Чтение онлайн

Трейс поднял взгляд, только когда я впритык подошла к ним. Его глаза тут же нашли мои, словно их притягивало ко мне, и я вздрогнула, потому что они были еще более прекрасными, чем я помнила. Даже в приглушенном свете, они сияли, словно два сапфира, поднимая мою температуру до невообразимых высот. Высот, к которым я не хотела больше иметь никакого отношения.

— Джемма. — Его голос был глубоким, но все же странно успокаивающим. На долю секунды мне показалось, что я уловила в нем нотку облегчения, но я тут же отмела эту фантазию прочь.

— Как здорово, что ты пришла, — промурлыкала Никки, обходя его спереди, а затем прислоняясь к нему спиной, словно его личная подстилка. — Давай без обид, окей?

Больше всего на свете мне хотелось стереть это снисходительное выражение с ее физиономии. Впившись ногтями в ладонь, я поборола это желание и сдержалась. Мне нужно было ударить ее по больному месту, а не выцарапывать ей глаза. Я расправила плечи и натянула самую широкую и фальшивую улыбку, на какую только была способна.

— Да, конечно. Без проблем. Если Трейс прощает тебе шашни с одним из его лучших друзей, то кто я такая, чтобы на тебя обижаться?

Никки вытаращила глаза.

— Потаскушки не каждому по вкусу, — продолжила я, обращаясь к Трейсу. — Но некоторые люди не слишком переборчивы. Правда, Трейс?

Он смотрел на меня с каменным лицом, его глаза ничего не выражали.

— Технически, Калеб всего второй по счету, — продолжила я, хотя от злости у меня защипало в глазах. — Значит ты уже третий, правильно? Хотя кто же станет считать?

— Ах ты сука! — Никки рванулась ко мне, но Трейс быстро оттянул ее назад — его руки уверенно лежали на ее бедрах.

От этого зрелища у меня сжалось все внутри.

— Веселого Дня рождения, — сказала я и пошла прочь, не желая оставаться здесь ради тонн дерьма, которые без сомнения, были готовы вот-вот пролиться.

— Что ты им сказала? — спросил Калеб, перехватив меня на пути к ближайшему выходу.

— Какая разница? — Я помотала головой, прогоняя наворачивающиеся слезы, которые я не собиралась проливать ни перед кем из них. — Он же мне все равно не поверит, правда?

Он остановился, задумавшись.

— Выпьешь со мной?

— Нет, спасибо, — ответила я, не сводя глаз с входной двери. — Мне пора домой.

— Один стаканчик. Ну же, Блэкберн. Ты мне задолжала за вчерашний вечер. — Он склонил голову набок и тусклый свет заиграл в его волосах медными бликами.

— Ладно. Только один, — кивнула я, чувствуя укол вины, за то, что вообще согласилась пойти с ним на танцы. Вместо этого, нужно было лучше узнать Трейса. Я должна была разглядеть фальшь за его обманчивой внешностью.

— Идем. — Он взял меня за руку и повел за собой по стеклянному коридору в промышленных размеров кухню, почти такую же большую, как во «Всех Святых».

Кроме стальной техники, все в ней было белоснежно-белым, от блестящих столешниц до сверкающего мраморного пола. Такое чувство, что я шагнула прямиком в стерильный кабинет пластического хирурга где-нибудь в Беверли Хиллс.

— Тебе понравится, — заявил Калеб, притягивая меня ближе, чтобы я оказалась с ним плечом к плечу.

Здоровенная пластиковая посудина стояла прямо на кухонном острове, занимая его от края до края. Она был заполнена до самого верха коричневатой жидкостью с плававшими в ней дольками лимона.

Калеб меня не настолько хорошо знал, чтобы судить, понравится мне это или нет.

— Что это? — спросила я, с подозрением разглядывая емкость.

— Чай со льдом. — Калеб взял со стола пару чашек и зачерпнул в них жидкости из тазика. — Тебе понравится. Чай с самого Лонг-Айленда*. — Он со смехом вручил мне стаканчик.

(Long Island Iced Tea* — коктейль «Лонг-Айленд»: водка, джин, текила, ром, ликер и чай; один из самых крепких коктейлей)

— Спасибо. — Я машинально взболтала напиток, разглядывая, как тот плещется о стенки чашки.

Я оглядывалась по сторонам, изучая вражескую территорию. Помимо воли я задалась вопросом, сколько раз Трейс бывал на этой кухне — проводил время с Никки после школы, ужиная с ней и ее семьей…

— Будем здоровы, — сказал Калеб, чокаясь со мной.

— Угу. Будем. — Я запрокинула голову и осушила чашку жадными глотками.

— Полегче, — рассмеялся Калеб, отнимая чашку от моего рта. — Тебе лучше сбросить обороты. Поверь мне.

Как-то я раз я уже пила больше пары глотков папиного вина и со мной все было в порядке.

— Я знаю, что делаю, — заявила я, вытирая рот рукой. — Забыла у тебя спросить.

— Мое дело — предупредить, — усмехнулся он, вскидывая руки, словно не желая спорить со взбалмошной девицей.

Я расправилась с остатками напитка и набрала себе еще стаканчик. Чем бы это ни было, от него мне становилось лучше, и я хотела выпить еще.

Рядом Калеб продолжал о чем-то болтать, но я не могла разобрать ни слова из того, что он говорил. Я была слишком поглощена своим побегом от реальности, стремясь как можно скорее забыться. Мне хотелось забыть пустоту, поселившуюся в моей жизни, и душевную боль, преследовавшую меня, словно проклятие. Я хотела уничтожить все мучительные воспоминания о последних днях, и не важно, каким недолговечным было бы это забытье.

Завтра будет другой день. Завтра я погружусь в свою реальность и позволю сокрушительным волнам ожиданий омывать меня снова и снова, пока они не утопят меня своей невыносимой тяжестью.

Я снова наполнила чашку.

— Серьезно, Блэкберн. Притормози.

— Тебе лучше его послушаться, — раздался сзади знакомый баритон. — Пока тебе не стало плохо.

Волнующая дрожь охватила мое тело еще до того, как я к нему обернулась. Трейс стоял позади, держа руки в карманах джинсов. Его встревоженный вид был, не иначе как наигранным. Я посмотрела ему прямо в глаза и нарочно сделала еще один неторопливый глоток.