Чтение онлайн

Боковым зрением женщина увидела меж стволов огни. Это были те самые огни – сомнений не было никаких! – и они медленно приближались. Вой стих, а по лесной подстилке вновь хлюпали исполинские шаги...

– Мне страшно, – Иринка глянула на сестру двумя полноводными Байкалами, что вот-вот выйдут из берегов; в зрачках девочки мерцали миниатюрные звёздочки от догорающего в ночи костра. – Я не хочу дальше слушать.

– Правда, Юрка, хватит уже заливать, не смешно, – Светка придвинулась к младшей сестрёнке и прижала ту к себе. – Ириш, это же просто страшилка. Это – не взаправду. Наш Юрик насочинял всё. Ведь так?

Юрка недобро проскрипел – совсем как раздосадованный кот. Подобрал из-под ног палку, принялся ворошить тлеющие угли.

– Сами ведь напросились. Сидели бы дома тогда, кукол наряжали...

– Щас! – Светка удостоверилась в том, что Иринка не собирается плакать, и накинулась на Юрку: – Сам ведь рад, что есть кого попугать!

– Очень надо, – Юрка раздвинул угли, склонился над костровищем, выкатил запечённый картофельный клубень. – Между прочим, я ничего и не насочинял. Это легенда такая.

– Ага, как же! – Светка демонстративно отмахнулась. – Знаем мы твои легенды. Если бы всё, из рассказанного тобой правдой было, – мы бы невесть где тогда жили, среди нежити внеземной!

Иринка дёрнула сестру за руку.

Светка тут же прикусила язык.

– Так а что дальше-то было? – подал голос сидевший рядом с девочками Егорка. – Куда попали те три девочки?

Юрка потыкал клубень палкой, о чём-то поразмыслил, потом вернул картофелину на место и принялся основательно собирать угли.

– А это, Ярик, теперь не дано знать. Цензоры со всех сторон насели.

Егорка-Ярик разочарованно выдохнул.

Светка фыркнула.

– Ой, молчал бы, плагиатор!

Юрка усмехнулся.

– Плагиатор – это тот, кто чужие истории пересказывает...

– Ну, я и говорю, что выдумал всё, – парировала Светка.

Юрка искоса глянул на девочку.

– Да хоть и так, ведь страшно же было.

Светка не преминула состроить рожицу.

– Сказочник, вот ты кто!

Юрка отмахнулся. Вернулся к стволу опрокинутого дерева, на котором сидели слушатели, огляделся.

– И где только этого Вадика носит!.. Костёр уже догорает, а он дров, элементарно, найти не может.

– Наверное, интересное что-нибудь повстречал, – улыбнулся Ярик.

– Ага, как же, – усмехнулся в ответ Юрка. – Наверняка очередного жуколета мучает, или муравейник потрошит – юный натуралист сыскался!

– Между прочим, у человека реальное хобби есть, – тут же прицепилась Светка. – Не то, что у некоторых...

Юрка вздохнул.

– Ох, и не повезёт тому человеку, кто тебя замуж возьмёт.

Светка аж вспыхнула в темноте.

– У тебя забыли спросить! Обормот.

Какое-то время сидели молча. Юрка сопел, оставшись непонятым и неоцененным по заслугам. Светка просто дулась. Ярик колупал босую пятку. Иринка изредка шмыгала носом, испытывая вину, – а чего, ведь с неё всё началось. Девочка вздохнула и, набравшись смелости, спросила:

– Юр, а те сестрёнки... Им ведь не было больно?

Светка опешила.

– Иришка, ты чего?! Он ведь тебя сейчас совсем запугает! Не заснёшь потом.

– Засну. Честно-честно! – Иринка кивнула, как могла уверенно.

Юрка тёр заросший затылок, явно не зная, как поступить.

– Ты в двух словах, образно, – подсказал Егорка, отрываясь от своего занятия. – Без этих огней, воя и страшных предметов, что в лесу прорастают. А то и впрямь, жутковато выходит.

– Да, поменьше энтузиазма, – саркастически заметила Светка. – А то нам ещё домой возвращаться.

– Ты ж не веришь во всё это, – сказал Юрка.

Светка пожала плечами, неохотно покосилась на Иринку; девчушка набухла, как испуганная синичка, и мелко тряслась.

В ветвях над головой проорала ночная птица. Ярик, с испугу, кувырнулся с насеста – только пятки просвистели. Светка молча наблюдала за разыгранной пантомимой; Иринка звонко смеялась.

– Ты-то чего начинаешь... – разочарованно выдохнул Юрка. – Цел хоть?

Из-за сука показалось обозлённое лицо Егорки. Взор прыгал по ветвям в поисках обидчика.

– Курица. Вот поймаю, в миг без хвоста останешься, кошачий ужин!

– Залезай, давай, чудо в перьях! – Светка в коей-то веки отвернулась от заливающейся Иринки и помогла Ярику вскарабкаться на прежнее место; мальчик сконфуженно притих, вновь принялся за пятку.

– Девочки сказали, что ничто не в силах им помочь. Точнее вернуть обратно, в мир живых. Потому что из того места, в которое их уволокли, – обратного хода нет. Можно идти только вперёд: на ослепительный свет или во всепоглощающую тьму. Но и на свет так легко не отпустят. Особенно детей. Потому что души тех чисты, и они представляют какую-то ценность во мраке. Они как разменная монета в клешнях нежити. За детские души уничтожаются целые миры. Душа же взрослого человека – совсем не ценится, – Юрка вздохнул.

– Но почему так? – спросил Ярик.

– Не перебивай, а? – тут же вставила реплику Светка. – Пускай уже заканчивает. Умник.

Егорка послушно притих.

– Значит, эти огни только на детей охотятся? – подола голос Иринка. – В темноте?

Юрка кивнул.

– Да. Но и взрослого человека запросто утянуть могут. Так просто, чтобы не выдал тайны. Неизвестность пугает в разы сильнее. Обретение же истины просто сводит с ума, – мальчик на секунду о чём-то задумался, после чего продолжил рассказ: – Женщина кинулась через лес. Хотя леса, как такового, уже не было. Она ступила в топь. В ту самую, о которой в народе ходили дурные слухи. Якобы тут завелось зло, ещё с исконных времён. Кто-то что-то позвал, и оно явилось на зов, потому что внимать к просьбам – смысл его существования.