход сквозь пространство и время, а ты и так много сил потратила, путешествуя сквозь корабль. Кстати, тебе он понравился? Я очень старался, когда его создавал.

— О чем это вы? Откуда вы это знаете? Кто вы вообще? — почти кричу, пытаясь громкими децибелами заглушить бушующий внутри страх. Мне так жутко, что разум просто не справляется. И еще почему-то холодно внутри, как будто в душе что-то медленно умирает.

— Я ворон. Разве ты не видишь? — слышу ответ и чувствую, что говорящий усмехается.

— Но вороны не умеют разговаривать. И не бывают такими огромными! Это всё ненастоящее! Я, наверное, сплю, и всё это мне снится!

— Думай, как тебе угодно, но тебе это место знакомо, правда? — мне кажется, или я слышу в его голосе надежду? Что вообще происходит?

— Да, — отвечаю. Решаюсь, наконец, посмотреть в сторону диковинной птицы. Ворон сидит в нескольких шагах от меня и смотрит, наклонив голову на бок. — Но я не понимаю, это же просто рассказ.

— Ты никогда не верила в историю своей матери? — спрашивает птица, а я впервые всерьёз задумываюсь над правдивостью легенды о своём появлении на свет. Одинокая девушка, ворон, излишне заботливый отец и смерть. Да, это красивая сказка, но есть ли в ней хоть капля правды?